Главный мотив

Приемная семья всегда ассоциируется с семьей полной. С надежным мужчиной в доме, с определенным достатком. У Татьяны Перепелкиной она создавалась совсем не так. Старшая ее дочь рождена в браке, а вот вторую она родила «для себя». Но едва Ольге исполнилось 11 лет, в семье появились еще три девочки. Племянницы Татьяны Георгиевны. Их папа покончил с собой, мать опустилась, запила. Сначала выгнала из дома 15-летнюю Людмилу, потом - 11-летнюю Катю. Татьяна их приютила. А через несколько дней пришла 9-летняя Надя:

- И меня мама прогнала.

- Ну что ж, теперь полный комплект, - улыбнулась Татьяна Георгиевна, - все в порядке, будем жить.

Легко было это сказать. Пособий на девочек никаких. Их пенсии по потере кормильца получала и пропивала родная мать. С ней еще предстояло судиться, чтобы лишить родительских прав. А за окном стояло жуткое время. Все по талонам, проблемой было кусок мыла купить.

- И я вам честно признаюсь. Мною тогда не захлестнувшая великая любовь к племянницам двигала, - говорит Татьяна Георгиевна. - Я решила, что назло ей детей подниму. Вот был главный мотив.

Главный не главный, а хлебнуть довелось с лихвой.

Ольга

Первая беда пришла, откуда Татьяна Георгиевна и не ждала. Взбунтовалась Ольга. Первые дни, с удовольствием поиграв с двоюродными сестрами, дочь вскоре поставила вопрос ребром:

- А что? Они теперь всегда у нас жить будут?

Дрова в огонь активно подкидывали соседи:

- Развели тут детский дом!

Оскорбляли сестер. Накручивали Ольгу. Да так, что девочка на нервной почве слегла в больницу.

У иной бы матери сердце зашлось. Как-никак родная кровинушка. Свалившихся на голову девочек при таких обстоятельствах можно было спокойно отправить в детдом. Никто бы не осудил. Но детдом Татьяна Георгиевна считала мерой неприемлемой.

В конце концов конфликт внутри семьи был сглажен. А с соседями решили просто: переехали из центра на окраину.

Людмила

Меж тем девочки в семью пришли непростые. Проблемы одной Людмилы могли кого угодно свести с ума. Из девятого класса ее отчислили за двойки, не допустив к экзаменам. Еле-еле удалось устроить в центр обучения взрослых. Снова в девятый класс.

А в 18 лет Людмила фактически осталась без средств к существованию. Пенсию по случаю потери кормильца выплачивать перестали. Опекунство в 18 лет по закону кончается. Стипендий в центре обучения взрослых нет.

Людмила замкнулась. Перестала участвовать в семейных разговорах. Кроме того, брал свое возраст. Стало бесить обязательное правило возвращаться домой не позже девяти вечера зимой и десяти часов летом. Попробовала ночевать по подругам.

Хватило Татьяне Георгиевне и бессонных ночей. Бог ли, судьба ли смилостивилась, послав Людмиле хорошего парня.

- Я не возражала против их приходов к нам, - рассказывает Татьяна Георгиевна. - Но настояла, чтобы отношения были зарегистрированы.

Теперь за судьбу Людмилы она спокойна. Работает, растит сына. И словно наверстывает двухлетний пробел общения с тетей Таней, фактически ставшей ей матерью. Не устает благодарить: «Как хорошо, что в свое время меня удержали. А то я бы наломала дров».

Екатерина

Третьей своей победой Татьяна Георгиевна считает успех Екатерины. Она поступила в технический университет. На престижную специальность. В семье такое даже не планировалось.

Татьяну Георгиевну выжили с работы. Сократили. Кому нужны многодетные матери, пусть и с чужими детьми, но с реальными льготами?

Став на учет в центре занятости, Татьяна пошла по городу с «бегунком», собирая отказы. Работы нет.

