Всех своих добрых знакомых я спрашиваю, кем они были в детстве - мальчиком или девочкой? Лично я была мальчиком, что подтверждалось не только играми, но и выбором новогодних костюмов, начиная с Кота в сапогах и кончая Крокодилом, над рождением которого трудилась вся моя семья. Женская половина усердно шила «шкуру», вернее, «кожу». А дедушка и папа гнули стальные хребты и хвосты, тщательно соединяя контакты с батарейкой. В результате по мановению трех кнопочек, чудом умещавшихся в моей ладони, поднимался огромный хвост, зажигались глаза и щелкала пасть, через которую я все видела и куда дети могли восторженно засовывать пальчики.

Крокодил катался с гор, водил хороводы. И в тот вечер чувствовал себя очень уверенно, в отличие от повседневности.

...Как мне стало известно, между ноябрем и декабрем есть невидимый месяц Сиренивень. Именно в нем и начинается праздник ожидания праздника, и встречаются незабываемые образы детства ушедшего, и складывается предновогодний уклад детства настоящего.

Праздничное Время

Праздничное Время теряет свои обычные параметры. Александр Блок говорил, что по насыщенности оно равно неделям, а по внутренним переменам, которые внезапно могут произойти в детской душе, - годам.

Оно, всегда пропитанное ожиданиями, то сужается до предела детского терпения, то расширяется внезапностью сюрприза. Наступившая пора дозволений - от возможности без особых последствий поспешить разобраться в маминых приготовлениях до первооткрытия бессонной (всегда частично) Новогодней Ночи... Вступление в право свободы сна... Поэтому главное чудо праздничного Времени - в нарушении Времени.

Его магический кристалл лежит между сном и явью, в опыте первых созерцаний, когда вся комната становится шкатулкой, а елка - кладом, и все это детская сокровищница, богатство которой ты перебираешь не рукой, а взглядом.

Театр теней. Путешествие по веткам. Простор внутренних фантазий, раздвинутый перемещениями света.

Праздничное время настолько неповторимо живет в ребенке, что его хочется как-то особо назвать...

Мне часто попадало от дедушки и бабушки, когда я повторяла и повторяла: «Часы пробили в дюжину». Взрослым была неясна притязательность смещения дорогих сердцу понятий. Мне чудилось, что в этом слове живет очень большая и бьющая курантами цифра 12, помещаются предвкушение праздничного стола и целая дюжина гостей, вилок, тарелок! В слове слышалось, что в следующем году все мы будем вместе: бабушка, дедушка и я! И обязательно сдюжим.

Так и осталось во мне это раз в году необходимое обозначение времени.

Ткань праздничного времени так тонка, что ее можно разорвать не только криком - простым замечанием.

Время Новогодней Полночи - это темечко Года. Это Время только посаженного зернышка.

Путешествие по страницам декабрьского года

Предчувствие наступления Нового года всегда выходит за стены дома и ищет подтверждений в пространстве сумерек заснеженного города. В неспешной прогулке за руку, перелистывая украшенные витрины, с маленьким путешественником можно погрузиться в волшебную книгу города, иногда возвращаясь и оставляя следы у любимых страниц.

Елочный мир за стеклом, придающий магазинам еще один, неземной смысл, сочетает доступность взора и невозможность прикосновения. И тогда в раме мороза начинает трудиться внутренний взгляд, рождаются истории, чудом уцелевшие в эпоху суетности экрана.

Можно натолкнуться на такие места в тексте прогулки...

Витрина, украшенная Дедом Морозом и оленем. На асфальте снег растаял. Лежит только на узком газоне. Два мальчика лет пяти лопатками набирают снег и ссыпают на тротуар, поближе к оленю.

Взрослые разговаривали, смотрели, но не увидели. Их дети прильнули к стеклу. Отдыхающий в сугробе Дед Мороз чуть дышал. Механика игрушки обернулась готовностью к работе одушевления.

Мальчик внимательно наблюдает, как молодая рыжая кошка на задних лапках следит за играющими между собою блестками.

