Первая школа
Детство поначалу было вполне благополучным. Отец, пользующийся доверием окружающих, заботливая мать, четверо братьев (Наим был средним по возрасту). Учился в татарской школе вместе с одногодками, получал хорошие отметки и постоянные похвалы за математические способности от приветливой учительницы. В третьем классе всех десятилетних школьников приняли в пионеры. Но одна осенняя ночь перевернула жизнь Абдуллиных. Отца забрали в ГПУ. В селе шептались: «За какое-то вредительство… А ведь какой партийный был!»
Мать не знала, куда деваться от горя и нужды. Неплохими помощниками были двое старших сыновей, но они еще не доросли даже до совершеннолетия. А на руках еще двое малышей. Всех приютил свекор, живший в селе Петряксы Нижегородской области, где и родился когда-то Наим. Там род Абдуллиных пользовался уважением, мальчиков никто не дразнил как сыновей «врага народа», а на первомайском митинге Наиму как отличнику учебы даже поручили выступить с приветствием от имени сельских пионеров.
Редкий в те времена случай, но через три года отец вернулся из заключения, его освободили за отсутствием состава преступления. Даже партбилет вернули, работать позволили на «ответственной должности». Из родного села семья больше не уезжала.

В фонд обороны
Сельский мальчишка в четырнадцать лет - это уже настоящий мужчина. А в войну вообще дети взрослели рано. Вот и Наим вместе с отцом и братьями с первых дней Великой Отечественной стал работать. При этом никогда не пропускал уроков в школе, успешно окончил девять классов. В табеле были только хорошие и отличные отметки, а в колхозной бухгалтерии начислено трудодней не меньше, чем у многих взрослых. Кем только не приходилось работать тогда подросткам! Наим и пахал землю на коровах («Двухлемешным плугом», - уточняет он), и табуны лошадей пас, и колхозное стадо обихаживал.
С лошадьми вообще у него особая история вышла. В сорок третьем году в село поступило двести двадцать истощенных и больных лошадей, побывавших на фронте. Была поставлена задача - откормить, подлечить их и снова направить на военную службу. Отвечать за конюшню пришлось старшему Абдуллину. Наим стал его главным помощником и даже специалистом по уходу за лошадьми. Любознательный парень не довольствовался интуицией и подсказками стариков, а сам нередко заглядывал в книги по ветеринарии. Конюхи даже советовались с ним в трудных случаях.
Через год из села было отправлено двести десять здоровых лошадей, и только десятерых не удалось поднять на ноги. Но и те не пропали понапрасну: когда не было надежды на выздоровление, их забивали на мясо. Наиму поручали развозить куски конины нуждающимся семьям, для которых это было неслыханным лакомством. Особенно ценили такую помощь эвакуированные из занятых оккупантами мест жители. Это еще одна страница из биографии Абдуллиных.
Старшеклассник Наим руководил тимуровской командой в школе. Однажды в конце марта председатель колхоза попросил ребят привезти для приезжих картошки из хранилища, а то многие уже начали голодать. Весна в тот год запаздывала, ехать надо было в открытых санях за двадцать километров. Пока доехали да погрузили мешки, завечерело, мороз усилился. А одежонка у мальчишек была так себе. Но они так боялись переморозить картошку, что старались понадежнее укрыть мешки соломой, а на себя и внимания не обращали. И довезли, хотя носы себе пообморозили, а одному даже пальцы ног пришлось потом долго лечить..
Старший брат давно уже был на фронте, за ним ушел и второй - он перед войной поступил учиться в техникум в Москве, оттуда и взяли.
Старший регулярно писал домой, даже сообщил однажды, что средний брат тоже воюет на Западном фронте. Как и все мальчишки, Наим тоже хотел поскорее бить врагов, но пока старался помогать фронту своим трудом. И однажды почтальон принес в село областную газету «Горьковская коммуна», где под рубрикой «Доска почета» была напечатана и его фамилия. Наим Абдуллин вместе с напарником отличились на жатве зерновых - скосили конной жаткой больше всех ржи и овса.

Не в летчики, так в учителя
В сорок четвертом ему исполнилось семнадцать лет, Наим ждал повестки на службу в армии, многие его друзья уже получили. Хоть чувствовалось, что война идет к концу, можно еще попасть на фронт, как ему казалось. Но его все не призывали, и в августе он решил поступать в авиационный техникум. «Может, на летчика выучусь», - наивно думал парнишка. Поступил, но узнал, что здесь готовят авиастроителей. И это бы ничего, да с первых дней учебы всех первокурсников отправили на «трудовой фронт» строить узкоколейку. Суровые условия жизни, тяжелые физические нагрузки не были особенно тягостны для трудолюбивого и закаленного человека, но у Наима вдруг открылась язва желудка. Длительное лечение, советы врачей перейти на деревенские продукты питания заставили его вернуться в Петряксы. Он не стал терять времени и пошел в школу доучиваться в десятом классе, чтобы поступить в пединститут. Так посоветовала любимая учительница математики, которая очень хвалила его способности. Так он и сделал.
Студенческая жизнь нравилась ему, но опять помешала язва. Пришлось перейти на заочное отделение. А в Петряксах только этого и ждали, в школе ему сразу предложили уроки в старших классах. Дело пошло хорошо.