Однажды за очередным отказом она зашла в техникум. Директор не обошелся простой формальностью. Расспросил. Посочувствовал и неожиданно посоветовал:

- Дайте своим девочкам высшее образование. Сейчас столько льгот для сирот! Кому, как не им, идти в вузы.

А Катя, заканчивавшая школу, училась неплохо. И учиться хотела. После успешной сдачи экзаменов за 11-й класс попросила в подарок... сборник задач по высшей математике.

- Стоил он дорого для нас. Но книгу я купила, - рассказывает Татьяна Георгиевна. - И вот по вечерам вместо сидения у телевизора девочка решала задачи.

Вступительные экзамены сдала не блестяще, но сиротская льгота выручила. И вот она уже студентка четвертого курса. В Академию экономики и права - без всяких льгот - поступила родная дочь Татьяны Ольга.

Надежда

Студенткой стала и Надежда - младшая из племянниц Татьяны Георгиевны. Ребенок, отстававший в развитии...

Надя была незапланированной у своих родителей, а потому сразу ненужной. В назначенное время мать напилась и не пошла на аборт. А потом махнула рукой.

Татьяну Георгиевну чуть ли не год уговаривали отдать Надю либо в коррекционную школу, либо в специальный детдом. Но та уперлась и согласилась лишь на коррекционный класс в обычной школе. И, как показала жизнь, была права.

В тихой домашней обстановке девочка стала учиться. Подтянулась по всем предметам. Теперь в школе даже говорят, что в «коррекционные» дети она, по-видимому, попала случайно.

Но период «ненужности» даром не прошел. Он аукнулся в 16 лет, когда без видимых причин девочка ушла из дома. Искали с милицией.

- Ребенок вбил себе в голову, что никому не нужен. По возвращении мы ночь проплакали с ней на кухне. Не знаю, правильно ли я поступила, рассказав ей историю ее рождения. Но она поняла, откуда исходит такое чувство «ненужности». А может, и я не права в том, что не больно ласкова внешне, - сомневается Татьяна Георгиевна. - Но сюсюкать, целоваться, внешне проявлять свои чувства у нас не принято. Тут меня не переделаешь. Девочки знают, что я за них переживаю, и ладно.

Маленькая женщина

Подняв племянниц, Татьяна могла бы поставить в своих воспитательных обязанностях точку. Но неугомонная женщина, как мы уже обмолвились, взяла на воспитание двоих девочек из детдома. Так примерно три года назад в доме появились две сестрички, Ирина и Настя, до этого жившие в разных детских домах, а потому чужие друг другу.

В квартире заведено дежурство. Старшие девочки по очереди следят за порядком. Обязанность Насти как самой младшей выгуливать колли по имени Деля. Здесь же живут кот Тихон и котенок Кыся.

Я спрашиваю Татьяну Георгиевну:

- Наверное, бывает невыносимо?

- Тогда я беру рюкзак и еду на огород. Знаю, все будет нормально. И сварят, и приберутся, и уроки сделают. Иногда спасает юмор. Когда в сердцах скажу что-нибудь. Грубовато. Но посмеемся - и обстановка разрядится.

И какой вы теперь представляете Татьяну Георгиевну? Гром-бабой?

На самом деле она маленькая женщина, страдающая непростым хроническим заболеванием, второй год на инвалидности.

- Многие удивляются, узнав, что я уже 16 лет мучаюсь бронхиальной астмой. А я и детям говорю: «Старайтесь не показывать чужим свои болячки».

...Меж тем по достижении совершеннолетия детей проблемы в приемных семьях не кончаются. Встает вопрос: как этим детям жить дальше? Где? Но все же, в отличие от выпускников детских домов, им есть куда прийти, у кого спросить совета, да и просто поесть, поспать.

Татьяна Георгиевна такой перспективой не тяготится:

- Дети вернули мне уверенность в себе, ощущение востребованности. Разве это как-то измеришь?

А она стала для них тем надежным плечом, на которое всегда можно опереться. И которое так важно иметь в жизни каждому.

Пермская область