Первый шаг в таком направлении был сделан, когда ребята побывали в редакции журнала «Бельские просторы» и «установили контакт» с простым и приятным в общении главным редактором главного литературного издания республики. Никуда не денешься от того факта, что читательское восприятие во многом определяется отношением к автору: если писатель интересен как личность, то вызывают интерес и его книги. А ребят Юрий Александрович, несомненно, заинтересовал.
Выбираю для анализа на уроке книгу «Пазл», вышедшую в издательстве «Китап», и соображаю, что ключевое слово - вот оно, лежит на поверхности. «Предлагаю подумать, почему автор дал книге такое название», - говорю ребятам, понимая, что в этот самый момент даю задание и самой себе, ведь ответ мне пока неизвестен.
Они отвечают, почти не задумываясь: им кажется очевидным, что повести и рассказы, из которых состоит сборник, автору нужно было расставить в определенной, «правильной» последовательности - только тогда и получается книга.
Я удивлена, даже не ожидала такого ответа, поскольку сама пыталась думать о более сложных вещах. Но иногда ученики преподают уроки учителям - сами того не ведая, используют метод Оккама, по которому наиболее простые решения и являются правильными. Но меня не просто смутить.
- Молодцы, - говорю я. - Вы здорово подметили композиционную особенность составления сборников, но ведь это правило является общим, любой автор обязан ему следовать. А нам нужно найти индивидуальные, авторские приемы, используемые Юрием Горюхиным. Не является ли название книги кодом к его творчеству, который он сознательно или подсознательно «вбрасывает» читателю? Предлагаю дома прочитать рассказ «Пазл», по которому и назван сборник, и одну из более объемных вещей, например повесть «Шофер Тоня и Михсергеич Советского Союза». Давайте подумаем, что в них общего. А что если «пазл» - это метафорическое выражение творческого метода Юрия Горюхина? Как вам такая гипотеза?
На следующем уроке ученики делятся своими находками и рассказывают, что пазл - это головоломка, а процесс разгадывания, решения ее, по мысли автора, является выстраиванием локальной картины мира. То есть, если пойти обратным путем, общая картина произведения складывается из множества мелких, которые в отдельности, пока еще находясь перемешанными, в общей невнятной куче являются малозначащими событиями и фактами. Выходит, задача писателя заключается в том, чтобы связать их, соединить друг с другом? Несомненно, это так. Но Горюхин, не зря он технарь по первому образованию, поступает еще и как математик, предлагая читателям решение задачи с известными и неизвестными элементами. И делает это как учитель у доски, предоставляя возможность нам, ученикам, не только следить за творческим процессом, но и включаться в поиск и самим искать решения.
- А мне кажется, что писатель Горюхин в этом рассказе поступает еще и как фокусник, - подсказывает Ильдар с задней парты. - Берет всем известные вещи, например шляпу, и вытаскивает из нее зайца. И нам остается только удивляться.
- Нет-нет, - возражает Азалия, - его метод напоминает мне бабушку с клубком пряжи. Мы видим нити и то, как они связываются между собой при помощи спиц, а что в результате получится - варежка или носок, знает одна только бабушка. Но она хитро улыбается и молчит: ждите, скоро увидите сами.
Цепляюсь за это «хитро улыбается» и обращаю внимание ребят на то, что без иронии как художественного приема рассказ не мог бы состояться, поскольку автор, выстраивая пазл, переосмысливает известные факты именно в ироническом ключе. И, возможно, адресатом доброй иронии является молодой уфимский автор Игорь Савельев.
Перечислим те факты, которые использует Горюхин в качестве элементов рассказа, все они относятся к известным писателям, которые так или иначе были связаны с Уфой:
- осенью 1941 года Андрей Платонов был эвакуирован в Уфу, в дороге у него украли чемодан с рукописями;
- 3 сентября 1941 года в уфимском роддоме родился будущий писатель Сергей Довлатов;
- писатель Андрей Битов публично избил поэта Андрея Вознесенского - кстати, это анекдот, придуманный Сергеем Довлатовым, - и, чтобы избежать суда, скрылся в Уфе;
- уфимский писатель Игорь Савельев встречался с Андреем Битовым, когда получал диплом лауреата литературной премии.
Автор признается, что не все элементы пазла имелись в наличии, недостающие ему пришлось дорисовывать - придумывать, сочинять, угадывать - например, то, что Андрей Битов приезжал в Уфу к Владимиру Маканину, ну и, разумеется, «знаменитый» щелбан, которым Битов «поприветствовал» рождение нового литературного таланта.
Все эти факты - реальные, легендарные и сочиненные - забавно связаны выдуманными персонажами - ворами Федькой, укравшим чемодан у Платонова; Ильгизкой, стащившим бумажник у Битова, и Гришкой, оставившим Савельева без диплома лауреата. И еще один персонаж объединяет все эти элементы рассказа. Заметили какой?
И ребята догадываются: речь идет о писателе, который подобно Шерлоку Холмсу сидит укутанный пледом в кресле-качалке, посасывает кривую глиняную трубку и разгадывает вместе с нами головоломку.
Не будем сегодня рассуждать об идее произведения, считайте, что его задача - представить нам творческий метод, а теперь давайте посмотрим, как он проявляется в следующем произведении - «Шофер Тоня и Михсергеич Советского Союза», которое автор назвал «Повестью временных лет». Поскольку жанр четко обозначен самим писателем, можно предположить, что горюхинская задумка состоит в том, чтобы представить читателю широкое полотно эпохи, свидетелем которой он сам и является и которую предлагает осмыслить нам, читателям.
