Равиль ГАЙНУТДИН (ГАЙНУТДИНОВ Равиль Исмагилович) родился 25 августа 1959 г. в Татарстане. Окончил медресе «Мир-Араб» в Бухаре. В 1985 г. избран ответственным секретарем Духовного управления мусульман Европейской части СССР и Сибири в Уфе. В 1987 г. утвержден имамом-хатыбом Московской соборной мечети, в 1988 г. стал ее главным имам-хатыбом (настоятелем). В 1994 г. на учредительном меджлисе мусульманских религиозных объединений и общин Европейской части России избран муфтием, а также председателем Духовного управления мусульман Центрально-Европейского региона, преобразованного в 1998 г. в Духовное управление мусульман Европейской части России. В 1996 г. на 1-м меджлисе руководителей духовных управлений мусульман России избран председателем Совета муфтиев России. Кандидат философских наук, профессор Московского высшего духовного исламского колледжа, академик Международной академии наук Евразии, Международной славянской академии по науке, образованию, культуре и религии, Международной академии информатизации. Член Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте России. Награжден орденами Дружбы и Почета.

- Как ислам относится к военной службе?

- Ислам считает службу в армии одной из основных обязанностей мусульманина, поскольку таким образом он защищает Родину. А в Коране записано, что защита Родины «является частью твоей веры». О том же не раз говорил и пророк Мухаммед.

Что касается современной российской действительности, то в «Основных положениях социальной программы российских мусульман» есть прямые указания, касающиеся службы в Вооруженных Силах РФ, обороноспособности и национальной безопасности России. Это доктринальный документ Совета муфтиев России (СМР). Он разработан в 2000 г. и получил положительную оценку президента Владимира Путина.

- Сколько военнослужащих-мусульман сегодня в Вооруженных Силах России и будет ли меняться их численность?

- Не так давно состоялась конференция, организованная Росвоенцентром при Правительстве РФ. На ней начальник Главного управления воспитательной работы ВС РФ генерал-полковник Николай Резник сообщил, что согласно результатам социологического исследования в боевых частях, полностью укомплектованных и находящихся в постоянной боевой готовности, 5% мусульман.

В целом при существующем способе комплектования (преимущественно по призыву) и с учетом высокой рождаемости в исламских семьях тенденция к росту числа мусульман в армии будет сохраняться. Причем она не изменится и при переходе Вооруженных Сил на комплектование по контракту, если принять во внимание заявление министра обороны России о привлечении на контрактную службу граждан стран СНГ.

- Какие шаги предпринимает Совет муфтиев России в сфере взаимодействия с Вооруженными Силами?

- Нами было сформулировано несколько принципиальных положений о том, как организовывать сотрудничество духовных управлений мусульман с воинскими коллективами самого различного уровня, начиная с конкретной части, военного вуза и заканчивая Министерством обороны. Однако Совет муфтиев России не стремится заключать широкомасштабный договор с ним. Хотя в принципе не против этого. Но пока Минобороны прямо говорит, что не готово к подобному шагу.

Исламские духовные лидеры считают, что инициатива в налаживании контактов должна исходить от военных. И там, где есть такая потребность, никаких затруднений не возникает. Подчеркну: у мусульманских организаций вовсе нет намерений «проникать» в воинские коллективы, как это иногда утверждается. Основные усилия они направляют на реализацию права военнослужащих на свободу совести и вероисповедания, на участие в патриотическом воспитании.

- Как осуществляется взаимодействие с армейскими структурами?

- В первую очередь мы пытались систематизировать ту информацию, которая поступает из различных исламских общин. И убедились в том, что туда обращается много и офицеров, и солдат, которые хотят решить свои личные вопросы либо проблемы воспитания подчиненных. СМР получает немало писем от родителей и командиров. Они спрашивают в основном адреса ближайших мечетей, религиозных исламских организаций, просят выслать специальную литературу. В помощи мы никогда не отказываем. Не отправляем лишь Коран, так как неподготовленному человеку не удастся освоить эту великую книгу.

Часто командование приглашает имамов или муфтиев на различные торжественные мероприятия - день части, принятие присяги. Их нередко просят прийти, когда возникают сложности с воспитанием молодых бойцов. В первую очередь это касается парней из республик Северного Кавказа.

- А как с этим обстоят дела на Северном Кавказе?

