Бумажные тигры учителя химии
Учителя и методисты в нашей стране уже давно в зачет школьной химии ставят борьбу с хемофобией в обществе. Борьба с хемофобией ведется своими силами отдельными энтузиастами, но пока не идет ни в какое сравнение с борьбой против попыток фальсификации истории или борьбой с лженаукой и фальсификацией научных исследований. Нет у этой борьбы и конкретного врага, как, например, мифы в области эволюции человека.
Борьба с химической безграмотностью - еще один бумажный тигр, появляющийся в защиту профессии учителя химии и его предмета. Методисты и популяризаторы науки на очередных съездах и педагогических марафонах с удовольствием обмениваются перлами СМИ и наивными ошибками школьников. Но это не борьба, а повод для очередной шутки! Переучивать журналистов, общественных активистов и депутатов вряд ли получится. А вот подрастающее поколение должно знать больше сегодняшних взрослых и мыслить системно, а вернее,  системами. И дело не в том, чтобы знать больше элементов системы, а в том, чтобы устанавливать и практиковать больше связей между элементами одной или разных систем. В этом состоит новый уровень химической грамотности, который должен быть обязательно сформирован школой у каждого выпускника.
Когда доступные для понимания современного школьника аргументы учителя заканчиваются, то  в ход идут воспоминания о прошлых успехах страны и общества в эпоху большой химии в период 1958-1984 годов. Профессиональные химики сразу назовут имя «титана советского химпрома» Леонида Костандова. Действительно, химическая промышленность стала второй в мире. Но созданная в СССР база химической промышленности не получила развития в 90-е годы: переоборудования заводов в течение последних 20 лет практически не проводилось. По производству нефтехимической продукции наша страна в 2008 году занимала лишь 19-е место. При этом с ростом числа населения в мире объем потребления химической продукции, конечно, будет расти, и химическая промышленность к 2030 году станет растущей отраслью экономики, но ее организация будет совсем другой.
На съезде Ассоциации учителей химии стало очевидно, что задача школы в этой связи понимается примерно следующим образом: в профильных классах школы на уроках химии будут готовить будущих инженеров-химиков для обеспечения нарастающих потребностей развития промышленности. Что тут скажешь? Часто сами вузы не могут договориться с крупными корпорациями, предприятиями о целевой внебюджетной подготовке кадров по простой причине: нужной сегодня бизнесу специальности в вузе студентов не готовят. Но готовы за пять лет научить старой. Поэтому «эффект Костандова» становится очередным бумажным тигром учительского сообщества: сегодня важно построить не сам завод, а создавать новые рынки сбыта инновационной продукции и интегрировать все имеющиеся ресурсы территории. Другими словами, профессия химика сегодня - это реальная работа в команде с другими специалистами, разработка конкретной бизнес-идеи и готовность работать там, где для этого есть самые выгодные инженерно-технические условия, готовая инфраструктура и растущий рынок сбыта. Но об этом наши школьники, к сожалению, не знают даже в старших классах.

У кого забрать часы?
Поскольку ни программа, ни содержание курса химии фактически не изменились, то профанация борьбы с хемофобией и химической безграмотностью на фоне мифической веры учителей и части общества во второй расцвет отечественной химической промышленности привели к острейшей проблеме постсоветской школы - отсутствию мотивации детей изучать химию. К сожалению, и сегодня ФГОС общего образования механизма решения проблемы не предлагают. Например, в 2012 году в официальных документах РАО личностные результаты обучающихся в ценностно-ориентационной сфере формулировались так: «Чувство гордости за российскую химическую науку, гуманизм, отношение к труду, целеустремленность». Это сразу перекочевало в рабочие программы послушных учителей. Некоторые учителя отнеслись к этому более чем серьезно и стали искать способы это измерять. Кто кого обманывает, непонятно.
Конечно, сам предмет по-прежнему стартует последним в школьной жизни ребенка. Часть своих претензий учитель химии справедливо относит к своим школьным коллегам (математика, биология, литература). Но и сам педагог в ситуации, когда у него фактически нет информации о тех детях, которые к нему пришли в 8-й класс, их особенностях и багаже знаний, вынужден «идти по учебнику». В этом проблема уже администрации школы: школьный психолог должен получить четкое задание на исследование учебной мотивации детей. Важно отметить, что как раз к 8-му классу у родителей заканчиваются требования к школе «научить писать, читать и считать», и им хочется более индивидуального подхода. Очень важно отметить, что отсутствие интереса к изучению химии у ребенка, как ни странно, часто связано с отсутствием интереса самого учителя к тому делу, которым он занимается непосредственно с детьми: плохая организация урока, отсутствие действительно интересных фактов и дополнительных сведений в рассказе учителя, формальное исполнение педагогом требований ФГОС в части деятельностного подхода и метапредметных результатов. Все учителя готовы и хотят работать с детьми профильного класса и сильно недовольны «общеобразовательными классами». Но ведь этих детей кто-то должен был подготовить к этому выбору.
Обучение химии выходит далеко за рамки кабинета в школе, и мотиваторов к изучению химии вокруг ребенка, в физическом пространстве, все больше. В каждом крупном городе России есть Международный выставочный центр. Поэтому новым направлением в работе учителя химии должна стать подготовка и проведение посещения учащимися профессиональных тематических выставок. В ходе такой работы каждый ученик может увидеть все смежные с химией направления деятельности. К сожалению, пока учителю химии легче скооперироваться с коллегами по школе и отвезти детей в цирк, в театр или на фабрику мороженого, чем придумать и провести урок в музее воды. Другими словами, мотивация к изучению химии складывается не столько на уроках химии, сколько за стенами самой школы.
В среде учителей химии проблема мотивации детей к изучению предмета решается очень просто: педагоги просят увеличить количество часов на изучение предмета. Вопрос «У кого забрать часы?» на съезде 2016 года сразу нашел такой ответ: на русский язык в старшей школе давать часы не надо, ведь его изучают с 1-го класса.

