- Николай Петрович, по счастливому совпадению в Год российского кино мы отмечаем букет замечательных круглых дат - ваше семидесятилетие, 55-летие и 50-летие выхода на экраны двух великих фильмов Андрея Тарковского - «Иваново детство» и «Андрей Рублев», 30-летие выхода фильма «Лермонтов» и 25-летие главного вашего детища - Международного кинофорума «Золотой Витязь». Фильм «Лермонтов», который является вашим безусловным авторским детищем, где вы выступили как сценарист, режиссер и исполнитель главной роли. Вы говорили, что это была роль-исповедь, где в образе Лермонтова вы выразили и воплотили все, что накопилось в вашей душе, словом, «спели свою песню души», как вы однажды сказали. После этой роли вы долгое время практически нигде не снимались. Но потом появились фильм и роль, которая бывает в судьбе артиста, может быть, только раз в жизни, да и то не у каждого. Я говорю о роли Иешуа Га-Ноцри в фильме «Мастер и Маргарита» режиссера Юрия Кары. И после этого вы уже совсем исчезли с наших киноэкранов. Почему?
- В истории человечества нет более высокого и недосягаемого образа, чем образ Иисуса Христа. Это истина. И путь, и истина. Поэтому после попыток какого-то посильного приближения к этому образу играть то, что сейчас предлагают мне, просто невозможно, это значит быть человеком самой древнейшей профессии, который торгует собой. Поэтому я отказываюсь от ролей, но я не зарекаюсь, что когда-нибудь не появится такой образ, который не уронит того, что было достигнуто раньше.
- Андрей Кончаловский сказал как-то о вас, что вы не доиграли своих ролей и в кино, и в театре. Ведь это так и есть, к сожалению.
- Да, я знаю, что Андрей Кончаловский и Инна Чурикова однажды действительно так сказали обо мне, и я согласен с ними. Это правда. Но я вам уже говорил, по какой причине я отказывался все это время играть, я не желаю участвовать в этом рыночном процессе, в который погрузилось наше современное кино. Но, может быть, скоро что-то изменится, и я, возможно, еще приму участие в кино и как актер, и как режиссер или продюсер. Нечасто, быть может, потому что на хорошее кино нужно не менее года, это как родить ребенка. Так что все, возможно, еще впереди.
- А пока вы решили заполнить вакуум чем-то другим и создали Международный кинофорум «Золотой Витязь», и вот уже четверть века самоотверженно занимаетесь им, отдавая ему все свои силы, душу и добрые порывы. Расскажите, пожалуйста, как и с чего все началось?
- Помню, сидели мы как-то у белорусского режиссера Виктора Турова с Владимиром Гостюхиным, пили на кухне чай. Разговорились о кино, киношных проблемах, и тогда родилась идея создания кинофестиваля, который бы объединил представителей искусства всего славянского мира, где бы показывалось лучшее кино. Я стал думать над образом и названием фестиваля. И все как-то разом стало складываться. Хотелось, чтобы кинофорум назывался по-русски, красиво, мощно, и мы назвали его «Золотым Витязем». Девиз фестиваля, я считаю, был как бы оставлен мне Андреем Тарковским. Он сам говорил об этом же в то время, когда появился «Золотой Витязь». Тогда он жил в Италии, и я читал его последнее интервью. Он говорил, что кино должно быть поэтичным, оно должно возвышать человеческую душу. А я здесь, в России, говорил об этом же, поэтому девизом фестиваля и стал именно такой - «За нравственные идеалы, за возвышение души человека».
Но у нас принимают участие кинематографисты из Средней Азии и таких стран, как Япония, Китай, Иран. Почему? Отвечу фразой крупнейшего русского мыслителя Ивана Александровича Ильина, который потрясающе говорил, что каждый художник в творчестве устремлен к совершенству.
- За это время ваш кинофорум расширился тематически...
- Однажды в Эдинбурге я увидел фестиваль искусств, где принимали участие разные виды искусства, не только кино. Мне понравилась эта идея, и я подумал: а почему бы и нам не сделать такое? И мы стали открывать последовательно фестивали - театральный, литературный, музыкальный, экологический, изобразительных искусств, боевых искусств. Но мы пошли дальше эдинбургского проекта. Если у них фестиваль проходит только один месяц, то у нас наши тематические фестивали проходят в течение всего года в различных регионах страны, а также в других странах, например, в Болгарии и Сербии. Если у них делают 50 программ, то у нас их в 10 раз больше.
- Испытывали ли вы минуты слабости, не опускались ли руки, когда что-то не складывалось, не хватало, например, денег на ваши проекты, еще что-то шло не так, как хотелось?
- Руки не опускались, и разочарования не было никогда, хотя разные препятствия были. И от первого до двадцать пятого фестиваля, который мы провели в этом году, было невероятно трудно. Особенно трудным было проведение юбилейного, 25-го, фестиваля. Но я знал, что я должен сделать все возможное, чтобы фестиваль состоялся.
Сейчас, скажу вам, особенно не опускаются руки, после того как вышел указ Президента РФ Владимира Путина о новой государственной культурной политике, в основу которого заложена основная концепция и весь предшествующий 25-летний опыт работы нашего фестиваля. Это я вам могу сказать с полной ответственностью. Теперь, после издания указа, во всех министерствах созданы общественные советы, с помощью которых отныне будет регулироваться работа Министерства культуры, и это не только дает большую надежду на то, что положение дел будет меняться, но оно уже постепенно меняется.
- В этом году у вас появилась новая должность, вы стали директором Института культуры МЧС России. Расскажите, пожалуйста, об идее создания этого института и какие задачи у этого института?
