«Байкал-79»

25 декабря 1979 г. в районе Термеза два понтонно-мостовых полка навели мост через Амударью. В 12.00 в войска поступила директива министра обороны СССР Д.Ф. Устинова: переход и перелет госграницы Демократической Республики Афганистан (ДРА) войскам 40-й армии и авиации ВВС начать 25 декабря в 15.00 по московскому времени. Многие афганцы встречали советских солдат цветами, но были и нападения мятежников.

27 декабря в Кабуле спецназ и десантники провели операцию «Байкал-79» по отстранению от власти генсека ЦК НДПА, председателя Ревсовета ДРА, премьер-министра страны Хафизуллы Амина. План, разработанный Минобороны и КГБ, предусматривал захват 17 важнейших объектов, в том числе дворца Тадж-Бек, зданий ЦК НДПА, минобороны, МВД (царандоя), МИДа и министерства связи, генерального и других штабов, военной контрразведки (КАМ), тюрьмы политзаключенных в Пули-Чархи, радио- и телецентра, почты и телеграфа, а также блокирование афганских воинских частей в столице.

К началу операции в Кабуле были спецподразделения КГБ «Гром» («Альфа») - более 30 человек, «Зенит» - 150 человек, рота пограничников - 50 человек, силы Минобороны - 103-я воздушно-десантная дивизия, 154-й отряд спецназа Главного разведуправления Генштаба («мусульманский» батальон), подразделения 345-го отдельного парашютно-десантного полка, военные советники (в общей сложности около 10 тысяч человек).

Амин, ничего не подозревая, находился в эйфории оттого, что добился своей цели - советские войска вошли в Афганистан. Он собрал гостей на пышный обед. Формальный повод - годовщина образования НДПА и возвращение из Москвы секретаря ЦК НДПА Панджшери. Тот заверил: советское руководство удовлетворено версией смерти бывшего генсека ЦК НДПА, председателя Ревсовета Тараки и сменой лидера страны, окажет военную помощь.

Амин, несмотря на то, что в сентябре обманул Генсека ЦК КПСС Л. Брежнева и председателя КГБ Ю. Андропова (обещал сохранить жизнь Тараки, когда тот уже был задушен), доверял советским руководителям. Почему? Если не отбрасывать версию его связей с ЦРУ, скорее всего, получал такие инструкции. Или же считал, что победителей не судят... Так или иначе, но он окружил себя советскими военными советниками, консультировался с представителями КГБ и Минобороны СССР, полностью доверял лишь советским врачам и надеялся на наши войска. Не доверял же парчамистам (крыло НДПА), ждал нападения от них и от моджахедов.

На приеме Амин торжественно говорил присутствующим: «Советские дивизии уже на пути сюда. Десантники высаживаются в Кабуле. Все идет прекрасно. Я постоянно связываюсь по телефону с товарищем Громыко (глава МИД СССР - Прим. ред.), и мы сообща обсуждаем, как лучше сформулировать для мира информацию об оказании советской военной помощи».

В полдень Амин должен был по афганскому телевидению заявить, что советские войска вошли в Афганистан по просьбе правительства ДРА. Но текст заявления из посольства СССР привезли слишком поздно, поэтому решили отобедать, а потом дать выступление Амина по телевидению. Да только этому помешала акция КГБ. Рассчитывали, что средство, добавленное в еду Амина и гостей, начнет действовать через 4 - 6 часов, но оно подействовало почти сразу. Амин не смог сделать заявление, что поставило советское руководство в двусмысленное положение.

Во время обеда Амин, его дети и невестка, многие гости почувствовали себя плохо. Некоторые, в том числе Амин, потеряли сознание. Начали звонить в центральный военный госпиталь и поликлинику советского посольства, вызывать помощь. Во дворец прибыли афганские и советские врачи. Командир группы хирургического усиления госпиталя полковник А. Алексеев, терапевт полковник В. Кузнеченков и другие медики увидели людей в неестественных позах. Некоторые корчились от боли. Определили сразу: массовое отравление. Амин был в коме.

Кузнеченков (позже, во время штурма он был убит) и Алексеев, не зная, что нарушают чьи-то планы, спасли жизнь Амину. Тот, придя в себя, удивленно спросил: «Почему это случилось в моем доме? Кто это сделал? Случайность или диверсия?»

