В кабинет к Дубину мог зайти любой учитель, родитель, ученик, не записываясь на прием за полгода. Омск – единственный город в России, где удалость построить сетевое взаимодействие образовательных учреждений, и это вписалось в модернизацию, объявленную чуть позже. Дубин не боялся спорить, доказывая, что дабы обеспечить всех омских малышей детсадами, нужно построить 40 зданий. Настроил против себя  риэлторские агентства, пытавшиеся поставить на денежный поток справки об отчуждении имущества несовершеннолетних. Модернизацию проводил не для галочки, а с перспективой – федеральные деньги кончатся, а местное руководство должно понять, что школы нужно развивать. Демонстрировал мобильные классы руководству. Общался с бизнесменами, готовыми на своей базе разместить мультимедийные комплексы с обучающими программами, так, чтобы могли учить не только 256  детей с ограниченными возможностями, а гораздо больше. Нацпроект «Образование» начал с  обучения руководителей администрированию и менеджменту. Был уверен, что ребенку в школе должно быть хорошо. Возвращал дополнительное образование в школы. Наладил питание детей. Придумал расширять старые здания школ пристройками для оздоровительной и спортивной работы. Причем по абсолютно новой технологии: сжатые сроки, умеренная цена, высокое качество. С его подачи в отрасль пошла молодежь: молодые не только ускоренными темпами повышали квалификацию, но и получали квартиры!

Самое главное, чего, по признанию Дубина, удалось добиться, - это диалога. Не с властью, а именно с подчиненными. Наверное, это было его ошибкой – власть в области сменилась. Неудобный и не в меру энергичный Дубин остался. Теперь он три раза в неделю сидит на судебном процессе, еще четыре – грузит мешки с мукой. 7 июня 2013 года как гром с ясного неба сообщение УМВД: «Полицейские установили, что чиновник, используя  служебное положение, организовал устойчивую преступную схему по стабильному получению взяток. Деньги брал за содействие в согласовании документов на совершение сделок с квартирами, долю в которых на праве собственности имеют несовершеннолетние дети. При получении очередной части взятки в сумме семи тысяч рублей задержан с поличным оперативниками».

Я не поверила -  впечатление крохобора Дубин не производит. Задержали его не в кабинете, где его товарищ и бывший юрист департамента Василий Цветков отдавал ему долг, а возле детского сада, куда он приехал за сыном, публично. Все по полной программе - ноги шире, пинок по ногам. Ни фото, ни видеозаписи не велось. Везде написано, что задержанный имеет право на звонок адвокату. Он не имел. До двух часов ночи разговаривали с ним в УВД, постоянно меняя собеседников, потом поехали в Следственный комитет… на его же машине. После возбуждения дела суд принял решение о домашнем аресте, которое потом было признанно незаконным. Дубин не особо понял, что надо делать, и пошел утром на работу.

- К ситуации относился, как дурному сну, который вот-вот кончится. И вот с этим формальным нарушением домашнего ареста, который еще и не начался, органы выходят с предложением поместить меня в СИЗО. Причем на заседание суда я еду сам, опять же нарушая домашний арест. Суд вынес постановление поместить меня в ИВС, это тоже позже было признанно незаконным. Неделю отсидел незаконно, за что, конечно, никто не извинился… Выпустили странно: на видеоконференции судья пообещал утром, а  через час: с вещами на выход! И я пешочком, без ремня, шнурков и копейки денег 2,5 часа «гулял» до дома по родному городу.

Суд над Дубиным мне кажется фарсом. Опрошена масса людей, но свидетельствует против него лишь риэлтор Марина Шевелева, производящая впечатление дамы «не от мира сего». В своем еженедельнике, приобщенном к делу, она все время просит денег… у Вселенной.

- Бывают такие сделки, где собственники квартиры – дети, тогда  надо брать разрешение у Департамента образования. В сложных ситуациях надо быстро. Я обратилась к Василию Александровичу Цветкову, он сказал, что это можно сделать за 3-6 дней. Главное, чтобы не нарушались права детей. За это действие вознаграждение – 5-8 тысяч рублей.

Где работал тогда бывший юрист в сфере образования Цветков, Шевелева точно не знала, но деньги исправно привозила в «какой-то институт». С 2012 по 2013 год она привезла, по ее словам, 20 взяток, видимо, забыв, что в деле фигурируют 26 эпизодов. Со слов Василия Александровича она поняла, что деньги для Дубина. Ну и себе оставляла – «на булавки», пользуя таким образом несколько агентств сразу, не будучи устроенной ни в одном.

