Как заметила председатель правления БФ «Арифметика добра» Наиля Новожилова, без сомнения, каждому ребенку дома лучше, чем в учреждении. Но невозможно сразу закрыть все интернаты, пока нет альтернативной системы. В социальных учреждениях есть много детей, которые оказались там временно, и им тоже нужен дом, но институт замещающей семьи в России пока в новинку. Возникают вопросы, на которые еще не найдены ответы: где рекрутировать кандидатов на роль фостерных родителей? Как их диагностировать? Кто будет это делать? Как строить инфраструктуру? Кто должен их сопровождать?
Сейчас в России 1053 организации занимаются подготовкой кандидатов в приемные родители, причем половина из них базируется в организациях для детей-сирот. В 2018 году 44591 кандидат получил свидетельство о прохождении школы приемных родителей, но из них 1440 человек впоследствии были отстранены от исполнения обязанностей опекуна. Может быть, ситуация была бы не столь удручающей, если бы фостерные и приемные родители получали своевременную помощь, но четкого понятия, что такое сопровождение приемной семьи, в российском законодательстве нет. По сути, под социальным сопровождением понимается оказание содействия в предоставлении медицинской, психологической, педагогической, юридической, социальной помощи, однако регулировать этот процесс сложно, потому что участники сопровождения находятся в разных ведомствах.
Подготовка фостерных и приемных родителей в зарубежных странах занимает довольно продолжительное время. Кроме того, там особенно внимательно подходят к личности кандидатов и изучению всех сфер их жизни. К примеру, в Великобритании будущие родители проходят первичное теоретическое обучение, а потом в течение года идут тренинги. Кроме того, там ежегодно проводится переаттестация профессиональной компетенции приемных родителей.
В Испании, чтобы стать замещающим родителем, нужно пройти обучение по программе «Прайд». Во Франции готовят по 20‑часовой общей программе, а потом углубленно по дополнительной тематике, в Финляндии обучение длится в течение полугода с большими домашними заданиями.
Мало того, в Великобритании центром The Fostering net work раз в два года обязательно проводится исследование, посвященное проблемам работы фостерных родителей. Как рассказал исполнительный директор The Fostering net work Кевин Вильямс, последний опрос показал, что 48% фостеров занимаются с детьми с проблемами психического здоровья, при этом 26% из этих детей, находясь уже на их попечении, совершали насилие дома, наносили вред себе, сбегали и были задержаны полицией. Дети, как правило, попадают в замещающую семью в состоянии кризиса, и как такового выбора семьи у них нет. Собственно, так же как и у тех, кто готовится заменить родителей ребенку, нет возможности увидеть его до помещения в семью. Фостерная семья обязана принять любого подростка, которого привели к ее порогу.
Нужно заметить, что в Великобритании сопровождают фостерную семью, оказывают ей помощь несколько социальных служб. Как отметили респонденты, в тесном взаимодействии они находятся с социальным работником, который сопровождает в целом фостерную семью; чуть более половины замещающих родителей заявили, что им помогает социальный работник, представляющий интересы принятого ребенка. Примечательно, что у социальных работников на попечении может находиться от 12 до 20 семей, что, по мнению экспертов, является слишком большой нагрузкой.
Более всего тревожат и угнетают родителей, принявших в семью подростка, обвинения в жестоком обращении. Как пояснил Кевин Вильямс, то, что 35% фостерных родителей были обвинены детьми, еще не значит, что насилие было на самом деле. По результатам независимой экспертизы часто выясняется, что дети жалуются, надеясь, что им потом разрешат жить в кровной семье. Также на фостеров могут пожаловаться соседи, не понимая, насколько сложным бывает поведение у принятого ребенка. Большинство жалоб оказываются необоснованными, но осадок, как говорится, остается. Может, поэтому только половина фостерных родителей посоветовали бы другим кандидатам стать фостерами.
По словам генерального директора Youth Law Center, юриста, детского адвоката из США Кэрол Шоффер, фостерных семей должно быть больше, но из-за необоснованных обвинений в жестоком обращении эти семьи часто чувствуют себя связанными с каким-то криминалом, что не добавляет популярности этому занятию. Кроме того, фостерные и кровные семьи должны работать в тесном сотрудничестве, чтобы снизить градус недоверия друг к другу. Никто не желает отнять у ребенка кровную семью, задача в том, чтобы устранить травму, нанесенную ребенку ранее. К слову, связь фостерной и кровной семей помогает прежде всего ребенку, потому что он тогда не пытается стать на чью-то сторону, кого-то обвинять. В США постепенно идут по пути изменения подхода к работе фостерной семьи, придерживаясь постулата о том, что родительство - это лучшая система воспитания и возвращения ребенка в дом.
