Можно ли учителю-словеснику быть сегодня довольным списком произведений В.В. Маяковского, включённым в школьную программу? Очевидно, отрицательный ответ даст большинство моих коллег-практиков, которые программу не пишут, а выполняют, априори зная, что творчество истинных художников слова, и поэта такого масштаба в частности, никогда не уместить в рамки школьной программы, да, собственно, и ни в какие другие рамки тоже. Однако, как говорил В.В. Маяковский, «нам не с чего радоваться, но нечего грустить» по этому поводу.

Для меня, как и всех учителей, любящих Маяковского, программа по предмету – это только ориентир-минимум (сейчас «скривит рот» противникам школьной перегрузки). В минимум можно и нужно вложить максимум, «слово – мастер дивных див» (сейчас «разулыбятся сочувственные лица» коллег). Спасибо Маяковскому: сколько чудных афоризмов он нам подарил!

Вопрос – как разобраться с минимумом-максимумом? Формула моя проста: надо так сценировать урок, чтобы происходило полное эмоциональное погружение в авторское художественное и собственное учебное творчество, что возможно (о, счастье профессии!) только при умелом управлении временем на уроке, которое способно подчиняться нам и уплотняться от наших идей. В том и есть учительское призвание, чтобы сложное делать понятным, далёкое – близким и интересным, а медленное – быстрым и эффективным. Дети такой подход принимают на ура.

Это нелегко, потому что требует большого предварительного труда, однако это чрезвычайно важно в современных условиях тотального падения интереса школьников к чтению, особенно домашнему. В классе, здесь и сейчас, наш ученик соглашается быть читателем, собеседником, критиком, а дома, извините, его ждут другие дела. Притяжение компьютера сильнее книги, задания дают не только по литературе, играть и развлекаться приятнее, чем трудиться. Слава Богу, есть счастливые исключения, которые, как известно, лишь подтверждают правила.  И всё-таки главная установка учителя на урок сегодня (во всяком случае, моя) – здесь и сейчас, причём так, чтобы импульса, полученного в школе, хватило и на домашнюю работу.

Школьная программа – многолетний курс на постепенное формирование смыслового и эмоционального восприятия мира Маяковского. Это правильно. Никто не спорит. В какой же форме его представить? Мастер-класс «Волшебная лесенка: читаем Маяковского». Творческая мастерская по «Необычайному приключению…», начинающаяся с абстрактного мини-сочинения «Диалог с Солнцем» и заканчивающаяся обсуждением «Что значит быть солнцем для Маяковского и для нас». Урок-парадокс «Хорошее отношение к лошадям. Плохое отношение к людям». Дискуссия «Личная парадигма Маяковского: что мог, чего не смог поэт». Исследовательская работа с текстами «Маяковский улыбается. Маяковский смеётся. Маяковский издевается».Только обозначенными в программе стихотворениями здесь не обойтись! Главное при этом не впадать в крайность, чтобы не получилось галопом по Европе. Много лет, планируя уроки, держу во внимании категории: смысл, интерес, мера и такт. При изучении Маяковского это особо актуально.

В качестве самостоятельных заданий на уроке в 11 классе можно предложить отдельным группам мини-исследования «Я одинок, как последний глаз…», «Себе, любимому», «Любовная лодка», «Литературный мордобой»,«Ода революции».

Или, активно используя потенциал каждого ученика, реализовать  проект «Отечество славлю, которое есть, но трижды – которое будет» (конечный результат – устный журнал с презентацией).  И, работая с текстами, доказать, что любовь поэта была не только искренней, но и действенной, с готовностью «земную жизнь переделать», «быстроногую знаменитую Америку догнать и перегнать», «волком выгрызть бюрократизм» и «распутать обывательщины нити». В этом контексте ребятам становятся понятными стихи поэта о революции, «мобилизованным и призванным» которой он себя считал. Как тут не вспомнить лермонтовскую «странную любовь» или некрасовскую «любовь–ненависть»? Не по программе – по душе, потому, что в мире всё связано незримыми смысловыми нитями, в художественной литературе эти нити ментальны, из них, на мой взгляд, формируются  струны души читателя, которые непременно отзовутся на трагедию великого поэта, во имя идеи наступившего «на горло собственной песне».

Или открыть лабораторию «Поэтическое мастерство Маяковского». Это мой любимый путь, потому что Маяковский – смелый новатор, который взорвал, казалось бы, незыблемый силлабо-тонический стих, перевернул существующие представления о возможностях стихосложения, открыл миру его новый суггестивный образ, иногда очень, иногда  не очень привлекательный, а подчас просто отвратительный. Участники лаборатории получают карточки, каждое положение в которых следует доказать, работая с указанными или выбранными по своему усмотрению стихотворениями. Сначала без всякой посторонней помощи (как ценна и важна свежесть восприятия!), а потом затрудняющиеся могут воспользоваться учебником, словарями, критикой. Главное – самостоятельно, чтобы глаза засияли от литературной догадкии учебного открытия!

Вопросы в карточках, конечно, от простых – к сложным: от новаторства в области формы – до контекстов и подтекстов поэтического «я».

Маяковский – часть истории, и не только истории нашей литературы. Отношения поэта с революцией и властью сегодня вычеркнуты из школьной программы, но их же не вычеркнешь из жизни поэта, чувствовавшего невозможность своего сосуществования с советским режимом в последние годы. Это ли не предмет для размышления старшеклассника, готовящегося стать членом демократического общества? Маяковский назначил расчёт собственной жизни. Ответ на вопрос, почему это произошло и могло ли быть иначе, мне кажется важнее вопроса, в чём трагедия Катерины Кабановой или спасение Родиона Раскольникова,  потому что они литературные герои, а Маяковский – живой человек, поэт, гениальность которого так же абсолютна, как и ранимость.

Кто-то заметит скептически: «Да у Маяковского “тысячи тонн словесной руды”!» Может, сегодня так и кажется непосвящённым, а во времена поэта это были живые стихи, дышавшие злободневностью и имевшие, по словам Цветаевой, прямой «выход в действие». Их надо читать как хроники и очерки одной большой поэтической газеты. Лирика Маяковского советского периода публицистическая. К тому же, где руда, там и золото. Бесспорно, поэт умел его находить.

А после уроков – театр! Театр обязательно! «Стихов и света кутерьма»! Программа тут уже ни при чём – внеклассное время. «Облако в штанах», «Окна РОСТА», «Клоп» и «Баня»! Спектакли, поэтические композиции и лирические попурри! Вот уж точно среди их участников равнодушных к Маяковскому не останется. А это и есть конечная цель нашего труда, реализованная  личная программа учителя, любящего поэта, который не только «немножко нервно», «во весь голос» рассказал «о времени и о себе», но и открыл новую дорогу искусству слова. 

В моей практике после изучения темы обязательно находятся  те, кто просит дать что-нибудь почитать о поэте дополнительно. И я предлагаю в зависимости от психологических особенностей и вкусов детей разные произведения: «Заметки о Маяковском» Игоря Северянина, книгу «Маяковский» из серии «Жизнь замечательных людей» Ал. Михайлова, «Версию-4» Юлиана Семёнова, «Воскресение Маяковского» Юрия Карабчиевского, «Не без вранья» Елены Колиной и ещё много того, чего нет ни в одной школьной программе, но что продлит  моим ученикам общение с великим поэтом ещё на какое-то время, а может, и на всю жизнь.

Татьяна Юрко, учитель русского языка и литературы Гатчинской средней школы №9 с углублённым изучением отдельных предметов, Ленинградская область