Теплый Ключ
«Я сам родом из Вилюйского района. В 2004 году окончил исторический факультет Якутского государственного университета, и мне предложили аспирантуру в отделе Арктики, чтобы изучать социально-экономическое положение северных улусов. Поступил, но через некоторое время понял: не мое, слишком далеко от той истории, которую я люблю. И, как Нестор Петрович в известном кинофильме, принял решение круто поменять жизнь.
Пошел в Минобр, спросил о вакансиях. Мне предложили поехать в Томпонский район республики, в деревню Теплый Ключ. Если верить старожилам, она была построена во времена ГУЛАГа, Дальстроя. Там работал некий инженер Герлингер, он увидел зимой, как из-под снега идет пар, и почему-то решил, что здесь есть горячие источники. Хотя на самом деле все дело лишь в разнице температур между «холодно» и «очень холодно». Сам поселок небольшой, школа там малокомплектная. В то время у нас работала программа поддержки арктических районов, и тем, кто работал там, давали квартиры в Якутске. Но для этого надо было отработать 5 лет. А я пробыл всего 3 года. В деревне меня поселили в одну из тех квартир, чьи хозяева все бросили и уехали на «большую землю».
Тогда у меня еще не было семьи, и, возможно, я так бы там и остался. Или, по крайней мере, отработал полный срок. Но в 2010 году весной мне довелось съездить на семинар в Москву, а потом за границу, в Париж, в автобусный тур. И там я познакомился со своей будущей женой, которая родом из соседнего Верхневилюйского улуса. Был, конечно, вариант перетянуть жену в Теплый Ключ, тем более что по образованию она тоже педагог, учитель начальных классов. Но я порой принимаю нестандартные решения. Возможно, это несвойственно коренному якуту, но у меня русская бабушка, так что все можно объяснить. В результате было принято спонтанное решение - переехать вместе с супругой в Якутск».

Испытание бурьяном
«Сначала выяснил, где есть подходящие вакансии. Оказалось, что место историка свободно в 33‑й школе, о которой я уже был наслышан, она на хорошем счету. На собеседовании директор предложила проявить себя, так сказать, не совсем стандартным образом. Мне дали ручную косу и сказали, чтобы скосил заросший бурьяном участок, потому что скоро начало учебного года, надо привести территорию в порядок. Для меня это пустяки, я этим с детства занимался, поэтому управился довольно быстро. Приняли! Супруга тоже устроилась, правда, не в школу, а в Институт повышения квалификации.
С тех пор я работаю здесь и никуда уходить не собираюсь. Вспоминаю с любовью Теплый Ключ, но подумываю все-таки окончить аспирантуру, благо что все минимумы сдал, осталось только защититься. Как раз сейчас я понимаю, что наконец дорос до научной деятельности, так как в последние годы плотно занимаюсь историческим краеведением и накопил огромное количество материалов. Об истории Якутии написано немало, но еще много тем, которые ждут своего часа».

Фотография в альбоме
«В 2014 году, в год столетия начала Первой мировой, я взял у своих родителей фотографию, которая долгие годы хранилась в нашем семейном альбоме. Там был изображен мой прадед Михей Николаевич Марков, который прошел через все эти испытания. Но оказалось, что его имени нет в списке участников той войны. Решил выяснить, в чем же тут дело, и начал свою изыскательную деятельность. Посылал запросы в архивы Иркутска и Москвы, долго ждал ответа. Меня интересовал вопрос, как проходила мобилизация в Сибири. В нашем республиканском нацио­нальном архиве перелопатил груду документов, выяснил, что Якутская область тогда входила в состав Иркутского военного округа и все мобилизационные приказы шли оттуда.
Когда начал заниматься этой темой, получил представление о работе архивов. И постепенно вышел на тему истории моего родного 1‑го Кюлецкого наслега Вилюйского улуса. Впрочем, оказалось, что и там есть немало темных пятен. Дело в том, что в XIX веке существовал еще один наслег с таким же названием, но в Верхневилюйском улусе. Тогда населенные пункты в разных районах нередко носили одни и те же названия».

От частного - к общему
«Изначально эта тема была просто интересна лично мне, потому что была связана с моей семьей, а вовсе не с желанием как-то разнообразить подходы к преподаванию истории. Но уже в процессе исследования появилась мысль, что какую-то часть истории детям вполне можно давать через архивные документы местного характера. И материал они поймут лучше, если он будет связан с их родственниками, населенным пунктом, местностью. После этого я понял, что это козырная карта, с которой можно идти на конкурс. Такой подход, конечно, не является каким-то ноу-хау, я знаю, что многие этим занимаются и в других регионах. В то же время конкретно в Якутии проблемами Первой мировой войны интересуется очень малое количество людей, это я могу точно сказать, ибо изучал статистику поисковых запросов.
Правда, не могу утверждать, что предлагаемые мною подходы легко сможет применить на практике любой учитель истории. На самом деле работа в архивах - процесс трудоемкий, особенно для педагогов, которые всегда загружены. Сам же я выхожу из ситуации так: один раз, в методический день, иду в архив, предварительно заказав документы, и провожу там целый день с утра до вечера. Далеко не все мои коллеги могут себе позволить такую роскошь. А многие просто не понимают смысла этой работы или считают, что им это не нужно. Но вот то, что учителей надо на­учить работать в архивах, - это лично для меня совершенно очевидно.
У нас в целом по стране оцифровано много документов. В Якутске, например, все метрические книги церквей переведены в электронный формат. И если люди хотят узнать свою родословную, есть возможность сделать это самостоятельно, не прибегая к услугам разных фирм. К сожалению, в свободном доступе этих материалов нет, приходится все равно идти в архив. А вот что касается всего остального, то это до сих пор есть только в бумажном виде. Вот если бы у нас были оцифрованы все архивы, как в некоторых странах, и с этим богатством можно было бы работать дистанционно, все было бы значительно проще и легче. Но пока об этом остается лишь мечтать».

