Напомню состав пятерки призеров: Юрий Клюев - учитель химии из Брянска, Алихан Динаев преподает обществознание и право в Грозном, Илья Казанцев учит детей истории, обществознанию и праву в Пскове, Григорий Назаров - учитель истории и обществознания из города Химки Московской области, а Игнат Игнатов преподает информатику и ИКТ, технологию в московской школе.
К Елене Елшиной, председателю счетной комиссии, подошел высокий мальчик из ученического жюри: «А мне не хватает одной ведомости. На сцене ведь кроме министра еще шесть человек». «Не переживай, хватит тебе ведомостей, призеров всего пятеро, а шестой - Куликов, видимо, ведущий разговора», - успокоила его главная счетчица.
За восемь минут до начала разговора призеров пригласили занять свои места.
Помощник Виктора Антоновича Садовничего, председателя Большого жюри, позвонил мне по старой памяти и предупредил, что они чуть-чуть опаздывают. «Дождь, пробки», - вздохнул тяжело.
Юрий Клюев сидел, не шевелясь, как сфинкс на невской набережной.
Григорий Назаров нервно строчил в блокноте.
Илья Казанцев постукивал пальцами обеих рук по кожаной обивке кресла.
Игнат Игнатов, подперев рукой щеку, внимательно рассматривал зал.
Алихан Динаев утонул в своем телефоне.
За спиной у них на широком экране светилась надпись «Глобальная конкурентоспособность: как вывести страну в число лидеров по качеству общего образования».
Вошла министр. В элегантном наряде от Шанель или под Шанель. Серое платье, подбитое мелким кружевом, и такого же цвета тренч. Женщины у меня за спиной восторженно зашептались. «Стильно и просто», - сказала одна. «Простота дорого стоит», - добавила другая. Ольга Юрьевна села впол­обо­ро­та в свое кресло и взглянула на ведущего.
Тот понял знак и начал. Сказал, что волнуется, ведь ему выпала такая честь - открыть последнее конкурсное испытание «Разговор с министром», и дал слово заместителю Комиссии по развитию образования и науки Общественной палаты Людмиле Васильевне Дудовой. Людмила Васильевна вышла на сцену и с ходу напомнила присутствовавшим, что впервые за всю историю конкурса «Учитель года России» такое мероприятие проходит в Общественной палате. В предыдущие годы вместо конкурсного испытания «Разговор с министром» проводился «Круглый стол образовательных политиков», в котором участвовали на равных пятерка победителей и министр. Эти круглые столы проходили в Государственной Думе, Совете Федерации и бывшем Министерстве образования и науки.
Людмила Васильевна похвалила организаторов за удачно выбранную тему и, окинув задумчивым взглядом аудиторию, мечтательно выдохнула: «А может, мы выполним майский указ президента досрочно?»
Ольга Юрьевна оторвалась от бумажек, лежавших перед ней на столике, и улыбнулась: мол, хорошая идея, Людмила Васильевна.
Ведущий решил, что пора открывать разговор, и предоставил слово министру: «Мы проводим первый раз в Общественной палате. Почему я об этом говорю? Потому что многое в этом году в конкурсе по-новому. Новые номинации, новые члены жюри, новое испытание «Классный час». (Ну не совсем новое. Это испытание существовало в конкурсной программе с 2009 по 2013 год. Оно вернулось в этом году, заменив «Педагогический совет».) Впервые конкурс был по-настоящему открытым. Трансляция всех мероприятий шла на всю страну. (Ну и тут не совсем впервые. Начиная с 2009 года все конкурсные мероприятия, а также открытие и закрытие транслировались в режиме онлайн на всю страну. Каждому новому руководителю хочется, чтобы при нем все было впервые. Вот и губернатор Санкт-Петербурга дважды повторил, что конкурс в их городе проходит впервые. А между тем та же 56‑я гимназия принимала финал конкурса и в 2008 году, после того как победителем стал учитель математики петергофской гимназии Александра II Дмитрий Гущин. Между открытием и закрытием в Питере прошло почти 10 дней, но никто так и не осмелился исправить губернатора, донести до него правильную информацию. Как говорит один мой знакомый директор школы: «Что ты удивляешься, это жизнь».)».