Если уж книга задумана как летопись событий, то и делится она совершенно закономерным образом на части-пазлы в соответствии с историческими событиями с 1 марта по 31 декабря 1986 года. Забегая вперед, скажем, что автор продолжил повесть, вышедшую в китаповском издании 2016 года, и части ее последовательно публикуются в журнале «Бельские просторы». Последняя вышла в январском номере 2019 года.
На протяжении нескольких частей и множества глав судьбы вымышленных персонажей вплетаются в реально происходившие события, а исторические факты, под влиянием которых меняется жизнь героев, подаются читателю через их восприятие. И для того чтобы легче это было сделать (возможно, это не единственная мотивация), писатель Юрий Горюхин «изобретает» неожиданный ход: водитель троллейбуса Антонина Загубина общается с генеральным секретарем Коммунистической партии, будущим первым и последним президентом СССР Михаилом Сергеевичем Горбачевым - общается самым фантастическим образом через приемник «ВЭФ-202» или телевизор «Витязь Ц-281Д1».
Если внимательно рассмотреть, из каких пазлов составляется авторская картина эпохи, то можно заметить, что они отличаются по своим функциональным назначениям и объединяются в несколько тематических групп, существенных для развития сюжета.
Во-первых, это местные реалии - городские наименования, которые соотносят действие книги с Уфой, с Башкортостаном. Обозначим такую привязку как локальную окраску произведения: проспект Октября, остановка «Спортивная», улица 50 лет СССР, кинотеатр «Победа», ДК «Синтезспирт», иглинская школа №2, Тавтиманово, Улу-Теляк и др.
Во-вторых - бытовые и прочие приметы времени, служащие для темпоральной окраски произведения: радиоприемник «ВЭФ-202», ручка которого, конечно же, перемотана изолентой, югославские сапоги, сапоги фабрики «Скороход», панцирная кровать, мотоцикл «Урал», билеты в кино за семьдесят копеек, сигареты «Золотое руно», бальзам «Агидель», моральный облик строителя коммунизма и др.
В-третьих - факты-события. Это наиболее существенные, крупные части составляемого пазла, поскольку именно они являются объектами оценки и интерпретации, с одной стороны, умного автора, а с другой - не менее умного читателя. К таким фактам относится, например, взрыв американского «Челленджера» 28 января 1986 года. «Нашли ли обломки?» - спрашивает завгар Шишкин у Антонины 9 марта, зная, что она слушает новости. Современного читателя это может удивить, ведь прошло почти полтора месяца с момента катастрофы, а завгар все еще живет в неведении. Но автор хорошо помнит советскую действительность и дает понять, что в те времена, когда не было Интернета, когда вся информация строго фильтровалась и гласность еще не была продекларирована, любые, даже незаидеологизированные сведения с Запада доходили до советских людей, как свет с далеких звезд, с некоторой задержкой.
Другой пример: Антонина слышит по радиоприемнику информацию о первой экспедиции на корабле «Союз Т-15» к пилотируемой станции «Мир». Разумеется, она не может уловить главного - намека на грядущие изменения. Оказывается, в торжественных словах об очередной победе партии, правительства и всего советского народа не прозвучало, что это еще и личная победа Михаила Сергеевича. А ведь в недавние брежневские времена обязательно благодарили «лично Леонида Ильича». Так, в далеких, казалось бы, от политики деталях автор подмечает знаки общественных перемен. Подмечает - и подсказывает читателю. Современным молодым людям, думается, непросто разглядеть такие нюансы.
А далее следует целая серия трагических событий, случившихся в Советском Союзе: авария на Чернобыльской АЭС, крушение круизного парохода «Адмирал Нахимов», захват в уфимском аэропорту самолета ТУ-134А, гибель атомной подводной лодки и т. п.
Остроумный автор ловко обыгрывает новые для простых советских людей слова и понятия, такие как стоимость доллара, баррель нефти, перестройка… Слово «перестройка» впервые прозвучало 8 апреля 1986 года на встрече с рабочими Волжского автомобильного завода. «В общем, так, товарищи, нынче каждый сам кузнец своего счастья», - говорит Горбачев, персонаж книги, и Горюхин не был бы Горюхиным, если бы не добавил от Михсергеича и такое: «Куйте себе на здоровье, ежели сможете!» Горбачевско-горюхинское «ежели сможете» многое объясняет: если раньше государство заботилось о народе, то с этого момента спасение утопающих стало делом самих утопающих.
Повесть Горюхина в русле избранного им литературного жанра застает героев врасплох, без всяких предисловий, представляет их кусочек жизни читателям и оставляет, когда того пожелает автор, когда судьбы персонажей предопределены представленными в книге событиями. Печально и знаменательно, что родившийся крикливый сын водителя троллейбуса получает отчество Михайлович. В принципе, нам уже известно, какое наследие оставил ему Михсергеич Советского Союза...
- А мне показалось, что все герои «Шофера Тони» - второстепенные, - вставляет неожиданно с места Тимур, прерывает меня. В пылу анализа он забыл поднять руку и встать. - Вернее, есть главный герой, но это не человек, а переломившееся, как весенняя льдина, время. Образовавшийся разлом между эпохами по мере развития сюжета становится все шире и шире, и падают в него атомные АЭС, корабли, самолеты и человеческие судьбы…
С удивлением смотрю на Тимура и говорю: к этому выводу мы и должны были прийти, у летописи не может быть другого главного героя. Тем не менее персонажи, находящиеся в разных деталях пазла, объединяются писателем Юрием Горюхиным в единую картину как раз для того, чтобы преодолеть этот разлом, чтобы «племени, младому, незнакомому» не оказаться в безвременье, которое пришлось пережить нашему поколению.

​Фаиля СИТДИКОВА, учитель русского языка и литературы Средней школы д. Нуркеево, Туймазинский район, Республика Башкортостан