Вопрос о том, почему принято решение об объединении вузов, которые всегда больше всего на свете боялись потерять свою самостоятельность, далеко не праздный. Если вузы решили объединяться, то для этого должны быть существенные резоны. Они нынче заключаются в том, что иначе будет потеряно отечественное авиакосмическое образование как таковое. Если МАИ, находясь в центре страны, налаживает деловые контакты с ведущими фирмами и КБ, расположенными в основном в столице или вблизи нее, то вузы, работающие в регионах, подчас таких возможностей не имеют. Кроме того, региональные власти приветствуют объединение в университеты тех федеральных и региональных вузов, которые уже считают своими. Например, в Красноярском крае уже практически принято решение о создании на базе всех вузов национального университета. И хотя против выступил краевой Совет ректоров, идея будет реализована, потому что ее горячо поддерживает Министерство образования и науки РФ. В свое время объединение в классические университеты, скажем, медицинских, педагогических и технических вузов ухудшало уровень подготовки специалистов по конкретным направлениям по сравнению с тем, что было в необъединенных высших учебных заведениях (например, до качественной подготовки учителей с организацией соответствующей практики у классических госуниверситетов руки не доходили), можно было скорее беспокоиться о том, что новоявленные университеты, меняя вывеску, по научно-учебному уровню до лучших университетов не дотягивали. Об этом неоднократно говорил, в частности, ректор МГУ, академик РАН, президент Российского союза ректоров Виктор Садовничий. В случае же с объединением аэрокосмических высших учебных заведений в единый национальный университет дело обстоит иначе, чем с объединением вузов в классические госуниверситеты.

Во-первых, решение принято добровольно самими вузами, во-вторых, каждый из входящих в объединение будет юридически самостоятелен в тех пределах, которые позволят ему не потерять собственное научно-учебное лицо, в-третьих, национальный аэрокосмический университет будет напоминать некую космическую станцию, где к основе - Московскому аэрокосмическому университету - пристыкуются корабли-спутники. Иными словами, соединение будет не жестким, а весьма гибким и мобильным.

Почему именно МАИ (МГАКУ) избран основным? Не только потому, что в свое время был инициатором рождения авиационных высших учебных заведений по всей стране, но и потому, что этот вуз, недавно отметивший 75-летие своей деятельности, уже зарекомендовал себя как выдающийся учебно-научный центр.

МАИ возник вначале как аэромеханический факультет МГТУ имени Н.Э.Баумана. Тогда в институте было всего три факультета: моторостроительный, самолетостроительный и воздухоплавания - 450 студентов, директор Георгий Петрович Судаков, его заместитель - выдающийся аэродинамик Борис Николаевич Юрьев. Перспективному институту дали участок земли на Соколе, и в 1933 году там уже был выстроен первый учебный корпус, но первый выпуск авиационных инженеров состоялся еще осенью 1930 года, в этом же году была создана аспирантура, где начали обучение будущие выдающиеся профессора и конструкторы Братухин и Ромашевский. Тогда же энтузиаст ракетной техники Цандер создает в МАИ кружок ракетчиков. Самым активным кружковцем был студент Михаил Янгель, позже, блестяще окончив вуз, он станет в начале 50-х годов руководителем конструкторского бюро ракетной техники в Днепропетровске, где ковался ракетно-ядерный щит СССР. Перед началом Великой Отечественной войны на авиацию, оснащенную мощными боевыми установками, навигационным и радиооборудованием, возлагались особые надежды. Это привело к появлению в МАИ специальностей «Вооружение», «Оборудование самолетов», а затем и факультета вооружения. Перед войной в МАИ уже учились сотни студентов, дело было не только в их любви к авиации, но и в том, что в вузе работали поистине великие педагоги, возглавлявшие студенческие конструкторские бюро.

В 1939 году на моторостроительном факультете под руководством выпускника МАИ профессора Скубачевского создается ОКБ-2 по созданию мощных поршневых двигателей, положившее начало Рыбинскому конструкторскому бюро моторостроения, где в 70-е годы великим двигателистом Люлькой было создано семейство реактивных двигателей для истребителей МиГ и Су.

После окончания Великой Отечественной мир надолго погрузился в пучину новой войны - «холодной». Американцы наращивали объем самых различных, в том числе ядерных, вооружений, нужно было думать о защите страны. Первый шаг сделал генерал-майор, декан факультета самолетостроения Владимир Михайлович Мясищев, учениками которого были выдающиеся авиаконструкторы Генрих Васильевич Новожилов, недавно отметивший свое 80-летие, и Алексей Андреевич Туполев. В МАИ Мясищев начал работу над дальним тяжелым бомбардировщиком и привлек к конструкторской работе выпускников вуза. В результате за неслыханно короткий срок - за 22 месяца - в январе 1953 года наша страна получила первый отечественный стратегический бомбардировщик М-4, получивший в НАТО кличку «Бизон». В 1960 году тот же коллектив маевцев под руководством Мясищева создал первый в мире сверхзвуковой стратегический бомбардировщик М-50, на двадцать лет опередив время. Переделанный из М-4, самолет обеспечил транспортировку «Бурана» и элементов ракеты «Энергия» на космодром Байконур. 150 полетов без единой аварии - неслыханная воздушная Одиссея.

