Не в тетрадках счастье?

К чему приводят книги

Мамой Галя Данилова стала рано. Вдовой тоже. Диане должно было исполниться три года. Самостоятельно встать на ноги помогли родители. Отец, директор ОАО «ПСХ Маркинское», купил дочери двухкомнатную квартиру в Зернограде, сельскохозяйственном наукограде Ростовской области.

Чтобы дочку взяли в детский сад, Галя устроилась в ту же группу воспитателем. Тихая, спокойная работа, позволяющая читать Вольтера между вытиранием носов и борьбой со спутанными колготками. Тогда же она перевелась на заочное отделение филологического факультета Ростовского государственного университета. От сессии к сессии штудируя горы литературы, готовя доклады и курсовые, самостоятельно держаться в заведенном ритме поначалу казалось сложным. Если бы не всепоглощающая страсть к книгам, помноженная на бабушкин идеал и авторитет школьной учительницы литературы. Если бы не постоянное стремление обсуждать прочитанное и познавать новое, то мы бы так и не узнали о филологе Галине Даниловой.

В школе, куда устроилась работать студентка четвертого курса, все было по-другому. В прошлом остались дошкольная простота и наивность. А за привилегию учить приходилось платить, пробивая броню отторжения литературы, которую к пятому классу приобретали 90 процентов детей. Тургенев и Толстой, Пушкин и Лермонтов, Данилова шла по пути бабушки, вникая в мудрое предостережение, на которое по горячности не обратила внимание: «Не надо поступать на филфак. Подумай о том, сколько ты за свою жизнь вынуждена будешь проверить тетрадей!». Впрочем, она была счастлива как никогда. Потому что могла рассказывать, обсуждать, спорить и задавать вопросы, ответы на которые не всегда оказывались очевидными. Она любила эти вопросы без ответов, вопросы, которые давали ее ученикам почву для самостоятельных размышлений.

Красивая молодая женщина, порой неотличимая от старшеклассниц, с бездонными, широко распахнутыми глазами. На нее было приятно смотреть. Ее интересно было слушать и с ней увлекательно было спорить. В нее влюблялись мальчишки, ей старались подражать девчонки. Но она ушла из школы. И совсем не из-за тетрадей, от которых предостерегала бабушка.

Запретный плод

Однажды летом директор Зерноградского педагогического колледжа Валентина Кулакова пригласила молодого учителя к себе работать. «Бросить школу? Ни за что!» - ответила Данилова. А Кулакова перезвонила и уговорила зайти, познакомиться. Колледж - первая ступень в педагогическом образовании будущих учителей начальных классов, социальных педагогов и филологов. Возможность на равных преподавать словесникам любимый предмет - зарубежную литературу - об этом Данилова могла только мечтать.

Было что-то запретное в ее любви к творчеству Вольтера, Мольера, Дидро. Русский человек прежде всего должен любить отечественную литературу. В университете на этот выбор повлияли и новизна, в школе этих авторов не изучали, и таинственность другого зарубежного мира.

С жадностью, присущей молодому специалисту, она готовилась не только к «зарубежке», но и к «Древнерусской литературе», «Фольклору». После прочтения лекций ей хотелось видеть в глазах студентов страсть, желание постичь глубину авторской мысли. На семинарах она ожидала жарких споров, как в школе.

То, что хочется, не всегда получается сразу. Данилова попала в замкнутый круг современного образования, где вращались ее студенты, чей читательский кругозор ограничивался произведениями школьной программы. Дополнительно знакомиться с чем-то они не хотели, а это мешало им интерпретировать художественное произведение. Когда человек что-то не умеет, он и не желает это делать. Например, знакомиться с литературой.

В этот первый самый сложный год она не раз вспоминала слова русского филолога Михаила Гершензона о важнейшей роли учителя. Она старалась подражать его советам - «усиливала страстность и глубину восприятия художественных произведений», организовывала живую и свободную беседу в классе, «где учащиеся взаимно заражали друг друга своей увлеченностью, а в обмене мнений между собой и учителем просветляли свое восприятие, первоначально бурное и хаотическое».

Готовясь к лекциям и семинарам, по-новому открывая для себя Стендаля и Бальзака, Данилова должна была научить студентов правильно проводить анализ художественного произведения. Но были и другие вопросы, на которые она и не сразу находила ответы. Как сделать так, чтобы студент захотел высказаться? Чтобы он научился обобщать и строить логические выводы?

Через год нерешенных вопросов накопилось столько, что хватило бы не на одну диссертацию, и Данилова решила поступать в аспирантуру, на кафедру литературы и методики преподавания РГПУ. Теперь уже как методист она могла формировать личность будущего учителя русского языка и литературы. Ей стало тесно в рамках учебных часов. Педагогическая практика, турслеты, античный театр, конкурсы красоты или профессионального мастерства - во всем, за что бралась Данилова, чувствовалась гершензоновская страстность.

Вскоре у Галины Васильевны появились и первые выпускники, которые приходили на вечер встречи. И там, повзрослевшие, они решались признаться в любви... к зарубежной литературе и к тому учителю, что подарила ее им.

Робинзон Крузо - материалист

Осенью на конкурсе «Учитель года России-2004» эта красивая молодая женщина запомнилась многим. Человека, как всегда, встречали по одежке, а провожали по уму. И не важно, что она не прошла дальше третьего тура «Учитель учителей». Для ростовской области ее выступление было настоящей победой.

Данилова всегда любила играть не по правилам. Она единственная, кто поставил в теме урока-импровизации несуществующий знак препинания «.?», от чего философская мысль «Видеть необычное в простом - признак мудрости» прозвучала по-новому. Литературные персонажи, несущие традиционную трактовку, на уроке Даниловой поворачивались к читателю другой стороной. Чичиков оказался родоначальником «бессмертного типа», символизирующего определенную страту современного «делового сообщества». Робинзон Крузо - не кто иной, как прагматичный сын своего времени, который хотел обогатиться материально. Жизнь в экстраординарных условиях заставила его переоценить ценности.

Можно ли подвергать сомнению жизненные постулаты? Имеем ли мы право на альтернативное прочтение хрестоматийных образов? «Реальная жизнь постоянно ставит человека в подобные ситуации, было бы несправедливо отгораживаться от них в школе», - считает Галина Данилова. Для нее это образ жизни - сомневаться и учить этому других.

Фото автора

Ростов-на-Дону

P.S. Сказка

Жил-был в городе Ейске Краснодарского края один учитель физики Андрей Семке, и отправился он осенью 2000 года в Москву в поход за хрустальным пеликаном, главной учительской наградой. Много воды утекло с тех пор. А в 2004 году приехал Андрей Иванович на конкурс уже групповодом, и полюбил он донскую казачку Галю Данилову. Так крепко полюбил, что потерял покой и аппетит, пока не согласилась она стать его женой. Так и случилось, что 26 августа 2005 года на Кубани родилась новая пеликанья семья. «Горько!» - разносится по всей стране, это учителя года разных лет поздравляют молодоженов. «Раз, два, три...» - считают поцелуи в редакции «Учительской газеты».