- В нашей огромной стране, где живут 193 народа, языком межнационального общения является русский, - подчеркнул руководитель ФАДН Игорь Баринов. - Но важно соблюдать баланс между изучением его и родных языков народов России. Наш форум как раз посвящен обсуждению очень чувствительной для каждого темы родного языка и русского языка как языка межнационального общения, объединяющего всех жителей России.
По словам Игоря Баринова, язык позволяет сохранить связь с эмигрантами в других странах мира, укрепить государственное единство страны, а также стать той самой «мягкой силой», о которой в последнее время так много говорят. Однако сделать это без серьезной государственной поддержки, силами одних лишь граждан, вряд ли удастся. И это тем более проблематично, поскольку, как утверждает Рособрнадзор, в ряде регионов наблюдается сокращение количества часов на изучение русского языка при увеличении интереса к иностранным и национальным. Более того, в некоторых субъектах РФ власти просто не хотят даже обсуждать этот вопрос, говоря, что не видят в этом никакой проблемы.
- На сегодняшний день в стране изучается 81 родной и больше 20 иностранных языков, но учебники есть всего лишь по восьми из них, - сказала заместитель министра просвещения Татьяна Синюгина. - Поэтому одной из основных задач, стоящих сейчас перед министерством, является формирование творческих коллективов по написанию учебников. В ближайшее время в рамках министерства будет создан Институт по развитию и поддержке родных языков как подведомственная структура. Уже сейчас при министерстве действует рабочая группа по решению вопросов в области изучения и сохранения языков, она занимается именно оперативным реагированием на возникающие вопросы.
Как отметил директор Института лингвистических исследований РАН Евгений Головко, пока русскому языку ничего не угрожает, он крепок и востребован. Чего не скажешь о языках малых народов России.
- Я занимаюсь этой проблемой всю жизнь, - рассказал ученый. - На моих глазах исчезли как минимум 4 языка, то есть теперь на них не говорит никто. Но это, увы, происходит сейчас во всем мире из-за глобализации. Несмотря на то что ученые нашего института большую часть времени проводят в разъездах, получая информацию о состоянии дел непосредственно на местах, могу сказать совершенно честно: точное количество языков на территории России не может назвать никто. И даже всероссийская перепись населения не дает четкого ответа на этот вопрос. Как минимум потому, что нет единого понимания, что же, собственно, можно считать самостоятельным языком, а что - диалектом. Например, мы считаем, что эскимосы говорят на эскимосском языке. Но сами они убеждены, что у них не один, а четыре языка! Поэтому, мне кажется, надо не только уделять больше внимания этому вопросу, но и давать больше свободы в плане возможности преподавания языков малых народов на территории их компактного проживания. Но не нужно все жестко регламентировать, надо просто дать возможность проявить инициативу снизу, поощрять написание книг и создание сайтов на этих языках.
Заместитель директора Института языко­знания РАН Андрей Шлуинский считает, что в вопросах сохранения языков малых народов дела у нас идут далеко не так плохо, как в других странах. Например, в США все заметно хуже, поскольку глобализация коснулась их гораздо сильнее.
- По нашим данным, в России условно существует 151 язык, и из этого количества примерно 18 находятся на стадии исчезновения, - поведал он. - Но все познается в сравнении. Например, в Нигерии более 500 языков, а возможностей для их сохранения там, согласитесь, меньше, чем у нас. А главной проблемой, как мне кажется, является не сохранение языка, а его выживание. Можно создать полный словарь языка, написать множество учебников и самоучителей, однако крест на всем этом поставит банальная бюрократизация образовательного процесса. Сейчас, чтобы преподавать, нужно иметь педагогическое образование, а также периодически отчитываться о проделанной работе. Но ведь лучше всего язык знают его носители, а среди них нередко большинство - люди пожилые. Получается, мы должны требовать наличие дипломов от бабушек и дедушек, заставлять их писать множество бумаг? Глупость! И хуже всего, что бюрократы мыслят очень примитивно: «Если мы выделяем деньги на сохранение языков, то вы должны в короткое время выдать результаты, которые показали бы, насколько эффективно вы освоили эти средства». А с языком это не работает.
Присутствовавшие на форуме сошлись во мнении, что попытки спасти малые языки посредством академических подходов к образованию обречены на неудачу. Чтобы тот или иной язык действительно стал для человека родным, должно возникнуть желание разговаривать на нем. А если человека постоянно одергивать, мол, вот тут у тебя ошибка, это слово не так склоняется, там у тебя ударение не в том месте, и вообще давай-ка сначала изучим грамматику, то это убьет всякое желание общаться. Между тем современные подходы к обучению нередко основаны именно на этом.
