В разные времена у нас были Народный комиссариат просвещения, Госкомитет по профессионально-техническому образованию, Министерство науки и технической политики, Министерство просвещения, Министерство высшего и среднего специального образования, Министерство образования и науки и так далее. Высказывались самые неожиданные предложения, например, что дошкольное образование слишком отличается от всего остального, поэтому для него нужно создать отдельное министерство. Кроме того, говорили, что школа существует только для того, чтобы готовить людей в институт, а значит, школу можно считать неким несамостоятельным элементом довузовской подготовки, и руководить им должны те, кто представляет вузы и науку. В то же время поступали предложения о создании Министерства труда и профессионального образования, поскольку именно рынок труда должен формировать заказ высшему образованию, сколько и каких специалистов ему нужно.
Однако поговорка «Вместе тесно, врозь скучно», равно как и философский принцип единства и борьбы противоположностей, постоянно мешала найти счастье как в полном объединении, так и в тотальном разделении органов управления. С одной стороны, когда министерств становилось больше одного, сразу же начинались жалобы на наличие межведомственных барьеров. Но как только школу объединяли с вузами, а вузы с наукой, тут же возникала проблема - как удержать баланс между уровнями образования (ведь каждый уровень самоценен, а не только подчиненная ступенька для обеспечения подъема на следующий) и создать единую картину всего, что происходит в стране?
Как это нередко бывает, периодически возникало сильное желание просто заимствовать ту или иную схему межведомственного взаимодействия у иностранцев, в первую очередь у тех стран, где с образованием и наукой полный порядок. Однако быстро поняли: чужой опыт можно учитывать, но нельзя тиражировать, ибо он работает только в этой стране, с этими людьми и на этом историческом этапе. Во многом по этой причине у нас не прижилась новозеландская модель, которая предусматривала разделение ведомств на агентства, службы и министерства. Там, у них, она себя отлично показала - страна небольшая и на тот момент достаточно гомогенная по определению целей и стратегии развития государства. А здесь, у нас, так и не удалось распределить функционал и полномочия таким образом, чтобы Министерство образования занималось только политикой, агентства - финансированием и управлением, а Рособрнадзор - только контролем и надзором. В нашей стране почему-то получилось так, что на первый план все время выходили именно надзорные сюжеты.
Кроме того, почти каждый новый чиновник, который приходил руководить образованием и наукой, имел свои собственные представления о том, как оно должно быть на самом деле, и начинал строить систему исходя из своего собственного единственно правильного видения будущего. А истина, как известно, рождается в споре.
Для России очень важно при обсуждении схем управления помнить о нашем федеральном устройстве и искать баланс полномочий между уровнями власти, а не пытаться все взвалить только на уровень Федерации или, наоборот, делать ответственными за наши беды только региональные или, пуще того, муниципальные власти.
И наивно предполагать, будто какая-то схема, однажды себя хорошо зарекомендовавшая, будет эффективна всегда и везде.

NB! Виктор Александрович БОЛОТОВ - научный руководитель Центра мониторинга качества образования НИУ ВШЭ, президент Евразийской ассоциации оценки качества образования, профессор, академик РАО.