Территориальный принцип
В событиях вокруг школьного образования можно предугадать возможный путь дальнейшего развития школы - территориальный принцип организации профильного обучения. Например, среди всех регионов Москва особенно сильно демонстрирует такой территориальный принцип, как «столичное образование». Это коснулось и развития школьного образования: нужно возродить статус Москвы как интеллектуальной столицы. И вот в 2016 году почти 32% победителей и призеров Всероссийской олимпиады школьников дала Москва. Среди детей, набравших 220 и более баллов по трем предметам ЕГЭ, 15,5% дала Москва. И это при том, что доля выпускников московских школ всего 6,6% по России. По сравнению с 2010 годом рост качества результатов обучения при имеющихся ресурсах столицы очевиден! Но что это дает городу в будущем для развития сектора городских высокотехнологичных услуг? В Москве создано 22 технопарка для соединения науки, бизнеса и производства. Издан перечень инновационной, высокотехнологичной продукции и технологий (517 наименований): на них нужно затрачивать не менее 5% в годовом объеме закупок для нужд государственных предприятий и организаций.
Почти 13% позиций из перечня - это наименования материалов для строительных работ всех уровней сложности под землей, на земле и в воздухе: безусадочные, быстротвердеющие, быстросхватывающиеся ремонтные смеси. Многочисленные добавки: модификатор дорожных битумов, добавка для получения гидротехнического бетона, наномодифицирующие компоненты. Огнезащитные материалы: гелевая огнетушащая накидка-самоспасатель, негорючий покрывной слой с адгезионной пленкой. Из области медицины: биологически разлагаемые полимерные композиционные материалы, шовный материал с антимикробными свойствами и атравматическими нитями, раневая биополимерная повязка, трикотажное антимикробное белье.
Кто и когда расскажет школьнику об этом? Где взять время для практико-ориентированного образования сегодня? А ведь в том, что вся эта инновационная продукция действительно работает, можно убедиться на многочисленных выставках.
В регионах со временем может появиться новый принцип организации профильного обучения, вытекающий из организации жизни на самой территории. Примеры этому есть. К 2016 году по инициативе 30 регионов в России были созданы 34 особые экономические зоны (ОЭЗ). Основная форма жизни ОЭЗ - это кластеры. Для учителя химии важно понимать самому и уметь правильно использовать в воспитательной работе с детьми по своему предмету информацию о том, что кластер - это не один завод в городе, а развитая и готовая инфраструктура для жизни человека и его семьи на время работы человека по профессии. Это точка сборки людей по трем профессиям сразу: научных идей ученого, предприимчивости и знания рынков сбыта бизнесмена (управленца) и технологических новинок и мощностей промышленника. И все это уже подключено и готово к работе! Конечно, кластеры существуют не только в химии, но и в туризме, и в медицине. Эта информация больше подойдет для уроков экономики в старших классах.
Но кластеры - это не панацея. К 2016 году воплощение идеи кластеров (но не сама идея!) было признано правительством страны недостаточно эффективным. В мире создано порядка 1200 ОЭЗ, и они дадут первые результаты через
10 лет. В России на ОЭЗ было потрачено 122 млрд бюджетных средств. Реально работают 6 площадок, отдача инвестиций на которых определяется как 1:3. Должны быть повышены ответственность регионов и привлечение качественных резидентов. А это как раз сегодняшние выпускники наших школ, где бы они территориально ни располагались!

Про учебники
Идея возможной в ближайшем будущем «территориальности» изучения химии хорошо выводится из практики создания и продвижения «уровневых учебников». Желание разделить учебники на учебники базового уровня, общеупотребительные и профильные учебники, для тех, кому предмет нужен углубленно, кто собирается заниматься наукой, активно поддерживается Ассоциацией учителей химии. Видимо, придумать хороший профильный учебник по химии  сегодня большой проблемы не составляет. Достаточно аккуратно переработать старые добрые пособия, разработать к ним электронную оболочку и вывести продукт на рынок учебной литературы. Сегодня такие учебники разрабатываются непосредственно с профильным вузом чуть ли не под задачи первого года обучения студентов. Это, безусловно, новая фишка в реализуемых проектах по школьному книгоизданию.
А что же будет с базовыми учебниками? Химики остаются верны себе: у них и сегодня важно знать, как собрать ртуть из разбитого градусника и как правильно использовать удобрения и ядохимикаты. Базовые знания по химии предлагается уложить в два десятка лозунгов типа «Химия - ключевая область знания для решения экологических проблем». К сожалению, вся эта косность действительно переносится в учебники. Чего стоят одни введения (обращения к школьнику) в начале некоторых из них! А между тем деятельностный подход во ФГОС, очевидно, становится все больше профанацией, чем реальностью. Авторам учебников все равно, но школе-то нет!

​Федор ОКОЛЬНИКОВ, директор школы №514, кандидат педагогических наук, Москва