Кроме того, необходимо понять, как побороть другую, не менее серьезную проблему. Дело в том, что в обществе знание и использование в речи языков малых народов нередко ассоциируется с низким социальным статусом и даже с бедностью. Мол, если человек прибегает к ним как к средству общения, значит, он недостаточно образован и не очень хорошо знает другие, более распространенные языки. Однако это глубокое заблуждение, ведь любой язык имеет огромный образовательный потенциал, а знание одного языка, не важно, малый он или великий, в любом случае развивает, помогает изучать другие языки.
- У нас много теории, но мало практики, - высказал свое мнение председатель Комитета Госдумы РФ по делам национальностей Ильдар Гильмутдинов. - Мало написать учебники, надо реально говорить на языках, которые мы хотим сохранить! Но разве для нас секрет, что люди просто не хотят этого делать, просто потому что у них нет для этого никакого стимула? Более того, все наше окружение способствует тому, чтобы они изучали другие языки, а не свой родной. Ведь все - от книг и газет до вывесок - написано на чем угодно, только не на языках малых народов. Поэтому нам обязательно нужна концепция национальных языков - документ, в котором было бы предусмотрено все, что необходимо для решения этой проблемы.
Ильдар Гильмутдинов также добавил, что надо как можно скорее узаконить учебники, переведенные с русского на национальные языки. Почему-то считается, что авторы должны все начинать с нуля, однако такой вариант был бы реальным выходом из ситуации, связанной с острой нехваткой учебной литературы. Помимо этого Минпрос должен серьезно озаботиться разработкой программы по интеграции национальных языков в школьное образование в той или иной форме. Необходимы методики, программы, рекомендации для тех, кто работает с детьми младшего возраста, коль известно, что способности к языкам закладываются до пяти лет. И как вариант можно мотивировать людей изучать национальные языки, добавляя им баллы при поступлении в вуз.
Интересную версию причины такого положения с национальными языками изложил член Комитета Госдумы РФ по образованию и науке Алексей Загребин. По его словам, в СССР вопросам поддержки малых народов уделяли большое внимание, однако колоссальной ошибкой стал курс на укрупнение деревень, взятый в 60‑е годы. Молодежь подалась в города, где ее ориентировали на изучение русского, а пожилые люди, которые, собственно, и разговаривали на национальных языках, не могли уже научить этому новое поколение и постепенно отошли в мир иной. Поэтому для сохранения любого языка крайне важно, чтобы ребенок с малолетства слышал, как на нем разговаривают его родители и общаются с ним именно на этом языке.
- В соседнем Китае сейчас полным ходом идет процесс стандартизации языка, - рассказала ректор Государственного института русского языка имени А.С.Пушкина Маргарита Русецкая. - Там более 300 диалектов, многие из которых отличаются друг от друга сильнее, чем иные самостоятельные языки. Но китайцы приняли обязательство до 2020 года стандартизировать на 100% свой язык, а заодно язык жестов и азбуку Брайля. Они понимают, что только единое языковое пространство может обеспечить формирование единого информационного пространства. А у нас, к сожалению, до сих пор нет единого понимания, что нужно делать для сохранения языков малых народов и распространения русского языка во всем мире. Ситуацию усугубляет и то, что сейчас этими вопросами занимаются несколько разрозненных ведомств, опираясь на несколько отдельных программ. А хотелось бы объединить и координировать все эти усилия и сделать так, чтобы именно государство было в первую очередь заинтересовано в решении данной проблемы.
В заключение хотелось бы привести слова члена Совета Федерации РФ Анны Отке.
- Коренных малочисленных народов в нашей стране сравнительно немного, всего около 50 тысяч, - сказала она. - Но территория, на которой эти народы проживают, огромна и составляет порядка 60% от общей территории России. Просто задумайтесь над этим…

Заместитель директора Института языкознания РАН Андрей Шлуинский считает, что в вопросах сохранения языков малых народов дела у нас идут далеко не так плохо, как в других странах. Например, в США все заметно хуже, поскольку глобализация коснулась их гораздо сильнее.

Для сохранения любого языка крайне важно, чтобы ребенок с малолетства слышал, как на нем разговаривают его родители и общаются с ним именно на этом языке.