В детстве я мечтал осуществить кругосветное путешествие. С возрастом мечта не угасла - ее угольки продолжали теплиться под пеплом суетной обыденности и ее привычек принимать несбывшееся как предопределенность, реальность, от которой никуда не деться. Во время путешествий, благодаря которым все-таки удавалось рвать путы судьбы и выламываться из этой реальности, приходило понимание, что из благоденствия и уюта не проистекает ничего необычного и удивительного. Только в азарте поиска, в творческом порыве, на жизненном изломе происходят всякие чудесные вещи. Всего этого в достатке, когда преодолеваешь большие расстояния. Дорога всегда беспокойна и азартна, она «взрывоопасна» приключениями, полна неожиданностей и авральных ситуаций, которые и рождают дива. В кругосветье (так раньше называли весь белый свет) всего этого в достатке. При одном условии: если твоя дорога от порога захватит как можно больший круг. В идеале - обогнет весь земной шар.
Я уверен, что тот, кто посвятил свою жизнь путешествиям по дальним землям и странам, будет всегда мечтать о кругосветке. Науки о путешествиях не существует, однако если б можно было присваивать путникам ученые степени, то путешественник, скажем, пешком обогнувший земной шар или совершивший кругосветное плавание, вполне заслуживал бы звания академика. В этой академической лиге десятки имен. Среди них и мой земляк Федор Конюхов. И до Магеллана, и после него история, пожалуй, не знает подобных «одчаюк» - так в казацкие времена называли отчаянных молодцев, которые славились своей бесшабашностью и упорством в достижении цели. Из года в год Конюхов наматывает круги, опоясывая планету. Последний раз он это проделал на воздушном шаре.
Дальше, выше, быстрее - страницы рекордов человечества полны самых невероятных драматических сюжетов, удивительных историй и чудесных перевоплощений. У каждой кругосветки своя тайна, интрига, страсть, в конце концов своя путеводная звезда и свой вызов судьбе. Куда плыл, к чему стремился Магеллан? Не было ни карт, ни точных координат, ни привязки к земным маякам. Только свет бесконечно далеких звезд, мерцание галактик на обочинах Млечного пути, которые впоследствии назовут Магеллановыми облаками. Пират Френсис Дрейк не мечтал о славе первооткрывателя новых земель, но он был властной, честолюбивой и авантюрной особой. Его кругосветка - это многочисленные пиратские набеги. В результате он привез добычи в два раза больше годового дохода короны. За это был обласкан королевой. Плюс благодарность и даже низкий поклон от славянских земледельцев, которых он облагодетельствовал «вторым хлебом» - картофелем. Француженка Жанна Баре была первой женщиной, которая обогнула планету. Для этого ей, правда, пришлось переодеться мужчиной. Увы, Домострой диктовал свои правила общежития не только в славянских землях. Кстати, первое кругосветное путешествие на автомобиле совершила тоже женщина - немецкая гонщица Клэренор Стиннес.
Что движет человеком, решившим обогнуть земной шар? Стремление максимально себя реализовать, расширив свой кругозор до границ земного круга, максимально наполнить его впечатлениями, чувствами и делами. А может, даже вырваться за его пределы. Своя судьба и свой земной круг у каждого.
С островом мне очень повезло. Посредине реки в моем родном Запорожье на двенадцать километров в длину и четыре в ширину протянулась древняя, природой и мифами взлелеянная, уникальная островная земля. В русле Днепра нет острова, равного моей родной Хортице ни по величине, ни по красоте, ни по ценности природных и исторических памятников. Вот однажды и подумалось: если я обогну эту легендарную землю, то совершу некий символический акт. Малую кругосветку. Пусть это всего лишь игра. Но, однако, и не пустая забава.