Пришлось срочно менять время начала операции. В 19.15 по радио прозвучал сигнал: «Шторм-333».

Тадж-Бек

В захвате дворца Амина Тадж-Бек участвовали группа «Гром» («Альфа», 24 человека, командир майор М. Романов), группа «Зенит» (КУОС - курсы усовершенствования офицерского состава - 30 человек, командир майор Я. Семенов), «мусульманский» батальон - (520 человек, командир майор Х. Халбаев), 9-я парашютно-десантная рота 345-го полка (87 человек, командир старший лейтенант В. Востротин). Руководили захватом генерал Ю. Дроздов и полковник В. Колесник.

Первыми по дворцу открыли огонь две зенитные самоходные установки ЗСУ-23-4 («Шилки»). Две другие били по расположению пехотного батальона, поддерживая роту десантников. Автоматические гранатометы АГС-17 вели огонь по расположению танкового батальона, не давая экипажам подойти к машинам.

На пяти БМП 3-й роты «мусульманского» батальона старшего лейтенанта В. Шарипова вместе с солдатами разместились несколько подгрупп спецназовцев «Грома». Майор Я. Семенов с группой «Зенит» на четырех БТР должен был выдвинуться к западной части холма, по пешеходной лестнице подняться к торцевой части Тадж-Бека.

В 19.30 в Кабуле прогремели взрывы. Подгруппа «Зенита» во главе с Б. Плешкуновым подорвала «колодец» связи, отключив афганскую столицу от внешнего мира.

Прорывались к Тадж-Беку под ураганным огнем. На штурм пошли спецгруппы КГБ. Основные силы роты В. Шарипова и взвода Р. Турсункулова прикрывали их. Другие подразделения «мусульманского» батальона и рота десантников обеспечивали внешнее кольцо прикрытия, отражая атаки батальонов бригады охраны.

Когда атака захлебнулась, командиры Бояринов, Козлов, Карпухин, Голов первыми пошли на штурм. Командир группы «Зенит» Семенов с бойцами тоже бросился к дворцу, у входа в него встретил группу Романова. Численность штурмовых групп таяла на глазах. Из 30 «зенитовцев» и 22 бойцов «Грома» в Тадж-Бек удалось прорваться не более 35, многие из них были ранены. Этих сил было мало. Полковник Бояринов выскочил из парадного подъезда и стал призывать бойцов «мусульманского» батальона на помощь. В тот момент его настигла пулеметная очередь. Бойцы «мусульманского» батальона ворвались в здание и вступили в бой.

На втором этаже дворца сопротивление возросло до предела. После того как стрельба прекратилась, атакующие узнали в лежащем у стойки бара Амина. Возможно, его настигла пуля спецназовцев или осколок гранаты. Некоторые предполагают, что Амина убили афганцы...

Бой во дворце продолжался 43 минуты. В спецгруппах КГБ погибли 5 человек. Почти все были ранены, но те, кто мог держать оружие, продолжали сражаться. В «мусульманском» батальоне и 9-й парашютно-десантной роте погибли 14 человек, ранено более 50. 23 раненых остались в строю.

Генштаб, телецентр, телеграф...

В тот же день, 27 декабря, десантники 103-й дивизии, 345-го полка, пограничники, бойцы групп КГБ «Зенит» и «Гром» взяли под контроль важные объекты и воинские части в столице.

В 18.50 группа из 14 разведчиков-диверсантов отряда «Зенит» во главе с В. Розиным и двух офицеров-пограничников приехала в афганский генштаб. Вместе с ними был афганец А. Вакиль, одетый в советскую военную форму. Операция проводилась под легендой знакомства командира 103-й воздушно-десантной дивизии генерала И. Рябченко с начальником генштаба Якубом.

Комдив, советник начальника генштаба генерал П. Костенко, генерал А. Власов, полковник Летучий, майор В. Розин и переводчик А. Плиев прошли в кабинет Якуба. Перед входом сдали оружие. Афганцы их обыскали. Офицеры братья Станислав и Павел Лагойские, «зенитовцы» В. Ирванев и И. Васильев остались в коридоре.

Завязалась беседа. Тем временем разведчики-диверсанты рассредоточились на первом и втором этажах, перекрыли большинство находившихся там афганцев, установили контакты с ними.