- Кандидат юридических наук, доцент Василий Цветков четко пояснил, что оказывал Шевелевой юридические услуги, за которые брал деньги, поскольку не в каждом агентстве есть юрист, – объяснил адвокат Михаил Завьялов. -  Когда консультации касались отчуждения собственности несовершеннолетних, обращался за разъяснениями к Дубину, но не просил как-то ускорить процесс по выдаче разрешений. Да это и не было нужно. Цветков привел статистику, основанную на опыте: треть разрешений выдавалась в срок 3-5 дней, еще треть – до двух недель, более сложные, когда требовалось обследование квартиры, – до месяца. Возможно, Шевелева оговаривает его по той простой причине, что совершала мошенничество, собирая с клиентов деньги, которые присваивала. Теперь этими показаниями она пытается уйти от ответственности с помощью оперативных работников. Лишение статуса федерального судьи в отношении Цветкова инициировано Следственным комитетом, а не судом или прокуратурой, хотя в возбуждении уголовного дела в отношении Цветкова отказано. Причем решение такое принято только 28 ноября 2014 года, а дело Дубина возбуждено в июне 2013-го. На вопрос судьи, почему он не оспаривал это решение, Цветков ответил: «Не вижу смысла,  поскольку в судебной коллегии все зависит от  рассмотрения данного дела…»

Когда дело с Шевелевой стало разваливаться, появилось еще одно обвинение. В департаменте возникла экономия, которую нельзя было вернуть в бюджет, и на заседании у заместителя директора департамента принято решение потратить эти средства на продукты питания для школ. Сотрудники промониторили рынок, остановились на казенном предприятии «Центр питательных смесей», учредителем которого является областной  Минздрав. 

- Теперь Дубину вменяется в вину, что он  предложил Игорю Богдашину, директору ЦПС, перевести ему взятку на фирму «Шанталь», о которой Богдашин и знать не знал, как утверждает, – говорит адвокат. - Но  зам. главного бухгалтера Центра питательных смесей показывает, что Богдашин еще за полгода до вменяемого Дубину преступления еженедельно обналичивал деньги через ООО «Шанталь». Не все ясно и с передачей этой «взятки». Якобы со счета ООО «Шанталь» их снял Сычугов, который фирмой управлял реально, но по документам с ней никак не связан. Как в таком случае снял: по чеку или банк ограбил? Кстати, позже он изменил показания, заявив, что снял его товарищ, который вообще умер. Предполагаю, что Богдашин мог совершить хищение денег казенного предприятия и, чтобы избежать ответственности, оговаривает Дубина. Все нестыковки указывают на то, что коллеги из СК плохо подогнали факты, топорно сработали. Как и что он передавал Дубину, никто не видел, что тоже непонятно, если за Дубиным следили с 2011 года.

Да и видеть не могли – как выяснилось через полгода заседаний, Дубин вообще был в отпуске за границей, что подтверждается и документами, и свидетелями… Но  суд продолжает упорно верить  Шевелевой, которая скорее всего организовала мошеннический бизнес, Богдашину, очень вероятно укравшему миллион государственных денег, за что его даже не пожурили. 

- Где факты? – недоумевает Дубин. - Сторона обвинения не пытается выяснить правду, у нее четкий настрой, ее интересуют односторонние факты. Ну если устанавливать истину, то почему ни одно из наших ходатайств не удовлетворено? Если я преступник, они только помогут обвинению! Никому не нужно объективное разбирательство! Мне нравится, что сегодня,  встречая многих директоров, я слышу слова поддержки и желание вернуть все, как прежде. Это и есть оценка моей деятельности. Одна директор, говорит, что не проходит и дня, когда бы к ней бы не являлись сотрудники ОБЭП Кировского округа с просьбой дать против меня показания по любому поводу. 

Какие-то истории про Дубина  периодически  всплывают в интернете, потом исчезают...  Создается образ преступника. Дубин – лицо медийное, его знает  город – у всех есть дети, внуки. Каждый хочет прославиться громким делом и Следственный комитет тоже…

- Самое странное, что, исходя из отсутствия фактов, я должен быть уверен, что ложь раскроется, – вздыхает Илья Владимирович. - Но у меня создается ощущение, что  обратной дороги нет – меня хотят  посадить в тюрьму. Печально это произносить, но посадить можно любого…

И я ему верю.

Наталья Яковлева, Омск

Фото автора