«Проблема школьной неуспешности имеет длительную исследовательскую традицию, - отметил директор Центра социально-экономического развития школы Института образования НИУ ВШЭ Сергей Косарецкий, - но пока никто не нашел «философского камня», с помощью которого можно было бы ее решить». С каждым десятилетием все больше школ снижают свои результаты. Еще в 90-е годы многие из них давали победителей олимпиад и успешных студентов.

«На школьные результаты учеников влияет множество факторов: экономически характеристики семьи, социальный статус и доходы родителей, мотивация всех участников образовательного процесса, - пояснил на конференции проректор по информатизации и оценке качества образования Томского областного института повышения квалификации и переподготовки работников образования Борис Илюхин. – А еще мотивация учителя, умение коллектива школы заинтересовать родителей, чтобы они вместе с учителями добивались лучших результатов».

Центр социально-экономического развития школы НИУ ВШЭ провел исследование среди 638 педагогов, которые работают на всех ступенях проблемных школ в различных регионах России. Выяснилось, что учителя посвящают своим трудным ученикам почти все свое свободное время. Порой – в ущерб собственной семье. Но нередко наградой подвижникам служит лишь… чувство хорошо выполненного долга.

638 педагогов трудных школ рассказали о своей жизни. Они по-прежнему решают вопросы, которыми должны заниматься другие люди и другие службы. Они заботятся о современной инвалидной коляске для ребенка с ОВЗ, о квартире для родителей своих учеников, ютящихся в доме под снос, и даже помогают получить гражданство семьям учеников-мигрантов. Наконец, именно к учителям родители трудных учеников идут за словами поддержки и сочувствия.

«Мы провели 16 фокус-групп, на которых педагоги школ из разных регионов России рассказали, что видят и замечают каждого ребенка, который может попасть в группу риска, связанную со школьной неуспешностью, - рассказывает аналитик Центра социально-экономического развития школы Института образования НИУ ВШЭ Надежда Бысик. – Такие дети всегда состоят на внутришкольном учете. Классный руководитель ведет дневник работы с этим ребенком, собирает портфолио, связанное с его проблемами. Трудные школы ищут возможность работать со школьным психологом, социальным педагогом, логопедом. Учителя дополнительно занимаются с этими детьми не только после уроков, но и в кружках и секциях. Они окружают их заботой. И по-прежнему не получают за свою работу никакого вознаграждения!». Самоотверженность учителей почему-то не находит понимания у местных властей. Наоборот, налицо полное непонимание контекста, в котором живет школа. Поэтому от школы, обучающей мигрантов, вполне свободно могут потребовать высоких тестовых баллов и побед на олимпиадах…

«Я знаю две школы в районе, - говорит Борис Илюхин. – В одной 100% учеников с первого раза преодолевают нижнюю границу баллов на ЕГЭ по математике. Но во всех соседних школах почти 50% детей с первого раза не могут взять даже этот барьер. А, значит, первая школа работает в сложнейших условиях. И ее достижение – это результат высочайшего профессионализма, подвижничества педагогов, которое они демонстрируют не первый год».

На вопрос ученых, чего не хватает учителям для работы со сложными детьми, педагоги отвечали просто: «Сил, нервов, здоровья». Правда, педагоги, самоотверженно отдающие свои силы своим трудным ученикам, чаще всего не знают, чему можно (или нужно) научиться, чтобы принести этим детям еще больше пользы. Половина опрошенных уверена, что владеет технологиями, необходимыми для такой работы. Под «технологиями» они почти единодушно подразумевают личное, теплое, семейное отношение к своим ученикам.

Только 25% участников исследования сказали, что хотели бы получить новые навыки по работе со сложными группами учащихся, а 10% - предпочли бы изучить методики преподавания в поликультурной среде. Большинство же отвечают: «Мы знаем, как работать с этими детьми: нас научили этому в педвузе. Чему мы еще можем научиться?» Или другой вариант: «Для работы с этими детьми не нужны специальные технологии. Если у педагога есть призвание, его достаточно». У этих учителей призвание – есть.

Директора трудных школ понимают необходимость профессионального роста своего коллектива. Когда учитель, работающий с детьми-мигрантами или детьми с ОВЗ, попросит отпустить его на повышение квалификации, они даже заплатят ему командировочные, но… учителя не просят. 53% участников исследования не стремились получить дополнительные навыки для работы с той или иной сложной группой детей. Исследователи решили, что главное препятствие – высокая нагрузка в школе. Учителя не могут отлучиться от своих трудных учеников еще и потому, что каждый день их ждет ворох недописанных отчетов.

«Сложным школам необходимы внешние специалисты: тьюторы, психологи, социальные педагоги, муниципальная методическая служба. Тогда учителя смогут не только посвящать своим сложным ученикам еще больше времени, но и успешно повышать свою квалификацию», - делает вывод Надежда Бысик.

В Центре социально-экономического развития школы считают, что нужно создавать курсы и в самой школе, объединять педагогов в команду, ставить единые цели. Учителям и руководителям образования необходим банк лучших практик работы с неуспешными детьми для применения в различных регионах и разных культурных контекстах. Этому будут посвящены дистанционные семинары Центра социально-экономического развития школы Института образования НИУ ВШЭ. Здесь предполагается знакомить педагогов с лучшим российским и зарубежным опытом преодоления школьной неуспешности.

Фото Марии Голубевой