- Про вас часто говорят, что вы умеете издалека разглядеть в начинающем авторе талант. По каким главным критериям вы определяете, стоит публиковать прочитанный текст или нет? Сколько страниц вам обычно нужно для этого прочитать?
- В нашей профессии все строится на «О, как я угадал!» и «Как я упустил?». А критерии просты - история, которая сразу тебя захватывает, и язык произведения, которому доверяешь, и он не травмирует тебя, не заставляет сразу закрыть текст. Сколько страниц? По-разному. Иногда достаточно двух-трех, иногда пятьдесят. А порой и двух фраз хватает. Роман Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза» я решила печатать, прочитав первую главу, даже не продолжая, позвонила литагентам, которые прислали текст, и сказала: «Беру». Именно чтобы не попасть в ситуацию «О, как я упустил?». Ведь издательское дело - одно из самых конкурентных.
- Со многими вашими авторами у вас долгосрочные отношения, почти каждый из них в своих интервью говорит о вас с теплом и благодарностью. А чему научили вас ваши авторы?
- Я учусь у своих авторов так же, как и любой читатель. Они меня учат своими книгами, своими текстами, тем, что часто видят в жизни то, что ускользает в повседневности. И потом не все так благостно - иногда случаются и острые диалоги, приходится напоминать себе, что нужно уметь держать удар.
- Какие главные проблемы современного российского книжного рынка вы могли бы выделить? С какими сталкиваетесь лично вы как издатель? Что может изменить эту ситуацию?
- Главные проблемы российского книжного рынка - это катастрофически малое количество книжных магазинов в стране и ценовая политика. Книги стоят очень дорого для наших покупателей. Причем очень часто цена неоправданно высокая по сравнению с качеством издания, полиграфии и пр. Ссылка на то, что на Западе цены примерно те же, не работает. У нас другая ситуация. Еще очень мало журналов, газет, вообще СМИ, где бы говорили о литературе. Это поле сжимается и почти полностью ушло в Интернет.
- Редакция Елены Шубиной не только художественная проза, но еще и филологическая, а также non-fiction, переводная литература и многое другое. На какие новые книги издательства, по вашему мнению, стоит обратить внимание нашей целевой аудитории, то есть учителям?
- Начну с переводной, хотя, в общем-то, это не наша фишка. Мы издаем только тексты с «русским следом». Назову недавние: Роман Курцио Малапарте «Бал в Кремле» (СССР, 1929 год) с обширными русско-итальянскими комментариями; мемуары Франсин дю Плесси, дочери Татьяны Яковлевой, последней любви Маяковского, о русской эмиграции. Моя гордость - первое издание писем Андрея Платонова «Я прожил жизнь…», подготовленное в содружестве с Платоновской группой ИМЛИ РАН. Книги Натальи Громовой, архивиста, исследователя потаенной литературной жизни с начала XX века до наших дней, «Ключ. Последняя Москва», «Дело Бронникова», «Именной указатель». Удивительное повествование Софьи Богатыревой «Серебряный век в нашем доме», мемуары Эммы Герштейн «Вблизи поэтов», Екатерины Лившиц «Я с мертвыми не развожусь». Подарок к ярмарке интеллектуальной литературы Non/fiction - два тома Сергея Белякова об истории русско-украинских отношений - «Тень Мазепы» и «Весна народов». Оказывается, можно и на такую серьезную тему писать увлекательно, живо и, что особенно актуально сейчас, взвешенно и толерантно.
Прошлый год на той же ярмарке блистали Чулпан Хаматова и Катерина Гордеева с книгой «Время колоть лед», сейчас пройдет встреча с Гордеевой как автором сборника диалогов с интригующим названием «Человек раздетый». Ее собеседники - Кирилл Серебренников, Людмила Улицкая, Константин Хабенский, Антон Долин, Ксения Собчак, Наталья Солженицына… Александр Архангельский открывает личную авторскую серию «Счастливая жизнь» с рассказа о Теодоре Шанине («Несогласный Теодор»), историке и социологе, известном во всем мире, свидетеле и участнике всех событий ХХ века. Известную нашу серию биографий продолжает книга Василия Авченко и Алексея Коровашко «Олег Куваев: повесть о нерегламентированном человеке». Автор бестселлера 70‑х «Территория», геолог, путешественник, полярник, прожил жизнь свободного человека в несвободной стране, следуя исключительно своим намерениям и жизненным установкам. Тоже своего рода «счастливая жизнь», правда, недолгая…
В общем, следите за нашим сайтом, за нашими новостями, приходите на Non/fiction. Не разочаруетесь.
