- За мою длинную жизнь я никогда не уходила от вопросов, которые мне задавали корреспонденты самых разных изданий, - рассказывает Ксения Тихомирова, кандидат педагогических наук, старший научный сотрудник Института стратегии развития образования РАО. - Но, когда так поступают мои коллеги, я их понимаю. Ведь четко, внятно и без лишних слов изложить свою позицию - дело далеко не такое простое, куда легче сказать: «Нет, извините!» и отказаться комментировать. Мы привыкли, что где-нибудь на кухне можно говорить все что угодно. А вот журналисту и под диктофон - это ко многому обязывает. Не все люди храбрые, многие боятся начальства, коллег. Боятся осуждения, увольнения или еще чего-нибудь. Ведь брошенная мимоходом фраза - это всего лишь слова, однако если ее зафиксировать на бумаге, она превращается в позицию, и вот уже за это надо держать ответ по всей строгости. Но лично я достаточно осторожна в своих высказываниях, к тому же я не отношусь к людям, которые чем-то недовольны и стремятся выплеснуть свой негатив наружу. Я прожила долгую жизнь, и мне грех на что-то жаловаться, все сложилось удачно.
Поистине, слова умудренного жизнью человека, который сто раз подумает, прежде чем что-то сказать, а главное - привык всегда быть «на позитивной волне». Как выясняется, многие осторожны в своих высказываниях, потому что чувствуют свою прямую зависимость от чужого мнения. В первую очередь мнения вышестоящего начальства. Вот только и тут все не так однозначно, как кажется.
- Я уже сталкивалась с этим. Моей коллеге запретили участвовать в передаче на радио по вопросам образования, - говорит Марина Несмелова, заместитель директора Института истории и политики Московского педагогического государственного университета. - Ее руководитель сказал, что все подобные акции должны быть согласованы с вышестоящими инстанциями. То есть ей попросту запретили говорить то, что она хотела. Некоторые руководители уверены: представители тех или иных профессий, сотрудники организаций являются государственно важными людьми, их мнение должно полностью соответствовать корпоративной этике. А значит, все их выступления, реплики и комментарии должны быть заранее продуманы и одобрены свыше. У нас, к счастью, не так, мы имеем право говорить то, что считаем нужным. Я, например, могу ответить практически на любой вопрос, даже очень острый, если это связано с моей сферой деятельности. Но такое бывает не везде. И еще я допускаю, что человек может отказываться выражать свое мнение потому, что у него просто нет своего мнения.
Кстати, почему бы и нет? Тот факт, что человек может горячо поддерживать чье-то мнение, вовсе не означает, что он сам способен сформировать собственное мнение и готов его обнародовать. Поэтому, вполне возможно, люди предпочитают «петь в хоре», где все голоса сливаются в один, но никогда не выступают «соло».
- Причины отказа высказаться по тому или иному вопросу могут быть самыми разными, - убежден Андрей Колесников, доктор педагогических наук, профессор кафедры второго иностранного языка Рязанского государственного университета. - Например, вопрос лежит вне моей компетенции, поэтому ответ может получиться неглубоким, непрофессиональным, а значит, лучше не комментировать вовсе, ибо это положит тень на мою репутацию. Отказ может быть вызван тем, что обсуждаемая проблема еще не прояснена до конца, о ней нет точной и достоверной информации, следовательно, говорить об этом преждевременно. Либо это может быть обусловлено какой-нибудь политической линией, боязнью «выпасть из контекста». Но в последние годы действительно люди стали более осторожны в своих высказываниях. В том числе и потому, что сейчас обстановка меняется очень быстро, меняются требования, стандарты, и не всегда понятно, что в данный момент происходит в системе. Начинает человек отвечать, а потом выясняется, что все уже совсем не так, его понимание устарело и не соответствует реальности. И потом очень многое зависит от вопроса, если он с подтекстом, имеет смысл сто раз подумать, прежде чем отвечать, да и отвечать ли вообще. Но лично я никогда не отказывался давать какие-либо комментарии и высказывать свое мнение. Может, пару раз всего уходил от ответа по вполне объективным причинам. С другой стороны, когда вопрос касается не только меня одного, а всего университета в целом, ответ действительно имеет смысл согласовать с руководством. Потому что, вполне возможно, для ответа выберут более компетентного человека.
А ведь и правда! Сколько раз бывало, что человек все-таки набрался смелости и сказал тебе что-то свое, наболевшее, и вдруг оказывается, что в понимании проблемы он отстал минимум на полгода, ситуация давно изменилась, а он здесь и сейчас продемонстрировал свою некомпетентность, неспособность держать руку на пульсе. Может, и правда, пусть бы выразился кто-то другой, кто в теме?