Ведущий, воодушевленный речью министра, вдруг признался: «Мой разговор с министром состоялся примерно месяц назад. У нас была замечательная благодаря Ольге Юрьевне передача на канале ТВЦ, мы там серьезные вещи обсуждали. Но должен сказать, что перед темой, которую вам предлагают к обсуждению, наш разговор слишком… так... слабый, я так понимаю».
Первому дали слово Илье Казанцеву: «Мы не соревнуемся, мы делаем что-то лучше, чем делали это вчера. Большая гонка идет. О многих проблемах сразу сказать невозможно. Но надо сказать о главном, начать надо с учителя. Меня это сильно беспокоит. (Ольга Юрьевна посмотрела на часы.) Куда развиваться дальше? Кем быть? Завучем, директором? Но это рост по прямой. Выход в НСУР. (Ольга Юрьевна одобрительно кивнула и сделала пометку в своих бумагах.) Чем выше учитель поднимается, тем больше у него должна быть зарплата».
Тут Куликов напомнил про регламент.
Казанцев успел еще сказать, что «никакие учительские экзамены ему не страшны и что именно НСУР поможет нам в глобальной конкуренции».
Дальше Куликов предоставил слово Юрию Клюеву. Тот даже вздрогнул от неожиданности. Куликов окинул строгим взглядом из-под очков остальных призеров: «Тут у нас очередность никак не определяется, как лежат бумажки, так и называю». Какие там у него бумажки лежат, уточнять не стал. Просто всех предупредил на всякий случай, чтобы не подумали невзначай, что все-таки какой-то принцип рассадки и порядок предоставления слова были.
Юрий Клюев поправил широкий в сине-голубую полоску галстук (говорят, это тренд нынешней осени-зимы модного дома Корнелиани) и, вдохнув поглубже, торжественно начал: «Система образования должна целиком соответствовать культурным и нравственным категориям каждой конкретной страны. Поэтому я считаю, что наше образование должно быть подчеркнуто русским, российским». Дальше речь пошла про американские вирусы и про то, что нам надо сохранять свое лицо. «Учитель - ключевой элемент. (Кто бы сомневался?) Вот инженерные классы есть в стране, а педагогических - нет. Надо вернуться к опыту смоленского региона, где были такие классы».
Григорий Назаров резко повернул голову в сторону Клюева и радостно улыбнулся, будто нежданный подарок получил: «У нас в Подмосковье есть такие классы. Я испытываю гордость за свою область». Дальше он поговорил про ФГОС и новый закон об образовании и перешел к зарплате: «Надеюсь на совесть губернаторов, чтобы зарплата учителей была достойной». Закончил, как бы дискутируя с Ильей Казанцевым, что, мол, не надо нам никого догонять и перегонять, надо искать свои пути развития, в которых мы будем вне конкуренции.
Наступило время Алихана Динаева. Он начал с международных исследований, их результатов. Сказал, что мы не можем не обращать на них внимание, но должны быть и свои национальные исследования качества образования, отражающие специфику нашей системы образования, - комплексность, системность. «Нас должно настораживать то, что в исследовании PISA только 4 процента наших детей показали умение сотрудничать в решении заданий. Нам надо вернуть то, чему учили детей в советской школе, - сотрудничество, умение и желание работать вместе, помогать другим».
Наконец слово получил Игнат Игнатов: «Для меня самым главным является слово «как». Ведь достичь успеха можно лишь при условии, что в этом будут заинтересованы и учителя, и ученики, и родители, и чиновники, и работодатели. Только вместе мы сможем вывести страну в лидеры».
Ведущий не смог сдержать восторга: «Я под впечатлением. Я подробно с каждым из вас готов порассуждать обо всех проблемах на радио. Я поражен не только глубиной, но и вашей идеологической смелостью».
Театральная пауза.
Ольга Юрьевна выжидающе смотрит на ведущего.
Легкий шумок пробегает по залу.
Члены жюри переглядываются: про идеологическую смелость давно ничего не слышали. Ольга Ройтблат переспрашивает у соседа: «Какой смелостью конкурсантов он поражен?»
