Преподавание литературы знало множество подходов. Но такой, который предлагает доктор филологических наук Дунаев, кажется сейчас новым. Это подход к отечественной классике в православном ее осмыслении. М. Дунаев - профессор Московской духовной академии, и курс лекций, которые он читает там, положил в основу своей книги "Вера в горниле сомнений"(М., Издательский совет РПЦ, 2002). В этом издании впервые дано систематизированное изложение истории русской словесности под углом зрения православного ученого-литературоведа. М. Дунаев прослеживает путь духовных исканий самых разных писателей, от протопопа Аввакума до Виктора Пелевина. И, как сказано в аннотации, на примере главных героев лучших произведений отечественной классики показывает становление их православного миросозерцания и пути к Христу через горнило сомнений.
Религиозность литературы проявляется не только в связи с церковной жизнью, не в цитировании Библии и Евангелия, а в особом взгляде на мир. Православие, считает автор, так воспитывало на протяжении веков русского человека, что он, даже демонстративно порывая с верой, не мог до конца отрешиться от православного миросозерцания. Те течения в литературе девятнадцатого века, что развивались вне православной традиции, характеризуются не равнодушием к религии, а активным противостоянием ей.
"Опору для осмысления русской литературы находим в Нагорной проповеди: "Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут; но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут..." В этой великой заповеди определена сокровенная суть двух пониманий смысла человеческой жизни, как и двух мировоззрений, двух различных типов мышления, двух типов культуры. В этих словах Христа - указание на смысл того разделения, которое Он принес в мир. Две системы жизненных ценностей, связанных с той или иной ориентацией человека в земном мире, обуславливают и различие в понимании добра и зла вообще". Здесь с автором трудно не согласиться.
М. Дунаев считает эпоху классицизма менее интересной, чем другие направления в литературе. Классицизм, по его мнению, наименее сопрягался с религиозным опытом человека в силу своей идеологии. Обращение к Богу становится здесь этикетной формой. Сама религиозность носит в лучшем случае общехристианский характер. Восемнадцатый век представлен в книге коротким очерком: общие тенденции, художественные принципы, немного о Ломоносове, Кантемире. Большее внимание уделено концу восемнадцатого столетия, Державину. Вообще М. Дунаев полагает, что русский классицизм за редким исключением не оставил таких творений, которые можно было бы мерить самой высокой художественной меркой. Утверждение весьма спорное. Нельзя оценивать степень художественности произведения уровнем отражения в нем православного миросозерцания автора.
Достаточно подробно разбирается в книге творчество Пушкина, Гоголя, Достоевского, Толстого, Чехова, Шмелева и других классиков. Хорошо то, что автор не обошел стороной литературу последних дней, коротко попытавшись осмыслить происходящее в ней. Он рассуждает о творчестве Даниила Андреева (умер в 1959 году, но написанное им приобрело известность лишь в последнее десятилетие), Виктора Астафьева, Леонида Леонова, Венедикта Ерофеева, Виктора Николаева - автора романа "Живый в помощи" о войне в Афганистане и участника этой войны, Олеси Николаевой. Ученый стремится показать, что высшая задача художника - служение правде Христовой. Вообще проблема веры - одна из самых важнейших для человека. Ему нужно во что-то верить. Иначе - пустота...
Остается добавить, что книга "Вера в горниле сомнений" великолепно оформлена и, несмотря на спорные суждения (что, кстати, можно расценивать и как достоинство), будет интересна любому, кто неравнодушен к русской литературе.

Олег ВИНОГРАДОВ