​Против системы

Светлана ЕГОРОВА, пос. Тоншалово, Череповецкий район, Вологодская область, мама девятиклассника:
- Я родительница одного из учеников, который не сдал три экзамена в девятом классе. У меня много негативных эмоций, связанных с ГИА, но сейчас возмущена еще больше, потому как ни учитель физики, ни математики, которые сын не сдал, даже не пригласили его на консультации, а только переживают о собственных аттестациях в предстоящем учебном году.
По-прежнему считаю, что ОГЭ и ЕГЭ - это моральное уничтожение детей и их родителей. Дети в стрессе с самых первых дней учебы в 9‑м классе, давление и гнобление учителями, если плохо написали тестирования, которые были платными дважды в год, затем сбор общих собраний (два девятых класса), на них тоже педагоги устраивают «публичные порки» каждого из детей, особенно позорят перед всеми тех, у кого не очень хорошие результаты. Далее процесс проведения самого экзамена: стресс ребенка с вечера перед экзаменами (бессонная ночь), эти металлоискатели и камеры, которые давят на детей, затем непонятные критерии оценки работы, и даже если ребенок уверен, что написал все верно, стресс и подвешенное состояние в течение 10‑14 дней! Заметила, как дети замыкаются в себе, родители на валидоле. В итоге, если получается несдача, опять истерика, эмоциональный срыв!
Далее может быть апелляция. Это еще более загадочное мероприятие. Мало того что ребенок не может видеть свою работу, если не приедет на конфликтную комиссию (КК), так и на заседании этой самой комиссии отношение и к детям, и к их родителям очень и очень предвзятое. Почему при рассмотрении, например, второй части задания не показывают правильное решение, слышат только мнение эксперта, а на чем оно основано, неизвестно! Почему не показать правильное решение законному представителю ребенка? Почему на работы детей и протоколы решения КК, которые рассматривались без присутствия детей и их законных представителей, наложен гриф «секретно», почему критерии оценки работы у ФИПИ одни, а в результате, оказывается, они перед проверкой каждому эксперту приходят отдельно и совершенно другие? Почему нет третьей инстанции для обжалования решения КК? В результате таких испытаний всех детей причесывают под одну гребенку. А если у ребенка не сданы в основной волне три экзамена или четыре, остается только осень для пересдачи. Это опять почти три месяца на нервах для детей и родителей. Это опять патовая ситуация и взрыв мозга с одним лишь вопросом: куда потом идти выпускнику 9‑го класса учиться?
На словах все просто: осень - положительная сдача экзаменов и далее места, которые остались в училищах. А по факту это сломанная судьба! Над этим не задумывались те, кто придумал эти ГИА? Как дальше жить ребенку, который экзамены не сдал, эти шушукания за спиной... При советской системе образования был контакт «учитель - ученик». Да, было иногда предвзятое отношение к тем, кого «люблю» и кого «не люблю», но было живое общение, и это не очень важно в то время, когда дети толком разговаривать не умеют! А то, что в 10‑е классы берут только тех, кто набрал определенное количество баллов, так это вообще бред! Кто свои силы высоко оценивает, тот пойдет в 10‑й, а кто знает, что не готов идти в институт, так они и всегда шли в ПТУ, а потом сами решали, продолжать учебу в институте или нет.
Чего добились сейчас? Сколько сломанных судеб?! Да, почему осенью, когда детям в 9‑м классе предлагают два экзамена по выбору, из списка убирают многие предметы, ссылаясь на то, что их ведут не предметники, поэтому сдавать их нельзя? Но ведь кто-то курс этого предмета им дает, и отсутствие предметника - это проблема никак не ученика, а директора школы... Очень много вопросов и в десять раз меньше ответов, касающихся ОГЭ и ЕГЭ. Почему мы должны доверять каким-то экспертам, которые считают, что только их мнение верно и никакое больше?
Складывается ощущение, что никому наши дети по большому счету не нужны, даже учителям. Жаль, мы со своими учителями до сих пор общаемся и даже приезжаем в гости!
Проблемы со школой в нашем поселке были и ранее. Мы с боем выбивали школьный автобус на протяжении года, привлекая и телевидение, и председателя Заксобрания области. Тогда директор школы во всеуслышание заявляла, что «дети этих активисток первыми узнают, как идти против системы»…

Апелляции на апелляцию не существует, или Кто проверит эксперта?

