Пока еще не партия...

По данным МВД в России около 20000 экстремистов. А Московское бюро по правам человека считает, что экстремистские организации в стране насчитывают около 50000 человек. Хотя объективно оценить экстремистские, националистические настроения сложно, многие исследователи уверены, что их кривая неуклонно ползет наверх.

Конечно, ксенофобия - свойство любого общества, особенно в странах с низким уровнем жизни, большим количеством социально пассивных людей, неэффективной системой воспитания подрастающего поколения. В такой ситуации молодежь неизбежно начинает искать врага. Самый простой и удобный путь - по национальному признаку. На этой почве легко формируются националистические субкультуры, например скинхеды.

Этим недугом в той или иной форме «больны» практически все страны. Даже в благополучных Англии и Германии движение скинов весьма популярно. Да и успехи ультраправых в либеральной Европе говорят сами за себя. Что уж говорить о России с ее проблемами терроризма, Чечни, низким уровнем жизни и неэффективной системой воспитания. К тому же кое-кто из наших политиков использует националистические лозунги.

«Существующее в России движение скинхедов в своей массе не имеет общего руководства и не структурировано, - считает глава МВД Рашид Нургалиев. - Однако когда члены группировок попадают под влияние сильного лидера, они становятся легкоуправляемыми».

Единого движения фашиствующих молодчиков у нас, слава Богу, не существует. Скинхеды - весьма условное обозначение субкультуры националистически настроенной молодежи. По мнению эксперта по экстремистским, националистическим движениям, автора книги «Нацизм в России» Вячеслава Лихачева, «основная масса скинхедов - слабо организованные небольшие группы в 15-20 человек, которые быстро формируются по месту учебы или жительства и быстро распадаются. И это нормальный механизм функционирования молодежной субкультуры». «Образно он представляет собой расходящиеся концентрические круги - чем дальше от центра, тем круг шире, - считает эксперт. - Те, кто находится на их периферии, имеют очень смутное представление о движении скинхедов. Их идея состоит в том, что надо кого-то бить».

Нетрудно предположить, что наши доморощенные бритоголовые - агрессивное проявление общего и политического бескультурья, специфическая реакция на остроту социальных проблем. Скины - не партия, не клуб по интересам, не организованная преступная группировка. У небольших групп бритоголовых нет общего лидера, они не общаются между собой. Это молодежная субкультура, разбросанная по подъездам многоэтажных микрорайонов. Сегодня они бреют голову и называют себя скинхедами, завтра надевают шарфы болельщиков, примеряют на себя разные формы ксенофобии.

В то же время есть серьезные группировки скинхедов численностью порядка сотни человек. Борьбу с ними должны вести ФСБ, Генпрокуратура, МВД. И они способны добиваться своего.

Что может закон?

Один из «оперов» на вопрос об успехах на поприще борьбы с экстремизмом с грустью констатировал: «Да какие успехи? Вот вы (журналисты. - Прим. авт.) нам постоянно тычете, что, дескать, если и удается задержать тех, кто избил иностранца или нерусского, то он отделывается максимум условным сроком с формулировкой «хулиганство». А попробуй докажи, что это была именно экстремистская выходка! Да. У нас есть статья «за разжигание межнациональной розни», но, чтобы ее «впаять» этому бритоголовому уроду, нам нужно, чтобы он сам взял и сказал: «Да. Я ненавижу нерусских. И избивал их именно потому, что они не славяне». Или что-то в этом роде».

Объясняя трудности противодействия экстремистским выходкам молодежи, милиционеры ссылаются и на утраченные за последние десятилетия механизмы профилактики подростковой преступности. Но эксперты не разделяют этого пессимизма уверены, что многое зависит от работающих «на земле» милиционеров, постовых, участковых. По их мнению, проблема в либеральном отношении к скинхедам.

У МВД есть законные методы борьбы. «В МУРе существует отдел, который занимается непосредственно экстремизмом, - говорят в ГУВД Москвы. - В обязанности сотрудников этого отдела входит выявление людей, которые являются организаторами либо участниками экстремистских действий. Такой человек автоматически ставится на заметку, определяется круг его знакомств, и, если он попадает в поле зрения правоохранительных органов, мы в состоянии предугадать возможную последовательность его действий. А значит - противостоять тем или иным противоправным действиям».

