В это время из-за кустов вынырнули две темные фигуры. Двое мокрых обтрепанных гватемальцев - один черный, почти негр, другой, с длинной косичкой, похож на китайца - быстро приблизились ко мне. Они что-то выкрикивали, размахивая длинными, гибкими, похожими на сабли мачете. То один, то другой по пути делали резкие выпады в стороны, срубая острыми клинками пальмовые ветви. То ли забавлялись, то ли хотели показать свою удаль. То ли… Страха не было, и все же стало как-то тоскливо. Испанское «бандитто» не требует перевода. Тем более что меня предупреждали - кто и когда не помню, но предупреждали. Я, понятное дело, не внял этим предостережениям, и вот сейчас… Знакомство с вооруженными гватемальцами закончилось довольно мирно. Один из них даже достал из заплечного мешка плод папайи и тут же разрубил его мачете пополам. Нежданные гости полопотали-пошумели и вскоре удалились.
Я посидел у костерка, поприкидывал и все же решил переменить место бивуака. Тем более что дождь прекратился. Как и не было его. Расположился в кустах. Забрался в самую их чащу. Под утро опять пролился дождь. Слабенький, стремительный, но все вокруг успел промочить изрядно. Чтобы выбраться обратно на дорогу, пришлось продираться сквозь мокрые заросли. Особенно удручала перспектива продолжить путь в пропитанной влагой одежде. Приятного мало. Я разделся до плавок, спрятал рубаху, брюки и кроссовки под клапан рюкзака и ринулся на штурм зеленого влажного заслона. Через пару минут успешно преодолел его и вырулил на дорогу. Одеваясь, даже почувствовал бодрость после невольного утреннего омовения.
На разных широтах (чаще всего родных, славянских) сведущие люди меня предупреждали, что ночевать лучше всего если уж не под надежной жилой крышей, то где-нибудь в глухой балочке, лесной чаще, в глубине посадки, в общем, подальше от городов и поселков, вблизи которых, как правило, и промышляют любители легкой дорожной наживы. Именно так я часто и поступал. Однако нередко утром приходилось выбираться на дорогу через омытую ночным дождем чащобу или росистые травы, преодолевать преграды в виде луж, ручьев и мелких речушек. Поначалу, разуваясь и снимая с себя одежду, я как будто оголял нерв. Ступал босыми ногами по земле - и тут же душа, содрогнувшись, оказывалась в пятках. А может, она там и находится? Однажды, когда попривык к этой процедуре, так и подумалось. Со временем я даже стал воспринимать хождение босиком (в походных условиях, как правило, вынужденное), прикосновение тумана, капли росы или дождевой влаги на теле как некий оздоравливающий ритуал.
Достаточно ли мы знаем самих себя? Всего - от головы до пяток? В чужую душу заглянуть невозможно, однако не легче бывает и в своей разобраться. Душа содержится в теле. О его здравии наша каждодневная забота. Мы дрожим за сохранность его членов, прикрываясь одеждой, заботимся об их чистоте и тепле, напяливая на себя семь одежек (вопреки пословице все, как правило, с надежными застежками). Но вряд ли знаем, что ему на самом деле нужно. Часто совсем не знаем. «А король-то голый!» - воскликнул мальчик, открыв людям простую истину. Оказывается, она скрывается под ворохом одежды, что прикрывает наши телеса. Мы с удивлением узнаем, что им на самом деле требуется, только оголившись и соприкоснувшись с миром дикой природы. «Привыкнув ходить босиком, я наслаждался прикосновением мягкой земли, теплых камней, прохладного ила в ручье. Ветки и листья гладят нагое тело, душе привольно - полное слияние с природой. А как обостряется внимание, когда не подошва ботинка, а босая нога ступает то на камень, то на палки… Двигаешься гибче, свободнее и чувствуешь себя бодрее, когда тело не облачено в одежду, а обдувается свежим ветром». Это строки из книги Тура Хейердала «Фату-Хива: возвращение к природе», где он описывает свое проживание в Полинезии, на одном из Маркизских островов. Возвращение человека к природе - это в том числе и телесное (прежде всего, конечно, духовное) единение с ней. Кстати, местные племена, которые круглый год ходят почти голыми, из-за одежды называли белых двойными людьми. Когда те раздевались, полинезийцам казалось, что они отделяют от себя одно тело.
