Наталья Савельева

Однажды в декабре

Продолжение

А во дворе слышался смех, летели снежки и подпрыгивали лисьи хвосты! Весело было во дворе. Тимофей и Курт решили выглянуть в окно. Там было много лис, очень много!

Откуда?

Выйдя во двор, ошеломлённый Тимофей так и сел в снег. А потом и упал. Он увидел свою Варвару. Свою пропавшую Варвару. Только через много лет… другую уже, но такую же родную.

Так они и сидели в снегу напротив друг друга и плакали. Лисы всех возрастов тоже притихли. Самые младшие тоже начали плакать. Никто ничего не понимал.

Только Курт догадался, в чём дело. Гномы всё про всех знают.

Сначала они устроили пир горой, накрыли большой стол, потом стали укладывать всех спать. И лишь потом удалось Тимофею и Варваре поговорить. Зажгли они свечу, плакали и говорили...

«И что я натворила? Молодая была, глупая, в лесу, видите ли, скучно стало! А Аксинья меня долго уговаривала. Новые леса, поля, новые города и страны... Не хотелось мне тебя оставлять, но думала — провожу её немного и вернусь, вернусь же...

Сначала мы шли, словно просто гуляли, я и не думала о расставании с тобой и родным лесом! Потом заблудились. И ни одной лисы как нарочно не встретили! Зайцы были, но они от нас убегали, мы же — лисы! От волков и медведей сами держались подальше. А потом мы вышли на станцию. И Аксинья схватила меня за лапы и вместе со мной впрыгнула в почтовый вагон. Оказывается, бывают такие вагоны...»

«И какая это была станция? — заволновался Лис Тимофей. — Ты заметила?»

«Точно не знаю... — что-то старое... Старая...»

«Старая Русса! — догадался Лис Тимофей. — Далеко как, это вы столько прошли?!»

«Аксинья радовалась, она мечтала прокатиться на поезде, а меня прямо трясло от страха. И ехать непривычно, и есть нечего, и обнаружить нас могли... Так мы ехали целую ночь и приехали в Москву!»

«В Москву! — закричал Тимофей. — Да как в Москву-то?»

«Очень просто! Поезд шёл по маршруту "Псков-Москва". А в Москве нам что делать? Город огромный! Хорошо, что поезд прибыл ранним утром, темно ещё было, и я думала, спрячемся в каком-нибудь парке и решим, что делать дальше. И парк был рядом, Сокольники...»

«Сокольники! — снова закричал Тимофей. — Там же наши хозяева живут!»

«Какие хозяева? — не поняла Варвара. — Мы же в лесу всегда жили, дикарями! А сейчас ты в деревне, с людьми. Хотя людей и не видно что-то... Где тётя Дуся, Вера Фёдоровна, Геннадий, дядя Юра?»

«Да сколько времени-то прошло, Варварушка…» — только и ответил Тимофей.

Он заварил чай, достал мёд и с волнением стал слушать дальше.

Зимняя ночь долгая, словно две летних. Дороги зимой заметает, и люди, а их зимовало нынче всего пятеро, могут только выйти во двор да к продуктовой машине, которая иногда приходит в деревню. Можно дойти по широкой дороге до соседних деревень, но зимой мало кто ходит — опасно, кругом волки и дикие кабаны. И морозно. Иногда большие машины вывозят в Финляндию лес. Легковые машины нет-нет, да проскочат, точнее, пробуксуют по снегу. Но сейчас соседская собака Нюша лаяла, беспокоилась, наверное, чуяла, что много новых зверей появилось в деревне, да ещё лисы!

«Бабушка, — запищал самый маленький лисёнок, — кто это лает, это не охотники?!» «Спи, малыш, мы дома, тут нет охотников, и забор большой в нашем дворе...»

«Придётся сильно расширять нору, — подумал Тимофей. — Вот какая семья теперь у меня!» Варвара словно услышала его мысли: «Старшие отдельно жить будут, и младшие будут подрастать потихоньку.., ничего, всех жильём обеспечим, уж что-что, а норы мы рыть умеем...»

Да-да, это были дети и внуки Варвары и Тимофея! И даже два правнука.

«Мы долго сюда шли, — продолжала Лиса Варвара, — и нас сопровождали сороки, передавали друг другу как почту! Я просила предупредить, чтобы ты не слишком разволновался, но сороки решили сделать тебе сюрприз! Да если бы они не сообщили нам, что ты жив и живёшь в Липском, мы, скорее всего, и не вернулись бы сюда... Грустно было бы...»

Вздохнув, Варвара рассказала, как Аксинья бросила её в Москве, просто убежала тайком, и всё. Ведь именно тогда Варвара почувствовала, что у неё будут лисята. Они так мечтали с Тимофеем об этом! Надо поскорее добраться к нему! И она шла ночами по лесам и городским окраинам домой, в тверские, а потом — в бологовские края... Но опять заблудилась. Компаса и карты у неё не было, а приближаться к станциям она опасалась. Тверь-то прошла, не заметить большой город трудно. А дальше... Вскоре она очень ослабла, и уже начиналась зима, а конца пути не предвиделось. Выпал первый снег. Она заметила лисьи следы и пошла по ним. Пришла к норе. Так она познакомилась с Лисом Павлом. Он сидел у норы и смотрел вдаль, и очень обрадовался, что кто-то пришёл к нему... Это был немолодой одинокий лис. «Как я», — подумал Тимофей.

Лис Павел давно был одинок. Он так же ненавидел охотников да ещё и пострадал от них, так же не ел мышей, заготавливал корешки, ягоды и мёд. Любил читать. «Словно брат мой, — подумал Тимофей, — а, может, и в самом деле брат? Кто знает?»

«И я осталась с ним, — расплакалась Варвара, — подумала, что ты меня всё равно никогда не простишь! Да и не дойти мне было одной. Так и прожили мы эти годы. Родились дети, потом внуки... Прости меня, прости!!!»

А Тимофей уже давно простил. Он всех прощал. Тем более родных. Тем более Варвару. Такой это был благородный Лис. Да и как было не простить, если Варвара долго ухаживала за больным Лисом Павлом и не оставила его одного, когда ему стало совсем плохо. Ошибившись раз, она стала мудрой.

Пока они говорили, Гном Курт зажёг на высокой яблоне яркую звезду. А к ёлочке прибежали зайцы и устроили весёлые танцы!

Наутро случилось чудо. В рождественский Сочельник часто случаются чудеса. Варвара и Тимофей проснулись молодыми — такими, какими расстались много лет назад. А Гном Курт стал старым. Лисы сначала очень расстроились, но потом узнали, что Курт легко сможет вернуть себе молодость — гномы это умеют, знают разные способы. Сейчас ему предстояла дальняя дорога в Лапландию вместе с другом-оленем. А Варвару и Тимофея ожидала долгая счастливая жизнь, как и было задумано Небесами.

Рисунки Юлии Киви