В то время как в зарубежных странах уже думают об усовершенствовании, в России пока с темой замещающих семей связано много проблем. Как пояснила ведущий специалист, психолог благотворительного фонда «Арифметика добра» Наталия Мишанина, в частности, непонятно, каким ресурсом должна обладать семья, готовая временно принять ребенка. Нет единого подхода к качеству подготовки кандидатов в замещающие родители и переподготовки приемных семей. Не сформировано профессиональное сообщество специалистов системы семейного устройства и приемных родителей для обмена опытом. Отсутствует система профилактики профессионального выгорания как приемных родителей, так и специалистов. И, конечно, нужно пересматривать программы повышения квалификации, которые проходят социальные работники, поскольку они не дают специальных знаний о психологии травмированного ребенка.
С тем, что в нашей стране есть сложности с внедрением института фостерных семей, согласна и приемная мама Ирина Кожухарова. По ее словам, прежде всего нужно понимать, в чем отличие фостерной семьи и приемной семьи. Вот что она рассказывает:
- На постсоветском пространстве приемная семья создавалась как семья длительного пребывания, то есть семья с минимальным количеством перемещений детей. У нас такие перемещения считаются, по сути, нарушением прав ребенка. Если он определяется в семью, то до тех пор, пока не достигнет совершеннолетия, он остается в этой семье. Поэтому у нас есть такое понятие, как отказы и возвраты, а за рубежом этого нет. Там фостерная семья может прийти и сказать: «Нам не нравится ребенок, до свидания». И этого ребенка берут и перемещают в семью, которая согласится его взять. Хотя по результатам социализации такие дети не сильно отличаются от детей из наших интернатов. Так что фостерная система несовершенна. Кроме того, ее существенное отличие в том, что фостерным родителям говорят: «Не привязывайтесь к ребенку, потому что все равно придется его отдать». А у нас, наоборот, то, что стало семьей, - это надолго. Моей семье уже 30 лет, все мои взрослые дети фактически остались моими детьми, у меня уже внуки от приемных детей. И я у них единственная бабушка, и они любимые внуки.
Конечно, потребность в фостерной семье есть, но в определенных случаях. Например, когда мама одна и она осуждена на недолгий срок в тюрьму. Она однозначно оттуда выйдет, и ребенка придется вернуть в семью. Для таких детей нужна временная семья. Но у нас особо нет желающих брать ребенка на временную опеку, потому что если он привяжется к семье, как его оторвать потом? Конечно, и приемная мама наверняка будет испытывать определенные чувства, но взрослый может справиться, потерпеть, а вот ребенок, если он маленький и если к тому же разница в уровне жизни приемной семьи и родной велика, как быть в этом случае? Что касается приемных семей, то проблемы в основном возникают с социальным сопровождением. Особенно в небольших городах. Не всегда понятно, что под этим сопровождением подразумевается. Часто социальный работник, не имеющий специального образования и знающий о приемном ребенке не больше, чем ему рассказал приемный родитель, приходит и говорит: «А я знаю, что вам нужно делать». А у моего ребенка «не нужна» - это триггер, и девочка может разрыдаться, услышав это слово от учителя. А другой ребенок в истерике, потому что до 12 лет не подозревал, что в математике есть деление. Мы прекрасно знаем, что у наших подростков есть с точки зрения общества неадекватная реакция. Мы имеем дело с травмированными детьми, и мы их реабилитируем как можем, восстанавливаем. За эту реабилитацию, которая стоит больших душевных сил, нам и платят. А что мы слышим от общества? Что будто все бросились за деньги брать детей. Также муссируются случаи о насилии в приемной семье, но это крайне редкие случаи, ведь за нами ведется серьезный контроль. Если в той же Англии или Америке фостерная семья пришла и отказалась от ребенка, ее никто не осудит, а в России, если вернешь ребенка, получишь шквал осуждения: мы же в ответе за тех, кого приручили. А мы успели приручить? А он вообще приручаемый? Например, есть дети, у которых наблюдается глубокое расстройство привязанности. Эти дети вообще не могут устанавливать эмоциональные связи, и не только с родителями.
Поэтому приемному родительству нужно очень качественное сопровождение, чтобы все приходящие в семью имели хотя бы элементарное представление о том, почему ребенок может себя вести так или иначе. Также нужны повсеместные клубы «Равный - равному», чтобы приемные родители могли обратиться к более опытным коллегам, которые поделятся наработками. И конечно, многое зависит от желания приемного родителя постоянно заниматься своим образованием, читать специальную литературу и не бояться учиться.
Ну, и главное качество, которое часто нас спасает, - это чувство юмора. Без него просто не выжить, считает приемная мама с тридцатилетним стажем Ирина Кожухарова.

NB!

Система Foster care начала формироваться в 1853 году в США и Великобритании. В Великобритании преподобный Джон Армистед забрал детей из работного дома в графстве Чешир и поместил их в приемные семьи. Местный совет взял на себя юридическую ответственность за детей и постановил выплачивать приемным родителям вознаграждение за их содержание.
В США общество Children’s Aid Society, основанное Чарльзом Лорингом Брейсом, организовало в 1853 году эксперимент Orphan Train - благотворительный поезд для переселения бездомных детей с улиц Нью-Йорка, а затем и других перенаселенных городов Восточного побережья в семьи и детские дома по всей территории Соединенных Штатов. Движение «Сиротского поезда» продолжалось до 1929 года и помогло обрести новый дом 250 тысячам сирот и беспризорников.

Санкт-Петербург