Не воспламеняются юношеские сердца и в 10-м классе, когда, подытоживая пройденный за все предыдущие годы материал по русскому языку, учитель возвращается к «великим братьям», говоря о «происхождении русского литературного языка и его месте в системе славянских языков» (в учебнике А.И.Горшкова «Русская словесность: от слова к словесности. 10-11 класс» Кириллу и Мефодию посвящен отдельный параграф - часть урока).

Однако, уважаемые преподаватели-словесники, попробуйте однажды выйти за рамки школьного учебника и, выкроив час (лучше урок развития речи в программе русского языка, в процессе изучения темы «Алфавит»), посвятить его изучению особенностей нашей азбуки. Если же такой возможности не представится, проведите урок-экспромт во время экскурсии классов к памятнику Кириллу и Мефодию в рамках внешкольного мероприятия. Поверьте, результаты не заставят себя ждать! Предлагаем вашему вниманию «нехрестоматийные» материалы к такому уроку.

Согласно житию Константина, известного нам под именем Кирилл (это имя он принял, постригшись в монахи незадолго до смерти), князь Великой Моравии Ростислав, стремясь к культурному отделению от Священной Римской империи, обратился в 863 г. к византийскому руководству с просьбой прислать в его княжество епископа или учителей, которые могли бы растолковать местным славянам христианское вероучение на их родном языке. В результате в Моравию была направлена миссия, во главе которой были поставлены два брата - Константин (Кирилл) и Мефодий. Руководящая роль в этой миссии должна была принадлежать младшему брату - Константину, который и явился создателем старославянской азбуки (ее уже в наше время французский ученый-славист Антуан Мейе назвал шедевром среди мировых алфавитов).

Эта азбука действительно является шедевром, и главное - она идейно основана на мировоззрении славян, в чем убеждает быстрое и прочное ее усвоение славянскими народами. Даже каждая взятая в отдельности буква этой азбуки имеет устойчивое в среде данных языков значение (а - аз - я; б - буки - буква и т.д.). Сочетания этих букв носят не только нагрузку внешнего (лексического), основанную на внешней форме, но и внутреннее понятие - тот признак, по которому было дано название (как раз это и связано с языковым сознанием народа). Но прежде чем доказать это положение на конкретном примере, следует пояснить его лингвистическое значение.

Вильгельм фон Гумбольдт (1767-1835 гг.), основоположник общего языкознания, говорил: «Разные языки - это разные видения мира, и слово - это не эквивалент предмета, а его понимание...». Так в восточнославянских языках слово «стол» образовано от глагола «стлать» (класть, покрывать), а в английском языке этот же предмет обозначен словом «table» от латинского «tabula» (доска). Следовательно, для славян важно прежде всего то, что на этот предмет (стол) можно что-либо класть, а для англичан важно его качество, то есть то, что этот предмет первоначально был сделан из доски. В этом и заключаются «разные видения мира».

Еще в средневековье мудрый монах Храбр, чьим языковым чутьем обладает даже не каждый современный ученый-лингвист, отметил значение букв в сочетании с миропониманием народов (сравните значения первых букв алфавитов: «учись» и «ищи»). Подходя к славянской азбуке, мы можем проследить характерные особенности и нашего миросозерцания. Для этого достаточно обратить внимание на графическую структуру одного слова - «Адам». Что же древние славяне считали важным для первого человека (а следовательно, и для всех его потомков) и что заключили они в имени его посредством графических знаков - имеющих значение букв? Рассмотрим. Адам: а - я, д - добро, м - мыслить.

Сочетание этих букв приводит к невероятному открытию: для славян прежде всего важно было то, что «я добр и я мыслю», причем гуманное, доброе, нравственное начало стоит превыше разума (хотя и разум, «мысль», также вменяется в обязательное свойство потомков Адама). Именно это внутреннее значение слова в первую очередь осознавалось произносящим его вслух («Азбучная молитва» - М., «Православная Москва», №18 (78), 1996).