- Там есть надрегиональная организация - Координационный центр мусульман Северного Кавказа. Его возглавляет муфтий Кабардино-Балкарии. Практически все муфтии и имамы взаимодействуют с органами власти и с военными. Примером в этом отношении может служить сотрудничество Духовного управления мусульман Дагестана и Пограничной службы ФСБ.

Не так давно начальник Службы кадровой и воспитательной работы Министерства обороны России генерал армии Николай Панков высказал просьбу, чтобы исламские духовные лица занимались психологической поддержкой раненых военнослужащих, которые находятся в госпиталях. И там, где необходимо, это делается. Оказывается и гуманитарная помощь.

- Не пора ли знакомить с основами ислама слушателей военных академий, курсантов военных вузов?

- Это трудно сделать. И главным образом в силу причин ментального характера. У многих россиян вообще отсутствует интерес к религии. Поэтому маловероятно, что наши офицеры будут изучать ислам. Хотя, например, в армии США каждый военнослужащий от рядового до генерала проходит курс в объеме 18 часов, посвященный основным национальным и религиозным проблемам. Среди российских командиров, как выяснили в СМР, более всего затребованы практические советы, как действовать в той или иной ситуации. Например, военнослужащий с Северного Кавказа отказывается мыть полы, ссылаясь на положения Корана. Офицер открывает наши рекомендации и видит, что такого положения в Коране нет.

Это же касается употребления алкоголя и наркотических средств.

- Имеют ли место контакты исламских религиозных организаций с представителями других конфессий в сфере взаимоотношений с Вооруженными Силами? Может ли быть создан единый орган по взаимодействию с армейскими структурами?

- Взаимоотношения с Вооруженными Силами РФ осуществляются как бы параллельно. Русская православная церковь раньше начала сотрудничать с армией, создала синодальный отдел по связям с ней. У Совета муфтиев России есть понимание того, что необходима координация этой деятельности. Возможно, надконфессиональной организации и не требуется, так как не возникает проблем, когда дело касается вопросов свободы совести и патриотического воспитания. Положение изменится после введения института военного духовенства. Но пока это только сфера отвлеченных теоретических рассуждений.

- Специалисты отмечают противоречия между законодательной базой и практикой взаимоотношений армии и религиозных организаций. Каким образом они будут решаться?

- Подобные противоречия объясняются вот чем. Принцип светскости не означает, что религиозные и государственные структуры знать не хотят друг друга. Он предполагает равноудаленность государства от всех конфессий, независимо от исторических традиций и менталитета. Это же касается и армии. Но на практике соблюсти этот принцип не удается. И в первую очередь из-за большой активности Русской православной церкви. Известны примеры, когда на территориях воинских частей Минобороны, МВД, МЧС, Погранслужбы открываются православные храмы. Но если так, то с увеличением количества мусульман в Вооруженных Силах необходимо будет открывать мечети.

Ситуация сейчас в военно-религиозных отношениях имеет тенденцию к повторению дореволюционной, начала XX века. Тогда в полках имелись православные священники, получавшие жалованье от государства. Духовное окормление военнослужащих-мусульман производилось теми священнослужителями, которые находились ближе к воинской части. В крупных военных гарнизонах, например, в Кронштадте, Казани, именным указом царя назначался имам. Жалованье он получал от царя, но в штате не состоял, в отличие от своих православных коллег.

Позиция мусульманских лидеров в настоящее время такова: не надо строить храмов в военных городках, не надо вводить у нас в армии капелланов, как, допустим, в США. Такое сближение религиозных организаций и государства пока никому не идет на пользу.

Зато СМР хочет внести ряд предложений в новую программу патриотического воспитания россиян, которую Росвоенцентр при Правительстве РФ готовит на 2006-2010 гг. Мы намереваемся подготовить серию патриотических плакатов, посвященных подвигам российских мусульман, которые были совершены при защите Родины. Эти плакаты будут использованы в качестве наглядной агитации. Данное начинание одобрено Минобороны. Намереваемся также издать пособие для офицерского состава с рекомендациями.

Одна из приоритетных задач для СМР - поощрение военнослужащих-мусульман, которые добросовестно выполняют свой конституционный долг. Таких абсолютное большинство. Это также относится к тем военнослужащим-мусульманам, отличившимся в ходе боевых действий в Чечне. Таких офицеров и солдат будут награждать орденами и медалями, которые учреждены Советом муфтиев.

Еще одна задача, которую поставил для себя СМР, - активная работа с военкоматами, теми организациями, которые готовят ребят к службе. Но это дело будущего.