Путь к школе
В начале тридцатых годов прошлого века дети попадали не в первый класс, как сейчас, а в нулевой. Через четыре года заканчивалось начальное образование. Учиться дальше было не обязательно, многие на этом останавливались. Но в семье Песиных знания были в почете. Хотя мать до замужества была неграмотной и научилась читать и писать, будучи взрослой, посещая по вечерам курсы ликбеза, она всю жизнь много читала и всячески поощряла стремление детей к учебе. С раннего возраста пристрастился к книгам и Давид.

- Уляжемся, бывало, летом на крыше сарая во дворе, разберем по листам с трудом добытую книжку и читаем, передавая по листочку друг другу, - вспоминает он. - И сейчас не могу без книг. Перечитываю любимое.

Благодаря любви к чтению Давид Яковлевич, не получивший высшего образования, сумел стать энциклопедически образованным и эрудированным человеком. Таким считали его коллеги-педагоги из физико-математической школы №40 (сейчас лицей №40) и бывшие студенты Пединститута имени Горького, проходившие в классах Песина практику. В школу Давид Яковлевич попал уже зрелым, вполне состоявшимся человеком - в 36-летнем возрасте. Но о школе речь впереди. Пока вернемся в детство.

С самого раннего возраста Давид мечтал научиться рисовать, и - о радость! - в пятом классе уроки изо стала вести настоящая художница. Прошло много лет, а Песин до сих пор помнит ее советы. С уроков рисования началось его увлечение изобразительным искусством. Оказал влияние и отец - мастер-краснодеревщик. Он работал столяром на фабрике, а в свободное время в сарае мастерил уникальную мебель с резьбой и инкрустацией. Заказчиками были нижегородские интеллигенты - доктора, профессора, директора предприятий и учреждений. Это обеспечивало многодетной семье, где росли пятеро сыновей, более или менее сытую жизнь. Правда, недолго было благоденствие в доме - отец вскоре умер от тяжелой болезни. Мать с детьми осталась без средств к существованию. Пришлось Давиду, как и двоим его старшим братьям, сразу же после окончания семилетки идти работать на завод. Первая запись в его трудовой книжке сделана 14июня 1941года: «Ученик фрезеровщика на Горьковском авиационном заводе». А через неделю у военкоматов выстроились очереди за повестками на фронт.

Давиду не пришлось воевать, хотя немало друзей и его старший брат Ефим погибли на фронте. Завод, где работал Песин, был номерным, сразу перешел на военные заказы, специалистами там дорожили. К совершеннолетию Давид имел квалификацию наладчика фрезерных станков шестого, самого высокого, разряда, а потом работал и начальником участка в деревообделочном цехе. На этом участке делали лонжероны из высококачественной древесины для истребителей. Как многие подростки того времени, Давид грезил небом. Одиннадцатилетним мальчишкой он побывал в пионерском лагере в селе Василево, на родине героя Чкалова (ныне это город Чкаловск). В то же время летчик гостил дома у матери. Мальчишки однажды увидели Валерия Павловича, когда он с другом направлялся к рыбачьей лодке на берегу Волги. Заметив пионеров, с восхищением наблюдавших за ним, Чкалов поприветствовал их и с улыбкой помахал рукой на прощание. В войну Чкалова уже не было в живых, но на самолетах, к производству которых имел отношение и юный мастер Песин, летали и громили врага другие такие же герои.

В годы войны всем жилось тяжело. Хотя рабочий паек Давида составлял 800граммов хлеба в день и зарплата в восемьсот с лишком рублей считалась неплохой, все же семья еле-еле сводила концы с концами. Немного помогал дядя, отличный сапожник. Однажды он сказал племяннику:

- Мои небольшие деньги мало помогают тебе. Обучу-ка лучше тебя своему ремеслу.
И дал первые уроки и материалы для начала.

Давид легко освоил новое дело и стал в свободное от работы время шить дамские сапожки и детские ботиночки. Это хорошо помогало семейному бюджету.

Руки у Песина были золотые - за что ни брался, получалось отлично. Его, однако, не оставляла мечта о живописи. Сразу после войны подал документы в художественное училище, преодолел конкурс в 9 человек на место и ушел с завода. Проучился первый год и понял, что пока не время для студенческой жизни. Стипендия в 235рублей и 400граммов хлеба по карточкам в самые голодные послевоенные годы заставили бросить учебу. Поработав недолгое время ретушером фотосалона, устроился на автобусный завод мастером по деревообработке. В 1954году предприятие перевели в другой город. Давида Яковлевича, бывшего уже опытным специалистом, приглашали туда, но он не решился покидать маму. Ей было трудно вести хозяйство, ведь жили Песины в коммунальной квартире в полуподвале. Матери так и не пришлось пожить в доме с газом и удобствами. Давид Яковлевич с семьей переехал в новую квартиру лишь в пятидесятилетнем возрасте, когда он уже работал в школе.

