Сороке Серафиме так понравилось путешествовать, что она решила отметить Рождество в Италии. Сколько она слышала про Италию, сколько читала сказок! К тому же в Италию можно было добраться поездом. А ездить на поезде она умела.

Поезд «Москва-Ницца» уходит всегда по четвергам с Белорусского вокзала. «Поеду пораньше, - решила Серафима. - Пока доберусь, пока освоюсь, выберу самое уютное место, и там встречу праздник».

Она устроилась как обычно - на крыше вагона. Взяла с собой теплый плед, корзинку с едой. Поехали! Быстро скрылась из виду Москва, промелькнуло Подмосковье, потом была стоянка в Смоленске. Дальше - в Орше, Минске, Серафима знала, что это уже белорусская земля.

А дальше поезд остановился на границе. Там ходили пограничники и таможенники, проверяли документы и вещи, и даже собака была с ними. Она обнюхивала вещи и явно что-то искала. Собака Сороке не понравилась. Во время контроля она улетела со своей крыши на дерево и наблюдала издали.

Наконец поехали дальше, по территории Польши. Время словно дало обратный ход. Появились зеленая трава, желтые и красные осенние деревья и даже цветы! «Мы же на юг движемся, - вспомнила Сорока. - И здесь намного теплее, здесь только начинается листопад!»

В Варшаве она успела навестить голубого ангела, о котором она тоже давно знала. Ангел как всегда стоял с чемоданчиком у вокзала, но никуда не ехал.

«Я провожаю людей в путь, - объяснил Ангел. - И встречаю приезжих, приветствую их. Я дорожный ангел, талисман для путешественников».

Сорока не совсем поняла, что значит «талисман», но после разговора с ангелом ей стало очень хорошо и тепло на душе.

К вечеру поезд прибыл в Чехию на станцию Богумин. Пассажиры вышли на перрон размять ноги, а некоторые побежали в магазин за продуктами. «Какой уютный город, домики как в сказке, - подумала Сорока. - А какой интересный язык, вроде, похож на русский, и в то же время совсем не похож».

Вскоре стемнело, и началась Австрия - Зальцбург, Линц, Вена... Вокзалы, пути, рекламные щиты, ночной свет в окнах. Было очень красиво и тепло, словно и не ноябрь на дворе. Под стук колес Серафима уснула. Да и устала она от впечатлений.

А утром она и не поняла, где находится. Высокие горы, быстрая река, кипарисы и целые поля с виноградниками! Юг, настоящий юг! Италия! Неужели Италия?

Да, совсем скоро поезд остановился в Вероне. Вышли пассажиры, которые ехали на воды. Потом была остановка в Милане. А в два часа дня поезд прибыл в Геную. Сорока увидела море! И огромные сосны! И высокие пальмы! «Здесь и надо выходить! Какая красота!»

К тому же она услышала, что Италия скоро кончится - дальше поезд идет во Францию, в Ниццу! И она приземлилась на перроне.

Надо сказать, что юг Сороку поразил. В ноябре было жарко, как летом, и люди были одеты по-летнему. Вместо берез и осин над головами возвышались пальмы, кипарисы и очень странные сосны. В гуще магнолий кричали и ссорились какие-то птицы. Кто это, кто? Серафима подлетела поближе и прислушалась.  Вместе с ней остановились и туристы. О, да это же с поезда «Москва-Ницца»!

«Ну и кислые у нас в городе гранаты! - возмущался кто-то. - И не созрели еще. Полетим завтра в Нерви за финиками?»

«Гранаты, финики, - не ослышалась ли я?» - подумала Серафима. И вдруг нос к носу столкнулась с огромным зеленым попугаем. Сорока глазам не поверила! Попугаев они никогда в жизни не видела.

«Ты кто, откуда?» - спросил ее попугай.

«Я сорока, из России,» - охотно ответила Серафима.

«Шутишь, - не поверил попугай. - Русия очень далеко отсюда! Как ты могла сюда попасть?!»

«Я поездом, - объяснила Сорока. - Так далеко мне не долететь, ты прав. Ну и жара у вас!»

Тут прилетели и другие попугаи. Все удивлялись и галдели так, что прохожие останавливались. Тем более улица людная, у вокзала.

«Надо же, - удивлялась Серафима, - поздняя осень, а такая теплынь, гранаты, финики, пальмы...»

«Хурма, апельсины, мандарины, лимоны, виноград!» - затараторили все хором.

«И опунция, моя любимая...» - пискнул маленький попугайчик.

«Опунция?! Что это?»

«Это такой кактус! А плоды у него - все лапки оближешь! Только косточек много, замучаешься!»

Серафима решила остаться с попугаями. Утром они полетели в Нерви есть финики. Сорока ничуть не отставала от попугаев, она летела даже быстрее!

Летели они недолго. Серафима с удивлением разглядывала невиданные деревья, цветы, разноцветные дома с развешанным бельем… А в Нерви она увидела море! Море без берегов, без конца и края! С кораблями и яхтами!

А рядом с морем шли поезда и электрички! И совсем обычные люди ехали в них. Правда, итальянцы, Сорока впервые видела итальянцев. Ой, и русская речь тут!

«А это что? Апельсины?»

«Конечно, апельсины! Ты никогда не видела апельсинов?» - удивились попугаи.

«Видела, конечно! В магазинах, на базарах, в домах. Дорого они у нас стоят!»

«Вот еще, апельсины покупать! У нас они просто так растут! Никому они не нужны! Мы их и не едим!»

