Нельзя сказать, что не волновался, отправляясь в Америку в качестве няньки, но успокаивал себя присказкой «не боги горшки обжигают». К ветхим старикам себя еще не относил и надеялся обучиться новому делу без особых проблем, тем более что новорожденная - родная кровинушка. У нас, у русских, издревле не только бабушки, но и дедушки не гнушались качать колыбель. А уж свисток из ветки сделать - за уши не оттянешь…
Первая неделя ушла на взаимное привыкание внучки и деда, а потом мы стали не разлей вода. Замену памперсов и кормление молочной смесью я освоил быстро, а вот с прогулками пришлось немного попыхтеть. Куда кататься, что смотреть, о чем говорить? Нельзя же в самом деле прогуливаться только возле дома, ни с кем и ни о чем не общаясь. Наконец решение было найдено. Два раза в день мы с внучкой Катериной прогуливались до озера и обратно.
Довольно приличных размеров водоем, по которому плавают яхты и катера, находится в городской черте Арлингтона (штат Массачусетс), пригорода Бостона. Тут как раз заканчивается ветка бостонского метро. Но сам город - самостоятельная административная единица со своим мэром, городским советом и прочими муниципальными службами. В Арлингтоне нет ни небоскребов, ни деловых и промышленных зон. Коттеджи в два-три этажа, тихие, утопающие в зелени улицы, приветливые лица редких прохожих, с улыбкой здоровающихся с тобой, словно с близким соседом. Жители не ходят пешком, а предпочитают передвигаться на лимузинах.
На озере было на что смотреть. На берегу паслись дикие гуси, особого внимания на людей они не обращали. Если уж совсем близко подойдешь, они недовольно направляются к воде, а гусак, замыкающий шествие, угрожающе шипит, как домашний, вытягивая шею. Рядом, в двадцати метрах от гусиного пастбища, проходит объездная дорога, по которой мчится нескончаемый поток автомобилей, но гуси не обращают на транспорт никакого внимания. Своеобразный симбиоз природы и цивилизации. На озере можно увидеть немало интересного.
Цапли, важно вышагивая по воде, ловят лягушек, дикие утки что-то ищут в прибрежной траве, лебеди грациозно плавают поодаль от уток, и, конечно, чайки. Изредка попадаются рыбаки. Увидев нас с Катериной, они начинают что-то говорить. Я смущенно развожу руками, мол, по-английски не понимаю. «Рашен, рашен», - говорю я. Рыбаки смеются, с гордостью показывая внучке свой скромный улов. Она тоже смеется, глядя на прыгающих в садке рыбок.
Вообще американцы по-особому трогательно относятся к детям. Однажды утром в нашем доме зазвенел звонок. На крыльце стоял здоровенный полицейский. Он о чем-то сурово спросил меня, но я ничего не понял и жестом пригласил его войти. Перешагнув порог и увидев на диване Катерину, тот сразу расцвел. Весь его официоз моментально улетучился. Полицейский на глазах превратился в доброго дядюшку.
С представителем правопорядка побеседовала по телефону невестка и мне потом объяснила, что тот хочет взглянуть на двор дома, на веранду. Полицейский произвел осмотр и ушел, особенно ласково попрощавшись с Катериной. Это был единичный визит. В соседнем с нами доме жила американская семья, в которой тоже рос малыш, одногодок моей внучки. Когда Дилану исполнился год (по американским меркам большое событие), его отец поставил перед домом флагшток с государственным флагом и висящими по обе стороны от него тоже на флагштоках воздушными шариками. На торжество прибыли чуть ли не полгорода. Всю улицу заняли блестящие лимузины.
У арлингтонцев трепетное отношение к газонам. Тут явно идет негласное соревнование, у кого газон чище и аккуратнее. Хозяева с удовольствием трудятся перед домом по вечерам и в выходные дни - постригают и поливают траву, устраняют сорняки. У некоторых газоны, словно ковры. Много цветов, все кустарники аккуратно подстрижены. Никаких заборов. Остановись, прохожий, полюбуйся! Что мы с Катериной и делали.
Повсюду - на тротуарах, мостовых, на деревьях - снуют белки. В городе их довольно много, но никто на них никакого внимания не обращает, исключая, конечно, нас с внучкой.