«Я поражен вашей идеей, что главным является учитель», - продолжает ведущий, кстати, специалист по Украине. Его голос от волнения дрожит. Вот-вот выкатится слеза. «Потому что, - голос его крепнет, - утверждение, что главным является ученик, которое нам навязывали последние тридцать лет, - это инструмент разрушения системы». Он смолкает, ожидая бури аплодисментов. В зале раздается один неуверенный хлопок, да и тот быстро смолкает. «То, что вы сказали про учителя, - наша система жива, - и сразу же: - Давайте пообсуждаем проблему чуть поглубже: в какой системе координат мы находимся? Чем определяется рейтинг? Вопрос Алихану Динаеву». - «Результатами международных и национальных исследований качества образования и нашими победами в международных олимпиадах».
«Юрий Александрович, национально-культурные и культурно-исторические основания… Как их сравнить?» - «Это вопрос мне?» - встревоженно спрашивает Клюев. «Вам. Или я ошибся, Юрий Александрович?» Юрий Александрович обреченно вздыхает. «Как оценить чувство локтя? Мне импонирует, что многие граждане других государств никогда не напялят майку с символикой другого государства... Мы страна, подарившая миру столько гениев! Нам мир должен завидовать! Нам не нужна PISA. Нужны свои исследования…»
Тень Натали Саррот, Наташи Черняк, дочери ткача из ивановского Вознесенска, изучавшей социологию в Берлине, юриспруденцию в Париже и ставшей к сорока годам «разрушительницей романа», промелькнула над залом...
Ведущий: «Мы начали с учителя. Так давайте продолжим эту тему. Что скажете, Илья Сергеевич?» Казанцев сразу вспомнил дореволюционные времена: «Надо сделать так, чтобы в массовой школе учитель был государственным служащим. Не верю, что можно заглянуть в сознание другого человека, но в мое можно. Когда родитель приходит в школу и видит директора в погонах, ему интереснее общаться». Ольга Юрьевна в этом месте улыбается. Казанцев, как и Назаров, и Клюев, находится все время в поле ее зрения. Игнатову и Динаеву повезло меньше. Казанцев продолжает: «Это шутка». И тут же добавляет: «Это мечты, которые могли бы осуществиться». Никто так и не понял: так шутка или мечты?
Настало время подводить итоги.
«Какую книгу последнюю вы прочитали?» - спросила вдруг призеров Ольга Юрьевна.
Юрий Клюев прочитал «Отверженных» Виктора Гюго, Григорий Назаров «Воскресение» Льва Толстого, Илья Казанцев «Айвенго» Вальтера Скотта, Игнат Игнатов «Правила жизни» Януша Корчака, Алихан Динаев «Смерть Ивана Ильича» Льва Толстого.
«Хочется просто плакать, - сказала министр, выслушав ответы, - насколько глубокую литературу вы читали. (Мне тоже захотелось заплакать от этого списка.) Но не все вяжется с тем, что вы говорили. Значит, так, теперь о том, о чем вы говорили. Поддерживаю, что работа учителя - это национальная безопасность. Согласна, что учителя не боятся никаких экзаменов. Напомню, что в 19 регионах был проведен экзамен среди выпускников на так называемый вход в профессию». Министр разделила подход Клюева «к культурно-нравственному коду нашей страны», пообещала создать национальный рейтинг общего образования. Ежегодные рейтинги Топ-500 и подобные им отменяются?
«Тут Алихан Мавладиевич говорил про совместную деятельность», - напомнила министр. «Например, про сбор металлолома?» - встрял ведущий. «Зря иронизируете. Международные исследования свидетельствуют, что наши дети потеряли возможность работать в команде и радоваться успехам других. Нам надо опять научить страну читать и стать самой читающей в мире».
Закончила свой разговор с призерами Ольга Юрьевна так: «Вот здесь сидят пять призеров. Только одни мужчины. Это их осознанный выбор. И это явление».
Кто-то из организаторов попросил членов Большого жюри собраться на первом этаже. Мол, будет совещание. «Зачем? - прошелестело в толпе. - Мы ведь ведомости уже сдали». Через минут пятнадцать оказалось, что тревога ложная, никто никакого совещания не назначал, а Виктор Антонович Садовничий, главный судья этого конкурса, давно покинул Миусскую площадь.
…Всего два вопроса надо было обсудить на этой встрече: что такое лучшие образовательные системы и как обеспечить равенство доступа к образованию для всех детей нашей огромной и такой разной страны. Ведь именно равенство и доступность - главные факторы качества образования. Но разговор на эту тему не получился.