Вторая школа
В педвузах тогда существовали факультеты с двухлетним образованием, и окончившие их имели право преподавания в семилетних школах. Это называлось «учительский институт». А Наим Абдулбярович работал со старшеклассниками, потому, получив первый диплом, тут же стал учиться дальше.
В школе пропадал с утра до ночи. После уроков - активная внеклассная работа, комсомольские обязанности (он был секретарем школьной организации), многочисленные поручения от райкома комсомола.
Однажды в роно он встретил двух девушек, которые получили назначение в школы района. Наим как галантный кавалер вызвался проводить их до места будущей службы. Одна оставалась здесь же, другой надо было ехать за двадцать километров. Доведя до учительской квартиры первую, попросил ее подругу немного обождать, он, мол, постарается найти лошадь. Ведь другого транспорта тогда в селах не было. Неспроста попросил: София приглянулась ему сразу. Ей предстояло вести уроки русского языка и литературы. А ему - еженедельно ездить к ней на свидания. Свадьба состоялась только через год.
Учительские кадры в районах в те годы, а порой и поныне - база для выдвижения самых деловых и активных на руководящие должности. Как-то Наима Абдуллина, вступившего в партию, вызвали в Горьковский обком:
- На районной конференции будем рекомендовать вас секретарем организации.
Наим не очень удивился, так как часто выполнял задания идеологического отдела. Вскоре его избрали первым секретарем, руководителем всего района. Со школой пришлось расстаться. Впрочем, не совсем. Разве можно оторваться от школьных забот, если в семье есть учительница? А еще обязанность высокого начальника заботиться об улучшении образования в своем районе. За пятнадцать лет руководящей деятельности при его участии и инициативе было открыто полтора десятка новых школ и столько же детских садов. Открывал Наим Абдулбярович и новую десятилетку в родных Петряксах.
Краеведы рассказывают, что первая школа для татарских детей с изучением русского языка была открыта в селе в конце семидесятых годов девятнадцатого века по инициативе Ильи Ульянова. Здание было небольшим, но крепким, там еще довелось учиться и Наиму. Потом пристраивались новые помещения, но мест для всех не хватало. И вот через сто лет состоялось открытие новой школы, почетным гостем там был выпускник и бывший учитель, руководитель района Наим Абдуллин.

Опять в школе
Пройдя длинный трудовой путь в качестве руководителя и организатора сельскохозяйственного производства, отмеченный высокими наградами - орденом Трудового Красного Знамени и орденом Ленина, он опять заскучал по школе. Выйдя на пенсию, стал дружить со школьниками, наставлять их как умудренный жизненным опытом наставник. Его приглашают на уроки Мужества, на школьные праздники, внеклассные мероприятия и просят рассказать о былом. Ведь ветераны войны - это лучшие и подлинные хранители исторической правды о Великой Отечественной, ее героях и тружениках тыла. Недалеко от его дома в Нижнем Новгороде расположена школа №186, в которой Наим Абдуллин стал своим человеком. И очень гордится почетной грамотой, которой педагогический совет наградил его за неоценимую помощь в патриотическом воспитании ребят. Нередко бывает он и в других школах и непременно в своей бывшей Петряксинской.
Вот и недавно была там встреча со старшеклассниками. Это очень пытливый народ. Они уже не удивляются, как младшие, что школьники в войну ходили на уроки в лаптях и ели хлеб из отрубей и картофельных очисток. Зато рассказ о лечении фронтовых лошадей слушают с большим интересом. Сочувствуют переживаниям о его пропавшем без вести восемнадцатилетнем брате и радуются, что старший с наградами и небольшим ранением после войны пришел домой.
- Мне нравится беседовать с подростками, смотреть в их заинтересованные глаза и делиться дорогими воспоминаниями. Сказал, что хочу сдать им экзамен и получить оценку за прожитую жизнь. Как же приятно было, когда они вразнобой выкрикивали: «Отлично! Ставим пятерку!»
Не только словом, но и делом подает пример молодежи Наим Абдуллин. Как-то, рассказывая о тяжкой работе женщин, заменивших ушедших на фронт мужей, задумался, почему бы им не поставить памятник, как фронтовикам. И призвал земляков собрать средства. Перед глазами стояла его трудолюбивая мать, на чьи плечи легли заботы о воспитании детей (что греха таить, отец, хоть и остался дома, с утра до ночи был на работе, ему было не до сыновей). А вдовам и солдаткам приходилось еще туже. Наим Абдулбярович создал Фонд памяти в честь «женщин войны», первым внес из своей пенсии двадцать тысяч, за ним последовали другие. И к Дню Победы в Петряксах рядом со стелой в честь участников войны появился памятник Матери.
Теперь он озабочен тем, чтобы и в других селах района и области появились такие памятники. К этому призывает и на своих встречах со школьниками. Хочется верить, что к 75‑летию Победы его надежды осуществятся.