Лужайки возле озера и городские улицы содержатся в должном порядке, это заслуга городских коммунальщиков. Для поддержания чистоты они используют разнообразную технику. Спецмашины не просто подметают мусор, которого, кстати, не так много, они его всасывают. Маневренность этих автомобилей просто завораживает. Они разворачиваются практически на одном месте, лавируя меж авто, которые хозяева оставили на обочинах.
Однажды мне пришлось наблюдать, как быстро и профессионально арлингтонские коммунальщики ликвидировали прорыв водопровода посреди мостовой. ЧП случилось ночью. Техники с самого раннего утра прибыло более чем достаточно. Фрезами вырезали куски асфальта, экскаваторы вычерпывали мокрую землю, погружая ее в кузова самосвалов. Другие машины эффективно откачивали воду. Процесс не прекращался ни на минуту. Когда же многометровый кусок трубы заменили, дела пошли в обратном порядке. Засыпав траншею песком, к обеду уложили первый слой покрытия. Уже к вечеру следующего дня легковушки помчались по этой дороге.
Одно из самых красивых зданий в Арлингтоне - библиотека. Она расположена в четырехэтажном здании классического стиля. Литература самая разнообразная - от научной до развлекательной. В библиотеке работает лифт, рассчитанный на 20 человек. Он двигается абсолютно бесшумно, ведь библиотека не дискотека. Книги выдают через компьютер сроком на три недели. Читателей там всегда немало.
На третьем этаже нашел свое место русский отдел. За три месяца я прочитал романы Акунина, Аксенова, Битова, Брауна, мемуары Рязанова, четырехтомник Довлатова и некоторые другие книги, до которых в России руки не доходили. Еще в библиотеке имеется китайский отдел, книголюбы отмечают, что он богаче русского. Китайцев в Арлингтоне тоже хватает.
Предвижу вопрос: а когда ты находил время для чтения? Отвечаю: когда внучка спала во время прогулок. Когда Катерина сладко подремывала в коляске, я возвращался к дому и выносил книгу. Коляску ставил так, чтобы солнце не светило в лицо малышки, а сам читал. Наконец она просыпалась и, увидев меня, улыбалась. И я в ответ улыбался. В Америку я привез два приличных тома Корнея Чуковского и Агнии Барто, чтобы читать внучке, и не прогадал. Катерина начала разговаривать раньше сверстников. Спустя 10 лет ее русский язык почти безупречен.
Нам с внучкой нравилось прогуливаться мимо начальной школы, находившейся неподалеку от нашего дома. При школе есть большой спортивный комплекс, оборудованный всевозможными турниками, рукоходами, пластмассовыми горками, где за гвоздь уж точно не зацепишься и штаны не порвешь. Баскетбольная и бейсбольная площадки, футбольное поле - все эти сооружения используются детворой с утра до вечера. По вечерам возле бейсбольной площадки кучкуются взрослые, болеющие за своих детей и внуков. Бейсбол довольно популярная игра у американцев.
Сама начальная школа из двух примыкающих друг к другу трехэтажных зданий построена на деньги одного из богачей - Джона Бишопа, о чем свидетельствует мемориальная доска, установленная рядом. Он же выкупил рядом земельный участок и передал его школе под спортивный комплекс. Кстати, строительство учебных заведений в США нередко осуществляется на средства частных лиц.
Мне пришлось побывать в центральном корпусе Бостонского университета. Храм науки с большим вкусом отделан полированным гранитом и мрамором. Все это великолепие оплатили бывшие выпускники университета, ныне преуспевающие граждане.
Так сложились обстоятельства, что мне пришлось слетать в Америку лишь один раз, а вот моя жена Зиля Гибадатовна совершила пять вояжей. Через три года родилась вторая внучка, Соня, и бабушка оказалась вновь востребованной. Когда Соне исполнилось полтора года, то целых 9 месяцев она провела у нас в Железноводске. На обратном пути в Нью-Йорк внучка требовала от бабушки в самолете: «Пошли домой, к деде». Вспоминать о таком довольно приятно, прямо слезы на глазах выступают. Внучки мне часто снятся по ночам. Каждое лето они прилетают к нам на каникулы. Старшей теперь одиннадцать лет, младшей - восьмой годик, и общаемся мы с ними на другом уровне, не менее интересном. Все-таки какое счастливое время - старость!

Железноводск, Ставропольский край