В начале XX века российский спортсмен Онисим Панкратов осуществил первое в истории кругосветное путешествие на велосипеде. Крестьяне, с которыми он встречался по пути, относились к нему, как к черту на адской колеснице. Уже в наше постсоветское время Петр Плонин и Николай Давидовский на владимирских тяжеловозах, запряженных в кибитку, совершили первую конную кругосветку. Всему миру известен подвиг Юрия Гагарина, который сделал виток вокруг Земли на космическом корабле. В Книгу рекордов Гиннесса попал и Валерий Шанин - совершил кругосветное путешествие автостопом чуть ли не в прямом смысле с копейкой в кармане. Свои похождения он описал в книге «Вокруг света за 280 долларов». Харьковчанин Владимир Лысенко за 268 ходовых дней совершил многоэтапное кругосветное путешествие по экватору с отклонением от него не более 2 градусов. Этот кольцевой маршрут он преодолевал на судне, моторной лодке, яхте, надувном парусном катамаране, автомашине, пешком, на велосипеде, каноэ и каяке.
По примеру своего земляка для хортицкой кругосветки я выбрал простое и доступное плавательное средство - каноэ (от испанского canoa - «челн», заимствование из языка карибских индейцев). Это после плота, пожалуй, самый древний водный транспорт. Когда-то его выдалбливали из цельного бревна или, используя каркас из ветвей, обшивали корой (чаще всего березовой) или кожей. Современные туристические и спортивные каноэ делают из фанеры, алюминия, пластика. Легкие и прочные суденышки, гребля в которых осуществляется однолопастным веслом, завоевали популярность во всем мире.
Нас в каноэ трое, не считая снаряжения. Для однодневного похода его немного. Тем не менее мы были настроены на кругосветку и соответственно готовились к ней не как к прогулке, а как к серьезной экспедиции. Стартовали от центрального пляжа. Женщины вверх чепчики не бросали, букетами нас не засыпали, тем не менее без участия родной прессы не обошлось. Все ж таки кругосветка - событие для города неординарное.
Попрощавшись с земляками, двинулись вверх по Днепру, по его широкому новому руслу. Начало июля: от воды, светлая поверхность которой чудно поблескивает в лучах восходящего солнца, и зелено-желтых берегов льются и льются запахи. День будет ясным и тихим, а марш его длинным и жарким. Двое впереди, меняя время от времени руки, загребают то с левого, то с правого борта, третий на корме рулит. Суденышко скользит по днепровским водам, обгоняя парусники и даже моторки. Жизнь на левом пляжном городском берегу пенится и брызжет, переливаясь через край, островное правобережье зелено и молчаливо. Там тоже жизнь. Но своя, природная, во многом скрытная, не напоказ.
Поразвлекавшись игрой с эхом под сводами бетонного моста Преображенского и восхитившись (скорее, правда, предвосхитившись) будущей монументальностью нового мостового перехода, мы, без особого напряга преодолевая встречное течение, поднялись вверх до трех скалистых островков, известных как Три Столба. Один из путешественников прошлого назвал их Геркулесовыми Столбами, связав Днепр и Хортицу с легендарным греческим героем. От Хортицы до Гибралтара, где высятся свои Геркулесовы Столбы, тысячи километров. Однако невольно в этот июльский день эти две точки на карте стали одной вехой на великом кругосветном пути.
Большие и малые острова, окружающие Хортицу, сегодня вотчина пернатых. Тут настоящая Арктика (и туда заносит воображение, тем более камни, как снегом, покрыты белесым пометом) и ее знаменитые птичьи базары. При нашем появлении бакланы, серебристые чайки, речные крачки, кулики с клекотом, истошными криками и визгами разлетаются в разные стороны. По камням неуклюже прыгают птенцы, некоторые скатываются в воду и в поисках убежища мечутся между камней. Здесь среди скал и птиц контраст между дикой природой и тем, что сотворил человек, отчетлив и разителен. Живые трепещущие пернатые комочки на фоне наших индустриальных монстров выглядят беспомощными и беззащитными. Как и сама жизнь на планете. Между прочим, путешествие на легком и бесшумном каноэ позволяет близко подобраться к нашим братьям меньшим, понаблюдать за их образом жизни и повадками. Ну и, конечно, представить себя в диком краю, среди непуганой природы.