- Идея создания Института культуры МЧС России родилась из соглашения между «Золотым Витязем» и МЧС о сотрудничестве на вечные времена. Министр МЧС одним из первых отреагировал на указ президента о новой государственной культурной политике, и следующим шагом его было создание Института культуры МЧС России, возглавить который было предложено мне. Концепция работы института опиралась на всю ту 25-летнюю базу, которую собрал «Золотой Витязь». То есть практически наша задача - укреплять друг друга и укреплять душу нашего народа. МЧС России и «Золотой Витязь 25 лет шли параллельно и не соприкасались. МЧС боролось за жизнь человека, а «Золотой Витязь» - за его душу, и мы поняли, что нам по пути, что в нынешней ситуации духовного состояния нашей страны мы должны вместе спасать и сохранять традиции нашей культуры. МЧС поняло, что фраза Достоевского о красоте, которая спасет мир, уже не совсем верна, что нужно спасать уже саму красоту. Наш институт обучает работников МЧС и их детей танцам, театральному искусству, риторике, культуре речи. Сейчас мы открываем балетную студию в Академии МЧС. По всей стране - от Уссурийска, Дальнего Востока до Калининграда, Северного Кавказа и Сибири - мы открыли 20 киноклубов в управлениях МЧС, где показываем прекрасные фильмы из коллекции «Золотого Витязя», воспитывающие патриотический дух в сотрудниках МЧС и их семьях. Мы создали Государственный хор МЧС. У меня очень дерзкие планы на будущее нашего взаимного сотрудничества, которые поддерживаются министром, но пока нет возможностей для полной реализации этих планов. В планах у нас создать киностудию, театр, телевидение МЧС.
- Сейчас все измеряется категориями потребления. Как вы считаете, культура и рынок - понятия совместимые?
- Культура и рынок понятия категорически несовместимые! Еще Пушкин в свое время очень досадовал, что ему приходится брать по золотому за стих. И Гете говорил, что песня, которая льется из души, есть та награда, которая вознаграждает. Мы не должны, например, мерить успех фильма первым уик-эндом. Объясню это на примере фильма «Андрей Рублев», который вначале не имел успеха, и его положили на полку на целых семь лет. В этом году мы отмечаем пятидесятилетие выхода фильма на экран. Что же произошло за эти годы? Сейчас он побил все кассовые рекорды. Я, например, до сих пор вижу очереди на этот фильм и во Франции, и в США, и в Южной Америке, потому что это фильм на все времена. Люди, посмотрев этот фильм, открывают для себя историю России, Андрея Рублева, древнерусскую живопись, фильм поднимает дух нации. Такие фильмы окупаются за десятилетия.
- Как известно, за молодежью будущее. Какой вы ее видите?
- Отношение к молодежи у меня двоякое. Могу вслед за Лермонтовым повторить: «Печально я гляжу на наше поколенье! // Его грядущее - иль пусто, иль темно...» Современная молодежь думает, что самое главное сейчас - деньги, карьера, успех.
Но вместе с тем я вижу и другую молодежь, сохранившую чистоту души в этом мире. Я вижу эти души. И есть надежда, что не все потеряно. У меня пятеро детей, я знаю, как это сложно - сохранить чувство правды в сердце, как трудно сохранить чистоту. Но к этому нужно стремиться.
- Что для вас ощущение счастья?
- Ощущение счастья - это чувство радости в сердце, у меня даже одна из моих книг так и называется - «Одолевая радостью страдания».
- Какую роль вы отводите семье? Какие, в вашем понятии, идеальная жена и идеальный муж?
- Я придерживаюсь патриархальных воззрений на семью, семейные отношения, хотя, конечно, делаю иногда небольшие поправки по ходу жизни. Но для меня идеальная жена - это не карьеристка, которая окончила вуз и хочет всего добиться сама, да еще и дочек своих учит: «Ты должна быть независимой, мало ли кто попадется в жизни, иди, учись, ты должна». Я немало пожил и в свои 70 лет утверждаю, что цель женщины не в том, чтобы обрести как можно больше разных удовольствий и благ, а быть женой и матерью, рожать и воспитывать детей, ухаживать за ними, поддерживать семейный очаг. Я говорю немодные вещи, но разные задачи у нас. У мужчин - быть защитником в семье, добытчиком, оберегать свою женщину, быть верным, и женщина должна быть такой же, заниматься домом, детьми.
- У вас пятеро детей. Все уже выросли, почти все приобрели профессии. Скажите, как вы воспитывали своих детей, когда они были маленькими, может быть, вы придерживались каких-то особых методов воспитания?
- Да нет никаких особых методов воспитания у нас в семье. Я считаю, что главное - это пример родителей, это всегда самый эффективный и действенный метод воспитания, лучше всяких слов, нотаций, нудных нравоучений. Девочки стараются подражать во всем маме, поэтому она должна быть примером для них, ну а папа, естественно, должен быть авторитетом для мальчиков, которому сын захочет подражать. Все просто. Если все же возникают какие-то недомолвки или разногласия, пытаемся поговорить спокойно и рассудительно, убедить, если нужно, аргументами, может быть, помочь. Надо, чтобы они понимали, что за все придется отвечать, поэтому нужно жить чисто, поступать чисто и думать чисто.
- Вам исполнилось семьдесят. Вы совсем не выглядите на свой возраст. Вы стройны, очень подвижны, энергичны, у вас прекрасная память. У вас есть какой-то секрет молодости?
- Сегодня я не открою вам свой секрет, а скажу его много позже. Когда мне было 36 лет, я решил бросить курить, хотя двадцать лет до этого курил. И вот в этот день я сочинил такую частушку: «В тридцать шесть курить я бросил, в сорок, может, брошу пить. Неужели же в сто восемь перестану я любить?» Вот в сто восемь я, может быть, и открою вам свой секрет.