- Я с такой проблемой вообще не знаком, - признался Федор Романов, учитель русского языка и литературы московской школы №492. - Просто моего мнения никто никогда не спрашивал, оттого у меня не было повода ни высказать свою точку зрения, ни отказаться комментировать что-либо. Хотя представить чисто абстрактно такую ситуацию вполне могу. Люди, особенно представители образовательного сообщества, - это части одной большой системы, они боятся (и абсолютно обоснованно!), что, если скажут что-то не то, система их накажет. Журналисту-то что, его дело - задавать вопросы, чем более каверзные, тем лучше, а вот тому, кто отвечает, всегда сложнее в сто раз, на нем ОТВЕТственность. И если тебя спросили о том, в чем ты не силен, всегда есть опасность, что тебя уличат в некомпетентности, поэтому лучше воздержаться. Конкретно в нашей школе никто никого не предупреждает специально, чтобы не болтали лишнего, но это лишь потому, что до нас журналисты не доходят и вопросы нам не задают. Почему система так не хочет, чтобы рядовые сотрудники проявляли вольность и что-то говорили от себя? Думаю, это свойственно любой бюрократической структуре, в которой начальство всегда право и хочет держать все под контролем. Как бы чего не случилось! Вдруг сотрудник озвучит какую-либо неудобную правду? В 90‑е годы государство не вмешивалось в учебный процесс, оно отпустило всех в свободное плавание, и многие вспоминают те времена, как ни странно, с благодарностью. Тогда задавали какие угодно вопросы и выслушивали какие угодно ответы, все равно их никто не слушал и не слышал, не до того было. А теперь государство все регламентирует и за всем следит, поэтому люди, которых оно поставило на тот или иной пост, очень боятся, что в любой момент их могут оттуда убрать как раз за то, что они слишком много говорят.
Если ты винтик, то должен крутиться вместе со всеми, не нарушая общей гармонии. А если все начнут вертеться кто куда хочет, куда мы приплывем?! Ведь все начинается именно с вопросов. А еще с тех, кто их задает.
- Многие предпочитают убегать от вопросов представителей СМИ, потому что профессия журналиста сегодня превращена в абсолютно безобразный алтарь безумия, - сетует Армен Гаспарян, публицист, историк, писатель, радиоведущий, общественный деятель. - Число непрофессионалов, вопиющих дилетантов и отпетого хамья здесь просто невероятное. И лишь немногие верны традициям классической журналистики, оставаясь в любой ситуации интеллигентными, осмысленными, вдумчивыми, эрудированными. Поэтому неудивительно, что у людей нередко возникает идиосинкразия на само слово «журналист», которая на уровне рефлекса выливается в отказ от общения с представителями второй древнейшей профессии. Имея за плечами более 20 лет журналистского стажа, я сам сегодня нередко отказываю людям в интервью, так как устал слушать безобразно сформулированные вопросы и читать чудовищно искаженные ответы (мои ответы!), которые потом вдруг появляются где-то в газетах или на сайтах. А в целом, конечно, люди предпочитают не высказывать своего мнения по совершенно банальной причине - они боятся неприятностей на работе. И за это надо еще раз сказать отдельное «спасибо» все тем же журналистам, которые порой даже не в состоянии понять, что им говорят, и полностью перевирают слова человека, даже не высылая ему текст на согласование. Что же касается «молчания» учителей, то этому есть свое объяснение - в последнее время их все чаще делают козлами отпущения, причем в абсолютно любой ситуации. Так зачем же им самим специально подставляться? Скажешь вот так что-нибудь, а у кого-то сразу же истерика, неадекватная реакция, однако виноват все равно ты, поскольку ее вызвали именно твои слова (и даже не важно, сказал ты правду или нет).
Как говорится, все, что вы скажете, может быть использовано против вас! Но коль скоро интервью - это диалог, а в нем принимают участие как минимум две стороны, за словами одинаково внимательно должны следить и тот, кто спрашивает, и тот, кто отвечает. Это говорит о том, что задавать правильные вопросы - дело очень важное и ответственное, но не менее важно умение услышать и понять ответы на них. И все же самый важный аргумент в пользу no comment! - осознание своего места в общей схеме расстановки сил и авторитетов.
- Если меня попросят прокомментировать какую-нибудь фразу, которую сказал мой начальник, то вряд ли я буду ставить его слова под сомнение или опровергать их, - заявил Виктор Болотов, научный руководитель Центра мониторинга качества образования НИУ ВШЭ, президент Евразийской ассоциации оценки качества образования, профессор, академик РАО. - Не надо думать, будто это веяние времени, такое было всегда, просто в разные годы называлось по-разному. Например, «колеблюсь вместе с линией партии». Но, как показывает опыт, очень часто дать аргументированный и развернутый ответ в «ситуации коридора» порой просто невозможно, поэтому приходится отказывать. Ведь журналисты очень часто хотят услышать краткие, четкие и исчерпывающие ответы на вопросы, где таких ответов не существует в принципе. Поэтому лучший вариант в таких ситуациях: «Без комментариев!»
…Это, конечно же, далеко не все точки зрения на изложенную в самом начале статьи проблему. Люди могут отказаться с вами говорить, потому что просто заняты и им в данный момент не до вас (а с «образованцами» такое сейчас происходит постоянно). Они могут придерживаться принципа, что правда слишком жестока и беспощадна, чтобы они могли ее озвучить, а говорить полуправду или тем более лгать им не позволяет совесть. И еще они могут просто «уже все сказать». Только не вам. И не для вас.

От редакции

А признайтесь-ка, дорогие читатели, часто ли вам попадало за то, что вы где-то высказали свое мнение? И существуют ли в вашей образовательной организации нормы и правила, писаные или неписаные, которые бы запретили вам делать это без разрешения начальства?