Ирина СУРМИНА, мама выпускника 11‑го класса, д. Солманское, Череповецкий район, Вологодская область:
- По профильной математике за вторую часть поставили за все задания по 0 баллов. Хотя 15‑е задание сын решил верно. Мы проверили, проконсультировались с педагогом по математике. Ответ верный, ход решения верный. Поэтому пошли на апелляцию. Далее написали заявление, но самой нашей большой ошибкой было то, что мы не смогли присутствовать на заседании конфликтной комиссии. Дело в том, что она только в Вологде, поэтому обучающиеся со всей области должны приезжать туда независимо от дальности проживания. По завершении заседания сыну позвонили и сказали, что апелляция отклонена.
Потом я сама попросила отправить мне на электронную почту протокол заседания, чтобы мы могли ознакомиться с причинами отклонения. Хотели узнать, почему за верный ответ поставлено ноль баллов. Был отказ. Далее я направила в Вологодское управление образования письмо с просьбой объяснить причины отказа. Только после этого нас в индивидуальном порядке пригласили в Вологду для личного ознакомления с протоколом заседания!
Нам показали работу сына, заключение эксперта, в котором он обнаружил две ошибки в ходе решения. Но они не повлияли на ответ, который был совершенно верный. Показали новые критерии оценивания этого задания, они не совпадали с теми, которые представлены на сайте ФИПИ. По тем критериям можно добавить балл, а по новым - нет. За всё 15‑е задание максимум можно было получить два балла, мы пытались отстоять один балл. Если его перевести, то нам бы увеличили конечное число баллов, и результат ЕГЭ был бы гораздо выше.
Я просила сфотографировать новые критерии, чтобы у нас было доказательство их несовпадения с прошлогодними. Отказали категорически.
Было сказано, что в любом случае, если мы уверены и хотим добиваться увеличения баллов, нужно в обязательном порядке присутствовать на заседании конфликтной комиссии. Это важно отметить и донести до будущих выпускников. Потом ничего ни решить, ни изменить будет уже нельзя, потому как не разработаны шаги по апелляции на апелляцию. Только если писать в Москву, но рассматривать будут в течение месяца. И не было пока такого, чтобы отменили результаты решения конфликтной комиссии. Полагаю, это сделано, чтобы не было вопросов к компетентности проверяющих экспертов. Это огромный минус в данной процедуре.
На «горячей линии» по ЕГЭ тоже ничего не могли нам посоветовать, только в судебном порядке можно оспаривать решения конфликтной комиссии. Если этим заниматься, нам совершенно некогда поступать. Поэтому родители вынуждены смириться, так как документы подаем, эмоциональное состояние на пределе. Мы сделали вывод: на данном этапе проведения апелляции все решения не в пользу обучающихся, а в пользу проверяющих, чтобы не было даже никаких сомнений в их компетентности. А это часто не так!
Считаю, что нужны новые механизмы проведения апелляции. Работу должен проверять не один эксперт, а несколько. А самое главное - процедура должна быть доступной в том месте, где проживают выпускники. А нам сначала вообще было в очень неприятной форме сказано: «Что же вы, мама, не приехали! У нас даже из Великого Устюга люди приехали, а вы из Череповца не удостоились прибыть. А теперь чего ждете?» Только в областном центре организуется данное заседание, таким образом, вынуждают родителей за собственные средства добираться до города. Дорогостоящее это удовольствие получается для выпускников не из центра, а если еще брать не­оплачиваемый отгул, то и того дороже. На днях узнали, что сын все-таки поступил в высшее учебное заведение. Конечно, для нас это радость, но все озвученные здесь вопросы остаются. Может быть, зная о них, родители лучше подготовят себя и детей к сдаче одних из самых важных экзаменов за курс 11‑летнего обучения в школе.