Перемены судьбы
Однажды Давид Яковлевич встретил давнего приятеля, разговорились: «Как поживаешь? Где работаешь? Как дети?» Их на тот момент у Песина уже было трое. Оказалось, что приятель стал педагогом, создал физико-математическую школу, первую в стране, не считая столичных - в Москве и Ленинграде. Имя первого директора 40‑го лицея известно сегодня каждому нижегородцу - Вениамин Яковлевич Векслер. В те далекие советские времена ему дали полную свободу, разрешили набирать лучшие учительские кадры. Векслер собрал коллектив опытных учителей - талантливых и незаурядных. Все они были личности, интеллектуалы. Не хватало учителей труда, их нигде не готовили. Вот и пригласил Давида Яковлевича Песина, специалиста шестого разряда и разносторонне одаренного человека, в свою школу. Тот согласился. За Давидом Яковлевичем закрепили столярную мастерскую, поручили вести уроки труда в четвертых - седьмых классах, а в нагрузку дали еще и кружковую работу.

Мастер-умелец сразу полюбился мальчишкам. Они никак не хотели уходить после звонка с урока и в перемены прибегали к учителю. Давид Яковлевич позволял изготовлять поделки не только по учебной программе, но и для дома, для своих надобностей, а то и для ребячьих забав. «Пусть мастерят, в жизни это пригодится и математикам, и физикам», - считал он. Но при этом ненавязчиво напоминал ученикам, что и для работы на токарном станке надо знать закон Ома и теорию сопротивления материалов.

«Это верно, все в жизни пригодилось, - вспоминал его ученик - специалист по радиоэлектронике Валерий Абросимов. - Особенно часто я вспоминал уроки доброго Давида Яковлевича, когда строил своими руками дачу».

Учителю труда пришлось ознакомиться с радиоэлектроникой. Он вел авиамодельный кружок, а ребятишки хотели мастерить не только макеты самолетов. Им подавай радиоуправляемые модели. Не только школьники, но и окрестные жители любовались парящими над их головами самолетиками, которыми с пультами в руках управляли восхищенные семиклассники.

Обожали Песина и коллеги. Он был мастером на все руки, и случись в школе какая-либо неприятность (ключ в двери застрял, стекло разбилось, крышка парты скрипит и пр.) - все в мастерскую к Давиду Яковлевичу.

- Мало того что умелый, он безотказный. Никогда не считался ни со временем, ни с усталостью, - это ветеран лицея №40 Татьяна Максимовна Стрельцова так характеризует коллегу. - Таким доброжелательным и внимательным до сих пор остается. Не пропустит ни одного праздника, чтобы не позвонить и не поздравить.

Подарки, выполненные руками Песина, украшают квартиры многих друзей и знакомых. Обычно Давид Яковлевич дарит друзьям свои живописные работы. Писать маслом он научился еще в юности, занимается этим до сих пор. В его доме множество портретов, пейзажей, букетов. А еще Давид Яковлевич пишет стихи. В них и посвящения, и воспоминания, и размышления о самом важном... Ими он тоже делится с коллегами, большинство из которых на пенсии. Но бывших учителей не бывает, их до глубокой старости отличают заинтересованный взгляд на происходящее и неравнодушие к жизни.
В девяносто четыре года Песину стало трудновато выходить из дома. Телефон, газеты, книги, мольберт, кисти и краски да толстая тетрадь со стихами - вот нынешний круг его общения.

Городские новости сообщают Песину бывшие ученики, коллеги, дочь и зять, которые заботливо ухаживают за отцом. Другие сын и дочь живут неподалеку, вместе с внуками и правнуками регулярно навещают его. А вот в школе, из которой ушел на пенсию тридцать лет назад, Давид Яковлевич давно не был. А хотелось бы побывать. Ведь лицей №40 стал еще более знаменит в последние годы, его прославили талантливые выпускники, ставшие учеными, изобретателями, руководителями. За годы работы в 40‑й физико-математической Давид Песин тоже внес в ее успех свой вклад.