Следовательно, отношение к букве, к ее написанию (а написание букв и знаков кириллицы - это особая наука) и значению было очень трепетное. Кто-то из учеников, возможно, заметит, что в древних книгах были-таки описки и орфографические ошибки. Однако они стали появляться в рукописных книгах лишь через века после обретения славянами письменности (язык книг уже стал малопонятным, а усталость переписчиков и темнота в келье, освещенной только тусклой свечой, были плохими помощниками: думаю, следует напомнить ученикам, что сейчас они находятся в более выгодных условиях, однако тетради не перестают изобиловать ошибками), а до этого веками охранялся каждый знак, каждая черта.

Но помимо вышесказанного (составления внутреннего значения слов благодаря значению букв), наша славянская азбука представляла собой еще и молитву, причем в двух вариантах: первая, собственно, из названий букв поочередно (при вольном переводе не согласованных синтаксически слов выявляется текст, смысл которого, возможно, был учтен Константином-Кириллом при наименовании знаков - аз буки веди глаголь добро есть... - я ведаю букву и глаголю добро... и т.д.), а вторая - созданный на основе азбуки акростих (греческое - «край строки»), азбучная молитва, в которой каждая строка начиналась с очередной буквы славянского алфавита.

Азбучная молитва - одно из самых ранних или даже первое из славянских стихотворений. Достоверно ее автор не известен, однако большая часть ученых считает, что ее написал сам создатель славянской азбуки Константин Философ, святой Константин.

Общее содержание этого произведения - прославление славянских книг и азбуки, подвига первоучителей славянских, воля их последователей к утверждению и распространению учения на славянском языке среди «новых» народов - славян. И что интересно, в древнерусской письменной традиции азбучная молитва имела широкое хождение (об этом свидетельствует обилие ее списков).

Писать весь текст азбучной молитвы на доске перед уроком достаточно сложно. Но попробуйте заранее сделать, размножить и раздать ученикам карточки с текстом, чтобы они хотя бы бегло ознакомились с этим уникальным древнейшим стихотворением (молитва уже представлена в «переложении» В.Я.Дерягина). Безусловно, каждый учитель лучше знает возможности своих классов. И если вы решите, что ни 5-е, ни 6-е классы «не потянут» такой информации, то отложите ее до 10-го класса, а уж старшеклассникам можно будет рассказать не только о сакральном смысле нашей азбуки, но и о печальных орфографических ошибках в тексте на памятнике Кириллу и Мефодию (о них уже неоднократно писали во многих изданиях; наиболее лаконично и последовательно изложено в статье Л.И.Маршевой «Священную двоицу просветителей наших почтим» - М., «Русский язык в школе и дома», №5, 2002 г.). Может, хотя бы смех сквозь слезы над таким абсурдом поможет нашим детям по-новому взглянуть на пометки красной ручкой в их тетрадях.

Карточка

«Азбучная молитва»

А Аз, буки, азбука - этим словом молюсь Богу:

Б Боже - всех тварей Создатель,

В Видимых и невидимых!

Г Господа, духа впредь живущего,

Д Да вдохнет мне в сердце Слово!

Е Его же Слово будет спасением всем

Ж Живущим в заповедях Твоих.

S Засветил светильник жизни,

З Закон Твой - свет пути моего.

И И уж ищет евангельского слова

I И просит дары Тебя принять славянское племя.

К К крещению обратились мы все,

Л Людьми Твоими назваться хотим,

М Милости Твоей желаем, Боже!

Н Но мне теперь пространное Слово дай,

О Отче, и Сын, и Святой Дух!

П Просящим помощи у Тебя,

Р Руки свои воздевающим, дай

С Силу принять и мудрость Твою.

Т Ты ведь даешь достойным силу,

У Убогого исцеляешь,

Ф Фараонову злобу от меня отводишь,

Х Херувима мысль и ум его мне даешь,

W О Честная и Пресвятая Троица, печаль мою

в радость обрати!

Ц Целомудренно буду писать

Ч Чудеса Твои предивные.

Ш Шестокрылых образ приняв, восшествую

по следу Учителя моего,

имени Его и делу Его следуя.

Я Явлю евангельское Слово, хвалу воздав

Пречистой Троице в Едином Божестве.

Ю Юный и старый, поют хвалу Тебе все разумные,

± Язык новый хвалу воздает

Отцу и Сыну и Святому Духу.

Ему ж честь и слава от всякой твари

и всякого дыхания во веки веков.

Аминь.

Евгения Середа, аспирант кафедры русского языка, МПГУ, Москва