В 19.30 в городе раздался сильный взрыв. Якуб его услышал, но продолжал разговор. Затем бросился к столу, на котором лежал автомат МГ-5. Майор Розин кинулся наперерез. Завязался рукопашный бой. Якуб был очень силен. В свое время окончил Рязанское воздушно-десантное училище, хорошо говорил по-русски и был большим другом СССР. Розину пришлось бы нелегко, если бы в кабинет не ворвались братья Лагойские, Ирванев, Васильев и несколько афганцев. Переводчик Плиев тоже вступил в схватку. Они вывели из строя радиостанцию, лишив Якуба возможности дать приказ командирам дивизий на начало боевых действий. В перестрелке помощник Якуба был убит, начальник генштаба ранен. Он заполз в комнату отдыха, где находились несколько высокопоставленных афганцев и замминистра внутренних дел. Переводчик Плиев передал требование сдаваться. И они стали выходить с поднятыми руками.

В это время В. Кудрик, В. Стремилов и А. Машков в рукопашной схватке обезоружили часового на первом этаже у входа на узел связи, перерезали телефонные провода и автоматным огнем подавили сопротивление охраны, вывели из строя узел связи. Управление афганскими соединениями и частями в Кабуле было парализовано, что во многом обеспечило успех операции. На втором этаже схватка была ожесточенной.

Позже в кабинет начальника генштаба явился А. Вакиль. Он что-то долго говорил на пушту раненому Якубу, затем застрелил его.

Когда перестрелка стала стихать, к зданию генштаба на БМД выдвинулся батальон десантников 350-го полка во главе с комполка подполковником Г.И. Шпаком. Они открыли шквальный огонь по окнам. Генерал Рябченко приказал одному из офицеров срочно связаться с ними. В здание прибыли связисты, комдив взял управление на себя. Десантники быстро подавили оставшиеся очаги сопротивления. Афганцы потеряли 20 человек, больше сотни были пленены. В штурмовой группе 2 человека были легко ранены.

Радио- и телецентр захватила разведрота 345-го отдельного парашютно-десантного полка (командир старший лейтенант А. Попов), усиленная ЗУ-23 и 9 «зенитовцами» (старший группы майор А Рябинин). Вместе с ними действовал афганец А. Ватанджар. Около 19.30 десантники с двух сторон ворвались на территорию, смяв ворота и расстреляв часовых. Три танка и одну БМП уничтожили из ручных противотанковых гранатометов «Муха». Танк возле КПП захватили. Группа «зенитовцев» ворвалась в здания.

Бой продолжался около 40 минут. Большую помощь оказал Ватанджар. Благодаря ему экипажи семи танков, трех БМП и бойцы охраны сдались в плен. Было пленено 106 человек, убито 7, ранено 29. С нашей стороны был ранен в ноги один солдат.

Ватанджар вместе с афганскими специалистами организовал передачу в эфир обращения Кармаля и ряда заявлений нового правительства.

Взвод десантников, 9 «зенитовцев» во главе с майором А. Пунтусом и 2 бойца «Альфы» в 20.20 подъехали к зданию центрального телеграфа. Мирно проникнуть в здание не удалось. Был получен приказ захватить его. В 21.00 БТР сбил ворота, въехал во двор и огнем нейтрализовал охрану. Бойцы ворвались в здание и овладели им. Операция заняла 20 минут.

В 19.30 два взвода десантников, 14 «зенитовцев», возглавляемых Ю. Мельником, и два сотрудника «Альфы» приступили к захвату здания МВД (царандоя). Подъехав на трех открытых грузовиках, остановились у КПП и дали залп из семи ручных гранатометов «Муха». Это вызвало замешательство охраны, насчитывавшей около 350 солдат и офицеров, чем воспользовались десантники для быстрого броска к зданию. Группа быстро выбила охрану с первого этажа и за 15 минут заняла остальные этажи.

Старший советник МВД Косоговский приказал арестовать министра внутренних дел А. Паймана, но его в здании не оказалось. Позже тот в нижнем белье прибежал к месту проживания советских советников МВД. Утром следующего дня генерал Б. Иванов предложил ему написать обращение к афганскому народу о сохранении спокойствия и порядка в стране. В 14.00 28 декабря его передали по радио.