Качественный продукт
«В общем, на конкурсный урок я пошел во всеоружии. Решил посвятить его истории моей семьи в контексте поиска архивных документов и анализа семейных фотографий и писем. В процессе подготовки подключились мои коллеги, которых заинтересовала эта тема. И мы вместе решали, как лучше подать материал. Надо было сделать так, чтобы на уроке не было слишком много моего прадеда, с другой стороны, чтобы тема не рассыпалась.
Признаюсь, что сначала я выступил с этим уроком на нашем региональном конкурсе «Серебряный пеликан», уже потом - на «Учителе года». Но эти два урока отличались, как небо и земля, я учел многие замечания коллег, переработал методически и содержательно. Хотя саму идею, суть которой заключалась в стремлении возвратить имена наших предков, сохранил. И показал на конкурсе, как можно и нужно работать с документами.
Мне кажется, все задуманное удалось реализовать, по крайней мере, дети поняли, как надо анализировать архивные документы. И, как показалось, эта тема была во многом неожиданной даже для членов жюри, особенно когда в конце урока выяснилось, что тот самый человек, чье фото изображено на слайде и чья фамилия не значится в официальных списках ветеранов, - мой прадедушка».

Незавершенные проекты

«Каково продолжение этой сюжетной линии после конкурса? Я планирую выяснить дальнейшую судьбу моего прадеда, который, кстати, был участником еще и Гражданской войны. Причем начинал за белых, но потом воевал вместе с Блюхером.
В прошлом году я давал еще один открытый урок, он был посвящен уже другому человеку, родом из Иркутской области, - якуту-инородцу. Напомню, что в царскую армию якутов не брали, они туда могли попасть только добровольцами. И этот человек в 1917 году пропал в Румынии.
У нас с детьми был проект, который, к сожалению, пока не удалось завершить. Это сайт, посвященный Якутии в годы Первой мировой. Мы искали участников тех далеких событий, составляли списки ветеранов. Сейчас там порядка 500 имен. А со всей Якутии, напомню, в той войне участвовали не более 800 человек, так что восстановить имена всех этих людей - задача вполне посильная. В основном это русские, выходцы из Кангаласского района, потомки ямщиков, из Олекминского улуса, из самого Якутска.
Непаханое поле - Русско-японская война, тут тоже можно было бы поработать. Но свободного времени все же не хватает. Одного дня в неделю и двух месяцев отпуска маловато. А вот если бы нашлись еще люди, которые бы заинтересовались данным исследованием, и мы объединили свои усилия, эффект мог бы быть гораздо более внушительным».

Желания и возможности
«Часто говорят, что каждый учитель должен заниматься научной деятельностью. Могу сказать, что это в принципе реально. Но очень многое зависит от возможностей. Боюсь, если бы я не уехал из Теплого Ключа, вряд ли я стал бы этим заниматься, потому что на почтовых запросах далеко не уедешь, а с черепашьим Интернетом каши не сваришь. И я понимаю, что в большинстве улусов люди чисто физически не могут работать с документами, поскольку там их просто нет, равно как и оперативного канала обмена информацией с архивами. Но даже если бы архивы были открытыми, все равно качество Интернета ставит под сомнение эффективность такой деятельности. Поэтому наши учителя предпочитают делать упор на поиске артефактов, реликвий. У нас хорошо развиты музейная педагогика, этнопедагогика, краеведение. Не имея возможности обратиться к архивам, люди общаются со старожилами и ветеранами.
Но тут есть один весьма деликатный момент: нередко те, кто, казалось бы, является непосредственным участником далеких событий, выдумывают очень много лишнего или не говорят очевидного, потому что просто забыли. И как раз здесь важно всегда помнить: нельзя доверять чему-то одному - только архивным документам, рассказам очевидцев, публикациям в газетах и пр., нужно учиться грамотно анализировать все доступные источники информации. Эти навыки необходимы и учителям, и ученикам».

Выбор лидера
«Сразу после конкурса мне предлагали стать директором. И я серьезно подумывал, не согласиться ли. Но все-таки отказался. Я считаю, что конкурс нужен не для того, чтобы победителей двигать на руководящие должности, а для обмена передовым педагогическим опытом. Директор же, увы, - это окончание педагогической деятельности. Поэтому я считаю, что не надо учителей года сразу делать директорами, это всегда успеется, пусть лучше подольше поработают в роли обычных учителей, дают прекрасные и интересные уроки.
Учитель года - это обычно лидер. Но не каждый лидер непременно должен стать руководителем. Лидерские качества могут проявляться и в обычной преподавательской деятельности, когда ты воодушевляешь детей, окрыляешь, ведешь за собой или помогаешь им определить цель жизни, к которой они будут стремиться сами.
Лично я пока работаю учителем и не планирую менять сферу деятельности. Но есть ряд непокоренных вершин, например уже упомянутая диссертация. В скором будущем наш наслег отпразднует свое столетие как самостоятельная административно-территориальная единица. И я должен к концу года написать об этом книгу, основанную на архивных документах. Потому что, как выясняется, даже старики уже плохо помнят, с чего все начиналось. Приходится открывать историю наслега практически заново».

Республика Саха (Якутия),
фото автора