Длиться экзамен на скорость говорения и реакции должен всего 15 минут: каждый надевает наушники с микрофоном и читает вслух текст перед компьютером. Потом отвечает на вопросы, которые задает программа, затем высказывается на заданную программой тему. Сдают четверками - по количеству компьютеров. Остальные в ожидании сидят в соседнем классе под присмотром педагогов. Вставать можно только в туалет, время посещения которого ограниченно - не более 2-3 минут, за чем следит сопровождающий педагог. Вставать, ходить по классу нельзя. Нельзя разговаривать, а также рисовать и писать. Собственно, и нечем - в руках только паспорт, две ручки, пол-литра воды и шоколадка.  
Дело небыстрое - дети приходят из разных школ, в пунктах набирается человек по 70-100. Но 27 мая программа зависала. Каждая четверка проводила на экзамене не 15 минут, как предполагалось, а не менее 40  -  начинали сначала по несколько раз. Делали по несколько заходов, менялись местами. Примерно в 13.00 выяснилось, что программа виснет по всей области. Оставшимся предложили пересдать 25 июня, когда ее отладят. Это значит, что те, кому повезло, отметят выпускной и получат аттестаты, а невезучие даже не будут знать, окончили ли они школу, результаты становятся известны только через 10 дней. 10 июля начинают принимать документы в колледжи, то есть и пересдать у «невезучих» возможностей мало. Только осенью. То бишь останутся на второй год. Впрочем, всем было уже все равно, никто уже не хотел баллов, прождав почти четыре часа без движения. Учителя были сами растеряны, не знали, что делать с детьми, говорили, что такая история даже не по всему городу, а по всей стране - программа не отработана, компьютеры слабые. Вероятно, это правда - мне писали из Томска, из Воронежа...  Дети - дети и не знают, что должно быть по-другому. А родители в большинстве своем молчат.
Это понятно. ОГЭ и ЕГЭ в нашей стране наглядно демонстрируют, что все   от мала до велика под колпаком. Контролируют ход экзаменов более 40 тысяч общественных наблюдателей, задействованы более 200 тысяч организаторов по всей стране. Ведутся видеонаблюдение и прямая трансляция. Печать и комплектование экзаменационных материалов осуществляются в типографии, тщательно защищенной от несанкционированного доступа, оборудованной круглосуточным видеонаблюдением, системой подавления сотовой связи и беспроводных сетей. Перевозят экзаменационные материалы под охраной Главного центра специальной связи, как особо секретный груз.
В Омской области открыты 64 пункта проведения экзаменов, контролируют которые федеральный инспектор, общественные наблюдатели, сотрудники регионального Департамента по надзору и контролю в сфере образования. Видеонаблюдения нет только в одном пункте - в селе Алексеевское Горьковского района. Сдачу экзаменов и проверку работ снимают около 2 тысяч web-камер. Задействована почти тысяча программно-аппаратных комплексов. Дети проходят осмотр, перед тем как попасть в пункт сдачи, их проверяют металлодетекторами. Полицейские обеспечивают общественный порядок, во всех аудиториях дежурит врач.
Но они, эти дети, умудряются проносить шпаргалки! В Омской области удалили одного «непокорного». Столько денег государство вложило в них, а они неблагодарны. Фонд «Общественное мнение», правда, недавно провел опрос, согласно которому 66% респондентов отрицательно относятся к ЕГЭ. Но более 200 выпускников прошлых лет, набравших 100 баллов, тут же выступили с резкой критикой его результатов, утверждая, что ЕГЭ уравнивает шансы учеников по всей стране поступить в те вузы, в которые они хотят.
Предполагается, что все для счастья народного, даже житель глухой омской деревни может поступить в московский вуз, к примеру. Правда, непонятно, а дальше что? На что он будет жить? На среднюю зарплату родителя-омича в 15 тысяч рублей? Впрочем, хорошо бы сначала дотянуть до конца экзаменов. Пресса перестала «нагнетать» о случаях самоубийства перед или после экзамена. Только по секрету учителя могут рассказать, как вдруг ослеп омский одиннадцатиклассник  от дикого перенапряжения и волнения. Попробуйте сами подвергнуться осмотру и обследованию металлоискателем, даже не сдавая никаких экзаменов.
Есть ведь простой способ решения проблемы, его давно предлагает Олег Смолин, член фракции КПРФ, первый заместитель председателя Комитета по образованию ГД РФ: сделать ЕГЭ и ОГЭ добровольными. Дать детям выбор! Ведь борьба за его чистоту - это уже война с детьми, а не с коррупцией. Почему из всех воспитательных мер наши руководители предпочитают именно эту? Дети опаснее преступников? Во всяком случае, государство их в этом неустанно подозревает, иначе зачем столь кардинальные меры с юными шпаргальщиками и с сочувствующими им педагогами?

Нельзя разговаривать, а также рисовать и писать. Собственно, и нечем - в руках только паспорт, две ручки, пол-литра воды и шоколадка.

В Омской области открыты 64 пункта проведения экзаменов, контролируют которые федеральный инспектор, общественные наблюдатели, сотрудники регионального Департамента по надзору и контролю в сфере образования. Видеонаблюдения нет только в одном пункте - в селе Алексеевское Горьковского района.

Омск