Течение подхватило наш челн и понесло вниз на юг по руслу Старого Днепра. Название, конечно, условное. И в Новом, и в Старом Днепре вода одинаковая - всегда другая, всегда новая. Говорят, что нельзя дважды вступить в одну и ту же реку, но я постоянно это делаю. Тут уже работа воображения. Древние говорили: «Загляни в каплю воды, и ты увидишь весь мир». Хортицкая кругосветка - как раз возможность этот мир и представить, и обозреть. В островной ландшафтной мозаике можно найти в миниатюре почти все природные комплексы планеты. Буквально за считанные часы во время плавания (через каждые сотню-другую гребков, сам подсчитывал) здесь можно увидеть и скалистые горы, и ковыльные степи, и песчаные пустоши, и сосновые боры, и плавневые разливы. Я уверен, что самые значительные и чудесные открытия начинаются сразу же за порогом - с первых шагов по родной земле. С самого первого круга лет.
Вдоль древних хортицких скал мы стремительно скатываемся вниз. Это уже почти половина нашего кольцевого маршрута. Круги лет не повторяются. Но память прямым или окружным путем постоянно возвращает нас в прошлое. В детстве я любил забираться на верхушки днепровских скал, представляя себя покорителем высочайших вершин мира. Зачарованный, подолгу смотрел, как внизу, круто выгибаясь, искрились на солнце водяные струи. Они то перекручивались, то ныряли друг под друга, то сплетались в узлы, сшибались лбами, пенисто всплескивались. В русле Днепра нет ничего грандиознее и удивительнее, чем скалы Старого Днепра. «О, Днепре-Славутичу! Ты пробил еси каменные горы!» - именно так когда-то писал о них автор «Слова о полку Игореве». Легко представить, как течение (местные рыбаки его называют тяглом) несло мимо этих каменных исполинов славянские ладьи, варяжские суда, казацкие «чайки», купеческие барки.
Вспомнив молодость, в которой мы даже без страховки легко покоряли здешние скалы, попробовали с воды залезть в одну из пещер. В народе ее называют Змеевой. Предание гласит, что именно здесь Геракл встретился с прекрасной Змей-Девицей. От их союза и произошли скифы. Событие планетарного масштаба. В какой-нибудь старинной хронике путешествий (тем более кругосветной!) оно бы заняло достойное место. Однако попытка проникнуть в пещерную обитель мифического героя не увенчалась успехом. Приключение не удалось. Увы, молодость осталась лишь в воспоминаниях. Сила и прыть уже не те. Зато со скал в районе Казацкой переправы вслед за местными пацанами поныряли вдоволь. Отдохнули на пляжах острова Байды - младшего брата Хортицы, осмотрели валы древних укреплений (утверждают, что это остатки первой Запорожской Сечи) и вновь усиленно заработали веслами. Скалы все чаще прореживались балками. На их покрытых густыми травами склонах виднелись одинокие деревья с фигурно сдвинутыми кронами. Почти какая-нибудь африканская саванна. Кажется, вот-вот мелькнет в траве полосатая зебра или прошествует изящный жираф.
...Солнце - отчетливый красный круг - застыло над горизонтом, когда мы приблизились к охвостью острова. Здесь, в местной Амазонии - плавневой зеленой «густянке», множество безымянных проток, озер, островков, мысков. Настоящая terra incognita на пути кругосветного путешественника. Тут легко не только почувствовать себя первооткрывателем, но и на самом деле стать им. По длинной и извилистой Крокодиловой протоке (бревна и коряги, что иногда перегораживают нам путь, похожи на дремлющих в воде аллигаторов) мы вошли в озеро Осокоровое. На выходе из него, уже на уютном днепровском пляжике, и расположились на ночлег. На небосклоне засияла луна, пустив по воде серебристую дорожку. По ней тихо, с легким вздохом уплыл день. Завершился очередной жизненный круг. Что дальше? Куда? Догорал костер. Я продолжал во сне работать веслом. Попеременно - то с левого, то с правого борта. И под этот ритм вспоминалось гумилевское: «Откуда я пришел, не знаю... Не знаю я, куда уйду...» Нет у земного круга начала, нет у него и конца...