- Создается ощущение, что современный житель мегаполиса в первую очередь смотрит американские сериалы, а только потом читает книги. Как вы думаете, сериалы способны заменить литературу? Почему?
- Заменить, конечно, нет. Чтение - это совершенно особый вид удовольствия, к тому же очень сильно развивает воображение, ты больше чувствуешь героя-собеседника, ибо дополняешь прочитанное своими смыслами и переживаниями. Хорошие сериалы, не примитивное «мыло», находятся на одном поле с семейными или остросюжетными романами, с беллетристикой. Другое дело, что наши «дневные» сериалы по большей части ужасающи. Правда, специалисты-киношники говорят, что все-таки что-то стало меняться в лучшую сторону. Дай бог.
- Человеку, далекому от издательского рынка, может показаться, что редактор для писателя - это своего рода учитель, который направляет и помогает ему. Каким должен быть хороший учитель, на ваш взгляд?
- Я не раз говорила, что отношения «автор - редактор (издатель)» - единственная неизменная категория в нашем деле. Будь то времена Некрасова и Достоевского, или Максвелла Перкинса и «новых американцев» (Томас Вулф, Хемингуэй, Фицджеральд), или наше время. Меняется техническое оснащение - рукописные работы сменяются пишущей машинкой, потом электронным носителем, но эта пара все та же, ее связывает текст, которому надо дать жизнь. И пока идет работа, ею правит не только профессионализм редактора, но и психология - сначала что-то вроде ритуального танца: присматривание друг к другу, дистанция, доверие, диалог. Есть свои секреты и правила профессии. Редактор может только ознакомиться с текстом, прежде чем принять решение об издании, но если уже началась работа, то он должен знать текст до мельчайших подробностей, так же как и сам автор. Он живет с ним и в нем. Только тогда будет доверие, даже если ты предлагаешь какие-то кардинальные изменения.
- Чтобы показать свой труд широкой аудитории, писателю теперь не обязательно обращаться в издательства: иногда достаточно выложить книгу в Сеть. Что, по вашему мнению, в этом случае теряет автор?
- Как говорит опыт, книга все равно остается книгой, а в Сети - текст. И автор это прекрасно понимает. Другое дело, что издатель должен не игнорировать Сеть как источник информации в поиске новых имен. И мы это делаем.
- Мы все с радостью ждем новую книгу рассказов Людмилы Улицкой «О теле души». Расскажите, пожалуйста, о работе над этим сборником, с какими чувствами вы сами встречаете эту премьеру?
- С Людмилой Улицкой мы знакомы много лет. А партнерствуем как автор и издатель уже более двадцати. Иногда я просто знаю, что пишется роман, готовлюсь к этому, иногда книга рождается из долгих разговоров, обсуждений, вариантов. Открою тайну: кроме сборника новых рассказов «О теле души» через несколько месяцев родится еще один - выросший из того же куста, из тех же разговоров, но совсем другой по жанру. И, вы правы, конечно, каждая новая книга Улицкой - это премьера и для нас, и для нее. Свежесть взгляда, чувства, простота все те же, и когда мы начинали с издания «Медеи», «Сонечки», «Бедных родственников», и сейчас, когда вот-вот в книжных магазинах появится новая проза.
- Как вы считаете, плохой человек может быть хорошим писателем?
- Среди писателей всегда было много невыносимых личностей. Тяжелых, сложных. Я бы оперировала скорее такими понятиями. Плохой - хороший? Это все-таки из какого-то другого пространства разговора.