«Мы финики любим!» - орали попугаи. Вдруг они заметили огромную финиковую пальму (да-да, финики растут на пальмах!) и набросились на нее. Финики полетели вниз, во все стороны, на головы и под ноги прохожим. Но никто не обращал на них внимания. Люди ждали автобус, покупали газеты, гуляли с собаками...

Обычная итальянская жизнь.

«Неудобно мусорить, - подумала Сорока - отлечу в сторонку». Да и финики ей не понравились. Они, явно, были незрелые, светло-желтые. А апельсины и вовсе были зеленые.

«Ты какая-то грустная, скучная, - заметил самый крупный и шумный попугай, звали его Марчелло. - И перья у тебя черно-белые, некрасивые. Прости, конечно.»

«Мне вовсе не скучно. И не грустно. А наоборот радостно и интересно. Просто я другая. Я птица северная. Хотя и у нас все птицы разные, и каждая по-своему хороша.»

«Зато она умная, рассудительная! Отстань от нее!» - попросил попугай поменьше. Звали его Адриано.

«А правда, что вы новости разносите? - подлетел к ним третий попугай, Анжело. - И у вас есть сорочья почта?»

«Да, но сейчас я без почты, не было оказий! Я просто турист.»

День выдался знойный, яркий, солнце слепило глаза. Люди купались в море, загорали на скалах. Огромные пальмы, пинии, кипарисы красовались на набережной. Все было похоже на сон.

Разговоры с попугаями Сороку утомили, и она решила дальше путешествовать одна.


Потом Сорока была в известных городах: Риме, Сиене, Милане, Флоренции. Но неожиданно поезд привез ее на незнакомую станцию.

«Где я? Куда привез меня поезд?» - Серафима огляделась по сторонам. Вокруг были невысокие зеленые горы. Станция находилась в низине. А над горами клубился туман.

«Ассизи, - прочитала Сорока. - Станция Ассизи.»

Пять человек с рюкзаками ждали автобус. Серафима решила лететь следом. Ведь туристы всегда выбирают самое интересное! Автобус пошел вверх, по извилистым дорогам,  мимо оливковых рощ, сосен, все выше и выше...

А наверху был старый город. Таких городов Сорока никогда не видела. Невысокие дома, сложенные из каких-то прочных мелких и крупных камешков, старинные двери и окна, причудливые почтовые ящики и множество цветов, больше всего цикламенов. В Генуе, Риме, Флоренции были в основном хвойные растения - пинии, сосны, кипарисы...

А сколько здесь олив! Прямо у домов! Серафима никак не могла привыкнуть, что здесь это везде, это обычно.

О, и апельсины тоже тут! Сорока поняла, что в Италии они растут, как в России яблоки. Но яблоки не кладут в новогодние подарки, а вот апельсины часто кладут. В России это все-таки  фрукты экзотические, и для многих дорогие. Дети и взрослые им радуются. А когда чего-то много, то и радости настоящей нет, это известно.

Сорока вспомнила, сколько было яблок нынешней осенью в деревне! Да и в городе. Поначалу все радовались, ели, варили варенье и джем, пекли пироги, сушили... Угощали друг друга, а потом просто умоляли друзей и соседей взять яблоки, не пропадать же такому богатству! Ох.., через месяц никто уже не мог смотреть на яблоки.

Неужели и с апельсинами такое бывает? И с гранатами?

Да и финики... В России это тоже экзотика, а тут под ногами валяются!

Ассизи жил совсем не так, как живут другие города, большие и маленькие. Здесь жизнь текла неторопливо. Было тихо. Туристов мало, да и жителей немного. Вот мальчик с ранцем пробежал по лесенке. Вот мужчина красит окно. Люди сидят в кафе. В костеле Святого Руфина тоже тихо. Только шелестит листвой ветер, проехала машина, внизу зазвучал колокол. Пронеслась ватага школьников, может, экскурсия?

«Ассизяне - самые спокойные люди на земле, - подумала Сорока. - Пожалуй, останусь я здесь, здесь и Рождество встречу».

Серафима еще не знала о великом уроженце этих мест — Святом Франциске. Ей предстояло услышать о его судьбе и Гимне Солнцу, о его любви ко всему живому. Неслучайно на костеле Святого Руфина на орнаменте столько растений, зверей и птиц!

Ей предстояло прилететь в монастырь под горой, который называется Сан-Дамиано. Здесь Франциск бывал с юности. Здесь он услышал слова Христа. Именно здесь родилось францисканское движение.

В монастырском саду под сенью старой оливы она устроила себе домик. И прожила в нем целый месяц.

В Сочельник часто случаются чудеса. Для Серафимы было чудом уже то, что она встречала Рождество в Италии. Да еще в древнем монастыре в оливковой роще.

Какое тихое утро. Даже вчерашний ветер угомонился. Только где-то далеко внизу идет поезд. Окна в кельях приоткрыты. Кто-то читает молитву. Если прислушаться, можно уловить и потрескивание свечи. Вот звякнуло ведро у колодца.

Сорока выглянула из своего домика и увидела снег. Снег в Италии?! Он выпал ночью, и шел так тихо, что его никто не заметил. Но вскоре монахи высыпали во двор. Они радовались как дети. Казалось, еще чуть-чуть, и они начнут играть в снежки!

А в сумерки появились огромные звезды. Было светло на Земле и в небе. Было светло на душе. Приближался час рождения.

Рисунок Юлии Сканцевой