На обложке зимней книги - Брейгелевская картина брожения родителей и детей у большой городской Елки, где взрослый мир своим присутствием подтверждает признание важности сказочно-детского пространства.

Отдавание - получение

Чуть нарушено это главное условие праздника - и не появляется готовность встретить чудо.

У меня в детстве всегда было две елки. Одна блистала стеклянными игрушками. Другую я наряжала целиком моими поделками. Ибо дарение начинается с поздравления Елки!

Тайна новогоднего костюма

Я долго думала над невероятным усердием мам в изготовлении своему чаду новогоднего костюма. И вдруг поняла: родители скидывают, как Царевна-лягушка, шкурку взрослости и за одну ночь вшивают и вклеивают в костюм всю силу будущих своих животворящих воспоминаний, которые дети передадут потом от елки к елке, от поколения к поколению, от маски к маске...

t0 праздника

Тепло - холод.

Тепло - свет.

Давным-давно мой дедушка неожиданно поставил на праздничный стол маленького снеговика на блюде, которого мы слепили утром. И он еще несколько минут грелся среди мандаринов, а потом долго жил на нашем балконе.

Новогоднее пространство - это единственная точка Встречи тепла и холода, где они не противоречат друг другу и дружественно друг друга продолжают...

Декабрьский снег, многократно отраженный сказкой, открыткой и экраном, делает еще более привлекательным теплый освещенный круг Дома. Тепло дома отпускает взор гулять по сверкающим сугробам. Свет в окне зовет с улицы теплом. Холод и тепло в это время превращаются в единый жизненный текст детства. На прогулке, в сказке, в мире внутреннем и внешнем, дозволенном и запрещенном. Недаром так сладко есть сосульки, наслаждаясь у печки уходящим холодом.

А вот тепло дома невидимого, семейного идет от Света новогодних свечей.

Елка

Елка - часть вечнозеленого...

В неповторимости дома становится больше целого... Ты ее выбираешь, и в то же время она сама приходит к тебе, протягивая лапу...

Единственное дерево, вырастающее в комнате мгновенно. И можно только догадываться, как глубоки его корни...

За окнами графика веток, а тут бесчисленные мазки пахнущих иголок...

Хвойная Вселенная с дорогами канители, планетами шаров, населенная игрушками. Именно с ней связано представление о многообразии плода: шишки, сладости, украшения... И все - в дар...

От роста елки зависит, каким ты себя ощущаешь. Высокая елка предлагает родителям почаще брать тебя на руки... А совсем маленькая, с крохотными игрушками, сама поднимает тебя на другую высоту многомерных внутренних превращений, так хорошо испробованных Алисой...

Елку можно измерить в сантиметрах, а можно в количестве лет от одной стеклянной реликвии до другой.

В доме с бережно передаваемой традицией украшения, с уважением к сложным отношениям игрушек чувствуют, кого можно поселить рядом. Новоселье на ветках складывается годами. И кажущаяся эклектика имеет тайну, иногда доступную только ребенку... Поэтому особенно печален распространившийся взрослый симметрично-бытовой стиль украшения чем-либо одним: шарами, звездами - в угоду утилитарной красивости. Мне было шесть лет, когда бабушка украсила елку, как пирамиду, четырьмя гранями. И каждая ее сторона представляла сюжет сказки, следующий к вершине. Это была наша тайна, и я могла поделиться ею с избранными.

Размещение игрушек в нишах ветвей - первая модель защищенности, вместимости, многообразия...

Елка пахнет мандаринами, снегом, бенгальскими огнями, ванилином, пришедшими с мороза гостями, чем-то новым...

Солится

Колется

Бросает тени

Задевает иголками затылок

Тянется за тобой дождем

Роняет игрушки

Умножается огоньками

Повторяемая неповторимость. Возвышенный свидетель всех чудесных переживаний всех, кто уже стали взрослыми.

Реальная проживаемая цитата прочитанных и услышанных рождественских историй. Сведенные стрелки часов Новогоднего Времени.

Новый Год - это когда внутри больше, чем снаружи...

Татьяна БАБУШКИНА, педагог, Ростов-на-Дону