- Как правильно говорить с детьми о патриотизме, чтобы это не было шаблонно и бесполезно?
- Здесь учителю стоит придерживаться двух принципов. Первый - это честность, как только дети понимают, что учитель думает несколько иначе, чем говорит с ними о патриотизме, они сразу теряют интерес к такому разговору. Они понимают, что в конечном итоге все сведется к набору шаблонных фраз, лозунгов, афоризмов, и не будет честного разговора. А подростка интересует острый и честный разговор. Второй принцип - это принцип сложности. Не нужно упрощать эту тему, нужно по-хорошему сложно говорить о ней, не избегая подводных течений, острых углов, тех проблемных моментов, о которых хочется промолчать, ответы на которые учитель сам не знает. Ведь, возможно, этого правильного ответа и нет, но цель разговора о патриотизме - это даже не формирование патриотизма, это побуждение к размышлению об этом явлении. Я бы вот такую цель поставила себе, она, по крайней мере, достижима.
- Чем опасна работа по шаблону?
- Работа по шаблону - это пустая работа, она не приносит никакого результата, это какое-то заполнение времени, формальное отношение и формальный результат. Этот разговор не запустит процесс размышления у школьников, не вызовет чувств. Он на то и шаблон, чтобы поддерживать только внешнюю форму.
- Согласны ли вы с тем, что современное поколение подростков больше интересуется политикой, чем их предшественники? Почему это происходит?
- Да, это действительно так. С одной стороны, молодежь в разное время интересовалась политикой, вспомните стихотворение Когана:

Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков,
Наверно, будут плакать ночью
О времени большевиков.

Тут слово «мальчики» очень точно подобрано, юность интересуется вопросами общества, которое окружает. Но мы действительно не можем не видеть, что снижается граница возрастная. А значит, снижается вместе с этой границей и способность молодого человека объективно воспринимать личности, а также то, что они говорят. И не важно, чьи интересы представляют эти люди - органов власти или оппозиции. Чем моложе человек, тем меньше у него способности объективно оценивать слова и поступки, которые он видит. И я думаю, что это на руку всем, градус пропаганды растет. Мы видим, что все больше детей интересуются политикой, но мы не всегда видим объективность в их суждениях. Это еще не созревшие личности, которыми легко управлять. И это очень печально.
- Какие темы вы поднимаете на уроках патриотизма? О каких моментах русской истории чаще всего напоминаете и рассказываете детям?
- Не столько важна сама тема, как то, в какую форму учитель облекает эту беседу. Если это лекция, то она не будет иметь никакого результата. Будь то лекция о том, что мы полетели в космос, или о том, как страшно было во время коллективизации. Здесь нужна только форма диалога. Это наиболее сложная форма для учителя. Выстроить диалог - это значит выбрать вопросы и построить их логику так, чтобы они постепенно разворачивали перед ребятами картину сложного явления и понятия патриотизма. Мы в школе пришли к некой универсальной форме, в которой можно обсуждать любые темы. Диалог начинается с острого индуктора, это может быть постер, может быть текст песни. Это может быть текст высказывания какого-нибудь политического лидера. Я не боюсь брать записи с несанкционированных митингов. Однозначно должно быть только одно - этот индуктор должен содержать в себе проблему, он не должен быть однозначным. Это нужно, чтобы мы с ребятами вышли на понимание двух острых позиций. И дальше мы должны обсуждать эту проблему - проблему ложного и искреннего патриотизма. Сегодня каждый считает себя патриотом - и оппозиция, и действующая власть. Где тогда истина? Тогда мы выходим на то, что в любой беседе мы должны в первую очередь работать с понятием. Здесь можно предлагать словари, например Философский словарь. И когда у ребенка сформируется собственное мнение об этом явлении, вот тогда он будет о любом явлении говорить с неких позиций, которые будут более-менее объективны. После того как мы рассмотрели понятия, мы с ребятами чаще всего в своих беседах используем такой прием, как «разрыв». Это прием из технологии «Французские мастерские». Он заключается в том, что только что сформированное знание подвергается сомнению. Это необходимо для более глубокого личностного осмысления. Человек только что получил знание, у него хотят его отобрать или разрушить. Первая и спонтанная реакция человека - защитить это знание, а значит, присвоить его себе, почувствовать своим, углубиться в это знание. Важно еще в этот момент показать данное знание с оборотной стороны. Например, мы рассмотрели понятие «патриотизм», поняли, что это деятельный, созидающий поступок, поступок на благо страны, культуры и человека. Предложите детям подумать над известным высказыванием «Патриотизм - прибежище негодяев». Эта цитата побуждает школьников задуматься над многоуровневостью этого понятия.
