Десятилетняя Лизонька проживала в деревне с восьмидесятисемилетним дедушкой Аникеем Семеновичем. Трудно приходилось жителям. Немцы лютовали, ведь партизаны напоминали о своем существовании. Все знали, что недалеко от деревни, в концлагере «Азаричи», людей разного возраста подвергали медицинским экспериментам.
Однажды ближе к вечеру нелюди нагрянули в Высокое, забрали всю еду, а всех жителей согнали в колхозный сарай и заперли на ночь. Темно. Тихо вокруг, только через крышу ярко мерцают в бездне ночи яркие звезды. Какая гармония в природе! А в сарае дышать нечем. Окна отсутствуют. Людей много. Все стоят, плотно прижавшись друг к другу. Кто-то не выдерживает и падает. Воды нет. Испуганные дети начинают плакать, просят есть. Беда! Елизавета, стоя у стены сарая, обнаружила внизу, у земли, щель. Она стала руками рыть землю, осторожно вслушиваясь в царящую ночную тишину. Подкоп получился! «Дед, давай убежим!» - предложила Лиза. И услышала ответ непреклонного старика: «Внучачка, так я ж нячога им дрэннага не зрабив. Падержать и спазаранку атпустять». Лиза, ослушавшись деда, убежала в лес и засела, замаскировавшись, до рассвета в глубоком овраге. Веточки пушистых теплых елок послужили ей всем - и периной, и одеялом.
А утром огромным пламенем заполыхал сарай! Крик, плач, вопли, стоны… Маленькой Лизе казалось, что стонала земля. Как эту страшную картину ада могла выдержать маленькая нежная девочка?! Плакала? Нет! Она рыдала, выла! Боялась закричать во весь голос и тем самым себя выдать. Лиза видела, как несколько человек выбежали из горящего сарая, но гусеничный танк догнал их и раздавил. Тех, что добежали до колодца, немцы добили и утопили… Все это девочке довелось увидеть и пережить!
Два дня Лиза отсиживалась в лесу. На третий осторожно пробралась в свой пустой дом, взяла мешки. Пошла со слезами на пепелище собирать косточки дедушки и других людей. В другой мешок уложила фрагменты тел раздавленных танком людей. Затем железным багром вытащила утопших и убитых из колодца. Отнесла на сельское кладбище, просто присыпала землей. Вскоре девочку нашли партизаны и взяли к себе.
Семь лет назад не стало нашей бабушки Елизаветы. Когда мы приехали первый раз в Ельск, она нас сводила на кладбище в Ново-Высокое и показала захоронения. …Плакала, вспоминая прошлое: «Это безумство - убивать друг друга...»
Кажется, что все рассказанное бабушкой - страшный сон, но это реальность нашей истории. Деревня Высокое не исчезла. В ней построили мемориальный комплекс. А рядом отстроена деревня Ново-Высокое. На карте их соединяет пунктир. Нет деревни, но она как бы есть! Есть, потому что помнят о ней, о сгоревших мирных жителях, помнят о страшной войне. Вспоминается высказывание классика литературы и участника обороны Севастополя: «Неужели тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизмеримым звездным небом? Неужели может среди этой обаятельной природы удержаться в душе человека чувство злобы, мщения или страсти истребления себе подобных?» Это написано в 1853‑м. Но вопрос не потерял своей актуальности.

Валентина САВЧЕНКО, учитель русского языка и литературы школы №2044, Москва