«Не думала, что столкнусь с таким ужасом... Это наша учительница. Скажите, если это не профнепригодность, то что?!» «Не смогла слушать долго...   расстроилась. Бедные дети! Проблема профессионального выгорания педагогов для школ очень актуальна», - пишут родители.

Запись, на которую они ссылаются, ужасна. Тот, кто ее слышал, знает. Впрочем, уже вчера появилось известие, что это компиляция. Учительница говорила это на разных уроках, а какие-то недоброжелатели записали и смонтировали это единым блоком. Впрочем, если учительница произносила хотя бы одну такую фразу за весь урок, это уже повод для размышления.

В данном случае важнее другое.

Почему родители стремятся первым делом выложить в интернет записи, которые свидетельствуют, что педагоги не всегда соблюдают профессиональную этику? Да потому что для них норма – замечательный учитель, мама для своих учеников. Когда родители сталкиваются с чем-то иным, это для них потрясение.

Сделанная ребенком из-под парты запись на телефон позволяет взрослым – впервые в истории - заглянуть в тайную «кухню» школы. Конечно, они не могут удержаться от желания подсмотреть за ней хоть одним глазком. И, конечно, они далеко не всё в ней понимают. 

Каков их учитель с детьми, когда родители его не видят? Что происходит во время святая святых - таинства урока? Это для них загадка.

И вот некоторые родители (поколебавшись и посоветовавшись с друзьями из соцсетей) просят своих детей нажать на кнопочку «запись». И сделать это незаметно, в конце перемены…

Мнения родительской и педагогической общественности за последние дни разделились.  

«Это не использование мобильных средств связи, а использование записи разговора без разрешения собеседника», - считает одна мама. «Нельзя детей привлекать к подлости!» – возмущается другая. «Значит, детей можно безнаказанно унижать?» - возражают им третьи. «У знакомых было подобное – из класса ушли трое или четверо детей, учитель остался. Остальные родители претензий не имеют, хотя запись слышали».

А есть и совсем жесткие мнения: «Донос у нас поощряется на государственном уровне. А дальше уже личное дело каждого…»

Вот что думает по этому поводу Анна Александровна Вавилова, кандидат юридических наук, старший научный сотрудник Лаборатории образовательного права МГПУ:

- Сразу оговорюсь: записи я не слышала, поэтому не могу оценить, похожа она на компиляцию или на запись урока «от звонка до звонка». Понять родителей, которые захотели услышать запись с урока, я могу: они - законные представители своих детей,  фактически, защитники их прав. Поэтому они имеют право знакомиться с методами обучения и воспитания в школе, имеют право защищать права своих детей. Но достигнуть цели они могли бы другими способами, более безопасными с юридической точки зрения.

- Телефон был включен на запись, а учительницу об этом не предупредили…

- Телефон - частная собственность ребенка, пользоваться им в стенах школы разрешено. Поэтому, теоретически, он мог работать и в режиме записи. Школа - это не частная квартира педагога, в которой запись была бы незаконной. Но здесь возникает множество вопросов. Как быть с правами тех лиц, которые находились рядом во время записи? Могли быть нарушены, например, права одноклассников ребенка: а вдруг, пользуясь отсутствием или невниманием учителя, они решили бы обсудить какие-то вопросы своей частной жизни? Кроме того, где гарантии, что ребенок записывал только то, что происходит во время урока, а не факты, относящиеся к личной жизни окружающих? Тем самым он нарушал бы тайну переговоров. Несомненно, есть вопросы к факту публикации этой записи в соцсетях. То есть возникают нарушения, которые можно было бы назвать «процедурными».

- Значит, запись с урока не поможет родителям решить школьные проблемы своих детей? 

- В беседе с администрацией школы – а родителям такая беседа предстоит - опираться на запись с урока, сделанную без предупреждения, несомненно, можно. Для родительской общественности это – повод обсудить со школой вопросы организации образовательного процесса. Для них не существенно, каково доказательное значение этой записи на гражданском судебном процессе. Важнее другое: педагог недопустимо вела себя по отношению к их детям. Остальное - дело руководителя школы: как решить вопрос с этим педагогом и при этом не нарушить права учеников. Необходимо помнить, что и родители могут понести ответственность за подобные действия. Это зависит от содержания записи. Если из нее очевидно, что педагог совершил аморальный поступок (например, применял психическое насилие), то процедурные вопросы (то, как была сделана эта запись, примут ли ее как доказательство в суде) должны отступить на второй план. Если же учитель просто разговаривал с детьми на повышенных тонах – это другое. Еще вопрос: не посчитает ли сам педагог, что его пытаются заведомо ложно обвинить в совершении преступления? Ситуация в данном случае неоднозначная.

- Можно ли уволить учителя на основании такой записи?

- Чтобы диктофонная запись была признана доказательством, надо соблюсти массу требований к порядку ее осуществления. Запись, сделанная при таких обстоятельствах – я сужу по известной мне информации – точно не может стать доказательством! А при увольнении педагога особенно важны доказательства его вины. Добавлю: запись на диктофон может НЕ стать формальным поводом даже для служебного взыскания к педагогу. Правовых последствий для учителя не возникнет именно потому, что запись не будет признана доказательством.

- Даже если все узнали голос учительницы?

- Конечно! Суд ориентируется на доказательства, и «узнали» в данном случае никак не решает многих вопросов; а вдруг это – монтаж? А вдруг просто похожий голос? А вдруг запись была сделана в иной обстановке (это не урок, а, например, школьный спектакль, в котором педагог разыгрывает сценку с ролью «злой учитель»)?

- Получается, что у директора школы не так уж много возможностей для действия?  

- Директор должен предпринимать меры не только в том случае, когда у него на руках - неоспоримые доказательства, юридически признаваемые в рамках судебного процесса. Даже при отсутствии таких доказательств повышенное внимание такому учителю должно быть обеспечено. Каких-то общих рекомендаций тут быть не может: очень многое зависит от содержания записи, позиции педагога, родителей, детей из класса, даже самого класса. Одно дело запись, сделанная в классе из 25 человек в возрасте 16 лет, и совсем другое на уроке у первоклассников. (Чтобы восстановить обстоятельства происшествия, возраст учеников имеет ключевое значение). Если директор уверен, что запись – подлинная, он может провести с учителем разъяснительную беседу, самостоятельно проверить, как тот проводит уроки. Руководитель должен быть заинтересован в том, чтобы в его школе не работали такие педагоги. Многое зависит и от позиции самого учителя. Если он признает, что на записи – его голос, директор может убедить родителей, что такое больше не повторится. Педагог принесет им извинения, а школа организует онлайн-трансляцию с его уроков, чтобы доказать, что это был разовый случай. Если учитель и директор сомневаются в правдивости записанного (подозревают, что это - компиляция, монтаж, изменение голоса и т.п), значит, с одним классом у педагога возник неразрешимый конфликт. В таком случае у директора есть решение: передать класс другому педагогу.

- Родители спрашивают: можно ли на основании такой записи потребовать заменить учителя в классе?

- Родители могут требовать соблюдения законодательства в отношении их детей, настаивать на реализации всех своих прав (в том числе - права знакомиться с образовательным процессом для защиты прав детей). Но указывать администрации, какого педагога в какой класс выбирать для работы, они не вправе. Они могут обратиться к администрации школы с просьбой поменять учителя для своего класса, или перевести своего ребенка в другой класс. Это можно сделать в любой момент, по разным обстоятельствам и без всякой связи с подобными записями.



Фото Марии Голубевой