В конце любой беседы должна наступить еще одна стадия - рефлексия. Рефлексия - это не обратная связь, не вопрос «Понравилось ли вам, ребята, или нет?». Рефлексия - это осмысление себя в этом знании: где мое место, где моя позиция в этом понятии. Это могут быть вопросы, начинающиеся со слов «я согласен» или «я не согласен», «я уверен, что». Важно, чтобы содержание этих заданий/вопросов не предполагало односложного ответа и требовало обоснования своей позиции. Детям стоит предложить выполнить задания из серии «продолжите фразу». В этой части занятия я чаще всего использую предложение «Я патриот, если…». Темы, которые можно вложить в эту структуру, многообразны: ложный и истинный патриотизм; почему опасно подменять национализм и патриотизм; Россия, которой можно гордиться, и страницы нашей истории, которые вызывают стыд и страдание. Также всегда актуально обсудить сложные моменты истории: сталинские репрессии, Великую Отечественную войну, 90‑е и так далее. Через прошлое ребенок лучше осмысливает современность, но в освещении этих тем важно не уходить в шаблонные суждения, которые дети слышат на каждом углу. Какова сверхцель этих бесед о патриотизме? Во-первых, дети очень хотят говорить, они очень хотят быть услышанными. Именно в этом и заинтересованы все окружающие. И если мы позволим им говорить и быть услышанными на уроке, в школьной беседе, то, возможно, у них будет меньше потребности делать это в соцсетях или в неких подозрительных, не совсем надежных сообществах. Во-вторых, побудить искать истину в каждом неоднозначном вопросе, который возникает на их жизненном пути.
- Почему наше поколение, которое росло в менее сытое время, не интересовалось митингами и было менее политизированным?
- Тогда не было такой сильной заинтересованности в подростковом мнении, как сегодня. Сейчас есть на это запрос, есть пропаганда, и она работает. Хотя мы тоже интересовались политикой, но скорее стояли в стороне и наблюдали за тем, что делают взрослые. Сегодня подростки более активны.
- Вы также преподаете детям основы религиозной культуры. Насколько это важный предмет сегодня? Какие изменения в своих учениках и взаимоотношениях между ними вы видите на уроках?
- Считаю, что это один из прорывов нашего образования, что в школе есть такой курс. Другой вопрос, как его преподают. Если он проходит по шаблону, тогда он неинтересен. Если мы воспринимаем его как возможность побудить детей к философским размышлениям, осмыслению культурологического знания, то это позволяет воспитать действительно мыслящего человека, который воспринимает культуру целостно. В задачах курса прописана замечательная фраза, она мне очень нравится, не буду ничего своего выдумывать: «Научить детей выстраивать диалог с представителями иной культуры». Мы говорим о многонациональной России, о сложности восприятия чужих, как нам кажется, людей. В 4‑м классе дети с радостью изучают другие традиции, с удовольствием говорят о той культуре, которая им близка. Я не боюсь обсуждать с детьми острые вопросы, даже если у меня на 1‑м ряду сидит ортодоксальный православный, рядом с ним - мальчик из семьи свидетелей Иеговы, за третьей партой - ребенок из семьи протестантского пастора. Ведь в этом возрасте они под руководством учителя пока еще готовы строить беседу. Учитель как модератор учит их с уважением относиться друг к другу, принимать другие культуры и не стесняться говорить о своей. Когда они видят интерес учителя, они чувствуют защищенность и с удовольствием рассказывают о том, что им близко. Им очень нравится приближаться к такому взрослому знанию, ощущать себя маленькими философами, они это воспринимают с такой торжественностью! Это стремление осмыслить другой мир, другую культуру - главное, что есть в этом курсе. Если мы это потеряем и уйдем в шаблон, будет еще один ненужный курс.
- В одном из своих интервью вы подчеркнули, что труд учителя обесценен, что важно повышать имидж педагога. Как вернуть профессии статус?
- Да, это так, но не совсем верно утверждать, что это происходит только извне. Сегодня учитель способен сам поднять престиж своего труда. Что нужно для этого делать? Учитель должен в себе воспитывать те качества, которые всегда были признаками великих учителей, - интеллигентность, которая зиждется на уважении к каждой личности, а также уровень образования и эрудиции. Как ни печально это констатировать, сегодня учителя крайне мало читают, не интересуются осмыслением общественных проблем или интересуются этим на каком-то бытовом уровне. Как ни печально это констатировать, сегодня учителя крайне мало читают, не интересуются осмыслением общественных проблем или интересуются этим на каком-то бытовом уровне. И мне кажется, что это сильно влияет на то, что статус учителя снижается. Если бы учитель себя наполнял всеми глубинными смыслами, которые сокрыты в науке и литературе, и потом демонстрировал это в разговоре с детьми и родителями, этого обесценивания не было бы. И третье, что сегодня нужно делать учителю для того, чтобы доказать, что он профессионал, - это учиться выстраивать диалог - умный диалог с родителями и детьми. Диалог, когда учитель - модератор разговора, когда он умеет объяснить проблему и показать выходы из нее. Как только учительство признает в себе необходимость этому учиться, я думаю, все начнет меняться. А это, конечно, нужно делать каждому, начиная с себя.