…Карелия поразила природой. А еще отношением к ней карелов. В Костомукше, откуда мы отправились дальше, в Скандинавию, окружающая природа и городские кварталы - общий для человека дом. И под его крышей все должно быть в порядке, на своих местах, определенных не только человеком и его цивилизационной «прихотью» (наверное, можно и без кавычек), но и законами природного общежития. Финское европейское соседство пошло на пользу костомукшцам, которым соседи привили «экологические» привычки. На городских улицах, откуда бы ни подул ветер, не исчезает запах свежей зелени, хвои, цветов. Довольны финны делом своих рук и законов, не меньше их рады и карелы. Российская глубинка им может только позавидовать. Экскурсионный маршрут по заповеднику (он расположен сразу за городской чертой) начинается с боковой тропинки, которую по шишкам, камешкам, бревнышкам надо пройти босиком. Рядом на щите своеобразная инструкция по применению такой экологической «терапии». Очень подробно, грамотно и убедительно описаны «живые» точки на ступнях, отвечающие за состояние того или иного органа. «Ходите босиком - лечите себя» - призывают строки плаката. Это полезно даже детям, которые тут частые гости. Не только народные лекари, но и врачи убеждены, что хождение босиком (особенно по неровным поверхностям) предотвращает плоскостопие, активизирует нервно-мышечные процессы, улучшает кровообращение не только в ногах, но и во всем организме, способствуя насыщению тканей кислородом, нормализует работу внутренних органов, развивает координацию движений и внимательность.
У «босого» образа жизни много нюансов. Это и здоровье, и освобождение от пут цивилизации и этических условностей, и физическое, а с ним зачастую и духовное раскрепощение, и святость. Во многих религиях обряды совершаются с босыми ногами. В XVI веке во Франции монахи основали орден босоногих кармелитов, которые должны были в течение всей жизни обходиться без обуви. Кстати, активной сторонницей босохождения была супруга Наполеона Жозефина. По возвращении Бонапарта из Египта она частенько появлялась на приемах без туфель с украшениями на пальцах ног. Во многих странах сегодня даже сложилась особая субкультура босохождения, известная как барефутинг (от английского barefooting). Для некоторых это стало особым стилем жизни. Существуют даже группы босоногих путешественников, которые организуют босоногие прогулки и другие «босые» мероприятия. В Европе созданы «босоногие» парки, которые созданы специально для хождения босиком. Маршруты в них построены таким образом, чтобы посетители имели возможность попробовать различные типы грунтов, дорожек и искусственных покрытий. Перед экскурсией по карельскому заповеднику мы добросовестно разулись и по очереди воспользовались оздоровительной босоногой процедурой. Восприняли ее как обряд, своего рода посвящение в дорожные рыцари, перед тем как продолжить путь «из греков в варяги» и переступить порог в суровый мир викингов. А может, и покорить его. С крепким чистым («босым»!) телом и такими же помыслами.
…Вернувшись домой, я не превратился в белую (голую!) ворону и не стал завзятым босоходом. Пробежаться по росистым травам босиком, перебрести через мелкую речушку - это одно, а по многолюдным улицам расхаживать без обуви - это совсем другое. Однако, поняв и приняв путешественный «босой» опыт, стал легко обходиться без носков большую часть года. Босая нога вполне комфортно чувствовала себя не только в босоножках, но и в закрытых легких кроссовках даже при минусовых температурах. Тем более в городе, когда на улице находился непродолжительное время (скажем, выбегал в магазин или выносил мусор).