Милиция сумела обуздать футбольных фанатов. В Москве ее сотрудники научились предотвращать их столкновения во время матчей. Как рассказал временно исполняющий обязанности начальника отдела Управления информации и общественных связей ГУВД Москвы Павел Климовский, значительно увеличилось число милиционеров, следящих за порядком. Во время матчей на стадионах обязательно присутствуют сотрудники отдела МУРа, отвечающие за борьбу с экстремизмом. Все футбольные матчи записывают на видеопленку. Если кто-то из «подопечных» МУРа оказывается на трибунах, на нем акцентируется внимание с целью своевременного реагирования на возможные провокации с его стороны. Как? К примеру, на стадионе «Локомотив» установлены 20 видеокамер, направленных на болельщиков. Все их действия записывают 4 видеомагнитофона. При необходимости изображение детализируется настолько, что можно разглядеть, что находится в руках или под креслом того или иного человека. Результат - побоищ на стадионах нет.

В то же время порой органы снисходительны к некоторым известным фигурам националистов. Можно вспомнить лидеров Народной национальной партии, активно работающей со скинами. Она сложилась во второй половине 1994 г. по инициативе кинорежиссера Александра Иванова-Сухаревского. Арестованный в феврале 1999 г. по обвинению в разжигании национальной вражды, он оказался в одной камере с лидером скин-группы «Русская цель» Семеном Токмаковым. Тот сел за избиение на «Горбушке» темнокожего охранника американского посольства.

Несмотря на обвинительный приговор после полутора лет предварительного заключения Токмакова освободили. Обвинение по 282-й статье УК было снято, хотя на первом же допросе Токмаков изложил следователю свою идеологию. А спустя полгода Токмаков участвовал в крупной потасовке на Дмитровском шоссе, во время которой избили сотрудников милиции. Но его отпустили.

Иванов тоже отделался легким испугом. Его отпустили из-под стражи, затем Мосгорсуд приговорил к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком в течение трех лет, при этом еще и амнистировал Иванова.

Правда, активность ННП и ориентированных на нее скинов заметно упала, что связывают с кризисом в партии в связи с терактом 3 октября 2003 г. в штаб-квартире ННП - взрывом, в результате которого был серьезно ранен Иванов-Сухаревский.

От хулиганства

к политике

К счастью, уже нет и таких массовых акций, как погром в Царицыне. С началом кампании против скинов бритоголовые ушли в подполье. О своем роспуске заявила самая известная из группировок «Объединенные бригады 88».

Впрочем, любая кампания временна. Про скинов начали забывать, и они возвращаются. Об этом свидетельствуют осенние происшествия и преступления. И снова по поводу одного из них довелось услышать: это дело рук хулиганствующих подростков, а не экстремистов. Но показания свидетелей и выживших потерпевших говорят обратное. Избиения нерусских граждан сопровождались лозунгами типа: «Россия - для русских! Москва - для москвичей!».

Рост межнациональной напряженности эксперты связывают и с событиями в Беслане. По свидетельствам очевидцев, 19 сентября большая группа стриженных наголо подростков в черных куртках, узких джинсах и тяжелых ботинках по 5-6 человек вошла в вагон Московского метро на станции «Аэропорт». Когда закрылись двери, они стали искать выходцев с Кавказа. Руководил группой мужчина лет 30, который, дав указания подельникам, заявил пассажирам о том, что они продемонстрируют, как надо обращаться с «чурками». После чего началось избиение таджика и двух азербайджанцев со словами: «Вот вам за теракты..!»

Прискорбно, что милиционеры, дежурившие на станции, не заметили организованную группу из двух десятков бритоголовых в характерной одежде скинов, которая беспрепятственно пронесла в метро кастеты, цепи и прочие атрибуты устрашения.

Специалисты отмечают, что за последний год движение скинхедов претерпело серьезную деформацию. По мнению социолога Александра Тарасова, «новые скин-группировки не только и не столько субкультурное явление - это уже политические организации». По этому поводу пора бить тревогу.

Пусть никого не убаюкивает то, что эти «новые скины» не выходят на выборы. Пока! С годами из них может сформироваться устойчивый радикально, националистически, экстремистски настроенный электорат, который приведет во власть своих избранников.

Не стоит успокаивать себя тем, что у нас, мол, история сформировала иммунитет от фашизма, для него нет широкой социальной базы. Даже отнюдь не массовые группировки экстремистов в моменты нестабильности в обществе могут взять на себя радикальную, роковую роль в широкомасштабных политических игрищах.

Разумеется, главное лекарство от экстремизма - повышение уровня жизни и культуры населения, эффективности воспитания и развитие системы образования, планомерное формирование толерантности. Именно этим, а не только битьем «по хвостам» после очередного преступления должны целеустремленно заниматься государство и общественные силы.