Штаб центрального армейского корпуса (ЦАК) и его охрана располагались в комплексе зданий Дома народов. Там было более 1000 человек с артиллерией, бронетранспортерами и стрелковым вооружением. На захват выделили роту десантников, 6 «зенитовцев» и 6 военных советников. Первая подгруппа взяла под контроль казарму и орудия зенитного дивизиона, артиллерийский парк и казармы батальона связи. Командир подгруппы сообщил старшему афганскому офицеру, что Амин свергнут, к власти пришло демократическое правительство, по просьбе которого советские войска оказывают помощь в поддержании порядка в Кабуле, и потребовал прекратить кровопролитие. Афганец принял условия и с начальником штаба батальона организовал их выполнение.

Другую подгруппу при въезде на территорию штаба корпуса встретили огнем. Десантники и «зенитовцы» открыли ответный огонь и быстро подавили сопротивление. Командир группы вызвал офицера штаба, поздравил его с победой демократических сил Афганистана, потребовал разоружить роту охраны и офицеров штаба корпуса.

Один из афганцев сообщил, что командир корпуса М. Дуст с охраной укрылся в одной из комнат штаба. Когда штурмовая группа предложила Дусту сдаться, афганцы ответили огнем. Группа подавила сопротивление и взяла в плен личный состав штаба за исключением комкора и его охранников, которые по крышам ушли на территорию военного издательства. С рассветом задержали афганского солдата, сообщившего, что Дуст скрывается там. Командир группы, объяснив ситуацию в стране, предложил солдату передать комкору требование сдаться. Дуст сложил оружие. Командир группы вместе с военными советниками использовал комкора для отдачи приказов соединениям и частям ЦАК о признании нового правительства и прекращении сопротивления.

К утру 28 декабря штаб охраняли совместные советско-афганские посты. Он нормально функционировал, получая значимую информацию, которую передавали руководству операцией.

Для захвата комплекса зданий афганской службы безопасности (КАМ) выделили 2 взвода десантников, 12 военных советников и 6 «зенитовцев» во главе с Р. Шафигулиным. У них было 3 БМД, 2 автомобиля ГАЗ-66 и 2 зенитные установки. Перед операцией заместитель руководителя представительства КГБ полковник В. Чучукин с заместителем начальника службы безопасности Юсуфом прибыл в здание КАМ и провел беседу с афганцами. Поэтому сопротивления никто не оказал.

Генерал Б. Иванов, прибыв туда, обратил внимание на то, что здание МИД ДРА по соседству находится под охраной сторонников Амина, и приказал захватить его. Совместно с афганцами бойцы без труда разоружили охранников здания МИДа, взяв его под охрану.

Захват остальных объектов в Кабуле - почты (старший группы В. Овсянников), тюрьмы в Пули-Чархи (старший группы Ф. Коробейников), расположений воинских частей потребовал максимального напряжения сил. Большие трудности возникли и на аэродроме в Баграме. Бой длился несколько часов. Десантники потеряли там 15 человек.

Вечером 27 декабря на связь с находившимся в Баграме в расположении 345-го полка под охраной сотрудников КГБ Б. Кармалем вышел Андропов. От себя и Брежнева поздравил его с победой второго этапа революции и назначением председателем Ревсовета ДРА.

* * *

Радиостанция Кабула передала сообщение, что по решению революционного трибунала предатель Амин приговорен к смертной казни, приговор приведен в исполнение. В 2 часа ночи 28 декабря передали записанное на пленку обращение Кармаля к народам Афганистана. В нем были слова, справедливость которых несомненна: «Сегодня сломана машина пыток Амина и его приспешников, диких палачей, узурпаторов и убийц десятков тысяч наших соотечественников - отцов, матерей, сестер, братьев, сыновей и дочерей, детей и стариков...» Но время показало: новый режим мало отличался от предыдущего.

Около 400 сотрудников КГБ наградили орденами и медалями. Героями Советского Союза стали Г. Бояринов (посмертно), В. Карпухин,

Э. Козлов, В. Колесник. Получили награды около 300 офицеров и солдат «мусульманского» батальона и парашютно-десантной роты.

Наши солдаты и офицеры искренне верили в справедливость своей миссии, в то, что помогают афганскому народу избавиться от тирании Амина и, выполнив интернациональный долг, скоро вернутся на Родину. Так, генерал Н. Гуськов, поздравляя солдат с Новым 1980-м годом, говорил: через неделю-другую домой!

Но в Афганистане не просто произошел очередной государственный переворот. Было положено начало резкой активизации гражданской войны, открыта трагическая страница истории...