Но новая авиационная техника требовала принципиально новых средств радиолокации и навигационных приборов, это определило появление в МАИ нового факультета - радиоэлектроники, его выпускники под руководством знаменитого маевца академика Михаила Федоровича Решетнева разработали целую серию спутников связи и специальных спутников военного назначения, а выпускники факультета Юрий Федорович Воскобоев и Виктор Карлович Смока - создатели суперсовременной системы противоракетной обороны.

В начале 50-х годов прошлого века в США начались работы по созданию ракетных средств доставки ядерного оружия, которыми руководил знаменитый немецкий конструктор-ракетчик Вернер фон Браун. В Советском Союзе за развитие ракет военного назначения отвечал Сергей Павлович Королев, в свое время за 40 дней до образования МАИ окончивший аэромеханический факультет МГТУ. В 1956 году КБ Королева успешно запустило межконтинентальную баллистическую ракету Р-7, оснащенную боеголовкой с мощным ядерным зарядом и ставшую на долгие годы ракетно-ядерным мечом, остудившим головы недругов. Именно Р-7 положила начало созданию нового рода войск стратегического назначения. А под руководством заместителя Королева маевца Виктора Петровича Макеева были разработаны межконтинентальные баллистические ракеты для всех поколений атомных подводных лодок. Именно ракетам Макеева страна обязана достижением окончательного паритета в ракетно-ядерном противостоянии супердержав. Но тут потребовались специалисты по автоматическим системам управления, и в МАИ был создан факультет, который их готовил. На этом факультете вице-президент РАН СССР академик Борис Николаевич Петров воспитает целую когорту системщиков, создаст научную школу по актуальным проблемам современной теории управления.

12 апреля 1961 года в космос был запущен первый летчик-космонавт Юрий Гагарин. С тех пор 20 выпускников МАИ повторили его подвиг на более совершенных кораблях. Светлана Савицкая, депутат Госдумы РФ, дважды Герой Советского Союза, доцент МАИ, побывала в космосе дважды. Первый заместитель Королева выпускник МАИ Сергей Павлович Мишин был инициатором создания в 1968 году аэрокосмического факультета, а на Байконуре был открыт филиал МАИ. Маевцы создали корабли «Восток», потом «Восходы», «Союзы», первые межпланетные станции, полетевшие к Марсу, к Венере, а первая орбитальная станция «Салют», позже ставшая модернизированной станцией «Мир», была создана ими буквально за год. Не случайно многие из них учились у замечательного ученого и конструктора профессора МАИ Михаила Клавдиевича Тихонравова.

39 летчиков-испытателей авиационной техники - заслуженных летчиков-испытателей, Героев СССР и России - выпускники МАИ. Выпускники института работают в ведущих конструкторских бюро Микояна, Туполева, Сухого, Ильюшина, Яковлева, в разные годы его окончили 38 академиков и членов-корреспондентов РАН, более ста генеральных и главных конструкторов, свыше 35 руководителей крупных НИИ, более 250 лауреатов Ленинской и Государственных премий. Это Соколов, Бункин, Надирадзе, Беляков, Соломонов, Тищенко и другие известные ученые, сделавшие Россию великой авиационно-космической державой. Заведующий кафедрой МАИ профессор и главный конструктор Гай Ильич Северин получил Ленинскую премию за создание индивидуальных средств спасения летчиков и космонавтов. Его фантастические катапультные кресла спасают пилотов в любых ситуациях, одно из них спасло жизнь летчику-испытателю Герою России Анатолию Квочеру на авиасалоне в Бурже. Именно Гай Северин обеспечил выход в открытый космос летчику-космонавту Леонову, а сейчас испытывает уникальный скафандр «Орлан», предназначенный для исследования Марса.

Еще в 70-е годы тогдашний ректор МАИ академик Иван Образцов высказал задачу на будущее: институт должен стать техническим университетом для фундаментальной подготовки специалистов для аэрокосмической науки и промышленности. Эта идея последовательно развивалась в течение более чем 35 лет. За это время появился факультет прикладной математики, который принципиально изменил ситуацию в фундаментальной подготовке инженеров. Нынче МАИ - единственный вуз в мире, который имеет собственное конструкторское бюро. Реальное конструирование и производство авиационной техники по-иному выстраивает учебный процесс, делает его необычайно осмысленным для будущих инженеров. Без практик настоящего инженера не выпустишь. В том числе и летных практик - на собственном аэродроме студенты могут научиться управлять самолетом, прыгать с парашютом.

Сегодня начинается новый этап развития МАИ - национального университета, который своей историей и своим настоящим днем заслужил этот высокий статус.

Виктория МОЛОДЦОВА, выпускница аэрокосмического факультета МАИ, 1970 года