Будущее человечества, разумеется, мрачновато, как того требуют жанр и стилистика неонуара. Государство, возведя в абсолют идею безопасности, установило режим, в котором нет места личной тайне. Каждый гражданин, выходя на улицу, может не сомневаться: над его головой периодически всплывает табличка с персональными данными: имя, возраст, статус и т. д. Конечно, хотелось бы знать, что послужило причиной подобного контроля - теракт, война, бунт оппозиционеров… Но не судьба.
Каждый миг человеческой жизни пишется на некий носитель (опять же сначала нет полной ясности в плане технологии - встроенная ли камера работает, чип или что-то еще?). Люди могут обмениваться файлами («Сбрось мне вон то воспоминание», «Лови фото классной девчонки, которую я встретил в кафе»). Рай для ревнивых жен: «Милый, покажи мне, что ты делал 30 минут назад?», и если благоверный отказывается проецировать в пространстве кадры получасовой давности, то что-то здесь нечисто, есть почва для подозрений в неверности.
Главный герой Сэл Фриланд (Клайв Оуэн) служит в полиции. Странно, конечно, что этот орган еще существует: предполагается, что в стерилизованном мире, где нет никаких тайн, вряд ли кто-то будет совершать преступления. Кто будет рисковать, если, например, после убийства полицейские могут получить доступ ко всей записи погибшего, которая называется «метаданные», посмотреть «кино» в формате «от первого лица» и увидеть лицо злоумышленника?
Есть, конечно, кое-какая работа, но это так, мелочи. Система обеспечила себе спокойствие и стабильность. Сэл периодически прикладывается к рюмке - не только от безделья, но и от горя: несколько лет назад по его вине погиб его сын-подросток. Трагический момент показан настолько клишированно, что практически не вызывает душевного волнения (на мой взгляд, для достижения такого эффекта надо специально постараться).
В один из дней в управление, в котором служит Сэл, поступает информация: застрелен бизнесмен, и (о, ужас!) запись сбоит: в метаданных нет изображения убийцы, видна только жертва. Этого, по логике, быть не должно, ведь невозможно смотреть на себя со стороны собственными глазами. «Это взлом, но разве человека можно взломать?» - недоумевают полицейские, отсылая нас к последнему роману Виктора Пелевина, в котором люди как программы, а программы, напротив, как люди. Одно преступление, второе, третье…
Безупречной прозрачности всех и вся угрожает опасность. Сэл приступает к расследованию, которое дарит ему много открытий чудных. Одно из них - оказывается, файлы в его или чьей-то голове можно легко уничтожать либо монтировать. С этим легко справится, например, барышня-хакер высокой квалификации (Аманда Сейфрид) по имени Анон, которая сама перемещается по городу инкогнито, без таблички. Она в два счета заменит эпизод «Утехи с девушкой по вызову» на мини-фильм «Вечер в одиночестве у камина». Подозрительные дамы, плачьте от горя, любвеобильные господа, ликуйте! Однако полицейское управление в ярости: аноним - злейший враг системы, найти и обезвредить!
Казалось бы, многообещающе и интригующе. Вроде бы велики шансы у зрителя прилипнуть к экрану и забыть о времени. Но нет. Сюжет движется вяло, пробуксовывает (тем удивительнее стремительная развязка). Герои совершают порой немотивированные поступки и раздражают своей «картонностью» (впрочем, может, эта плоскость личности действительно наше будущее?).
Зато очень много вопросов. Как так получается, что воспоминания остаются даже при стертой картинке? Почему Анон меняет зрительное восприятие Сэла? Какую цель преследует так называемый засланный казачок? Ответы зрители, по-видимому, должны придумать сами.
Финал навевает мысли, сходные с теми, что возникают в ходе просмотра третьей части «Матрицы»: «Это я тугодум или на самом деле мало что понятно?» Последний диалог героев с претензией на многозначительность на деле поток банальностей, сдобренных парадоксами.
Из достоинств фильма: очень стильно, красиво, видеоряд благодаря стараниям оператора Амира М. Мокри на высоте. И вот эта фраза, брошенная комиссаром полицейского управления: «Преступление - это не отнимать жизни, а не иметь собственной (то есть быть не считываемым системой. - Ж.И.)…» В ней определенно есть что-то, над чем стоит подумать.