Разная манера поведения конкурсантов на сцене и общения с произведением. А всё вместе - жизнерадостный спектакль... Зрительский всплеск на первых звуках любимой песни, и далее заинтересованная тишина: во что же превратит ее очередной юный певец, будь то Сева Рудаков из Москвы, группа Пелагеи или двенадцатилетняя москвичка Элина Арсенина со шлягером «Ленинградский рок-н-ролл»?
В первом и втором сезонах еще было некоторое количество огрехов: наблюдался непорядок при формировании групп поющих, выдвижение победителей иногда носило характер «расталкивания руками», суждения членов жюри подчас были малопрофессиональными и т. д. Подбавляли жару и слезливые реплики зрителей типа: «Сколько детей участвуют, а выигрывает только один. А все остальное - это детские трагедии», «Тяжело деткам, к которым никто не повернулся» и т. д. Был на конкурсе и такой случай, когда один из участников,14-летний Андрей Клубань, после неудачного прослушивания потерял сознание. Значит ли все это, что конкурс надо немедленно закрывать? Отнюдь. Проведение детских певческих конкурсов имеет большую историю, специалистами выработан ряд положений, позволяющих в ходе конкурса нейтрализовать негативные случаи и неприятные происшествия.
Относительно детских переживаний от неудач. Они, конечно же, имеют место, но служат чаще всего дополнительным стимулом к самосовершенствованию юного певца. Конкурс есть конкурс, и ежели у ребенка нервы не в порядке, невелик певческий и человеческий потенциал, нечего тут делать. Помутнение сознания на детских конкурсах и концертах - явление нередкое. Особенно это касается детей подросткового возраста, когда у юного певца ум и чувства не в ладу. Опытные руководители детских вокальных ансамблей и хоров это учитывают и приучают участников своих коллективов адекватно вести себя в случае головокружения и помутнения сознания. Если, к примеру, вам приходилось бывать на концертах детского хора, вы могли заметить, как кое-кто из участников либо присаживается на хоровой станок в своем ряду, либо неспешно с постным лицом уходит за кулисы.
Трагедии случаются, когда ложно понимаемая подростками ответственность за выступление заставляет их, несмотря ни на что, оставаться в певческом строю. Подобный «героизм» на концертах абсолютно неуместен. По-видимому, что-то схожее произошло на конкурсе «Голос. Дети» с Андреем Клубанем. Вот как он сам описывал то, что произошло: «Сцены я не боюсь, но тогда сильно испугался, смогу ли я выступить достойно? Дело в том, что у меня сейчас активно ломается голос, он уже стал существенно ниже. Плюс долго ждал своего выхода за кулисами, да еще и не повернулся никто... Но это пройдет, просто организм сейчас перестраивается, взрослеет».
Большое недовольство среди зрителей, следивших за конкурсом по телевидению, вызвала тенденция исполнителей петь на иностранных языках. Но как показали прослушивания, это обстоятельство не было навязано организаторами конкурса, а отражало существующее положение, когда в детских певческих школах, молодежных школах эстрадного пения стало принято исполнять зарубежные хиты.
Теперь о том «pro», что принес с собой этот конкурс.
Очень порадовал широкий диапазон песенного репертуара. На конкурсе «Голос. Дети» были широко представлены народные, массовые песни, классические произведения. Но все же основой репертуара исполнителей стала эстрадная песня. Это отражалось на репертуаре, манере исполнения и характере аккомпанемента джаз-оркестра «Фонограф» под управлением Сергея Жилина. А у эстрадной песни, как правило, есть хозяин, чаще всего она и пишется с расчетом на определенного исполнителя. Забрать песню у хозяина - значит переложить ее для собственных исполнительских данных. В аранжировке - второе дыхание детской эстрадной песни, способ, которым она продлевает свою - увы! - не такую уж долгую жизнь. В ней ее пластика и подвижность, новый ракурс (подчас весьма неожиданный, он, бывает, переворачивает песню с ног на голову). Аранжировка освежает восприятие песни после десятого, сорокового или сотого прослушивания.
А не скучно ли слушать несколько раз одну и ту же песню, пусть даже и в необычной трактовке? Нет, ничуть. В потоке песен любой конкурс - это стоп-кадр, моментальный снимок искусства, самого динамичного и эфемерного. Что поют сегодня? Как поют сегодня? Кто поет сегодня? На все эти вопросы отвечают детские конкурсы и фестивали, в том числе и «Голос. Дети». В концепции конкурса плодотворно отражается современная художественная субкультура юных. В наши годы ее не было. С одинаковым удовольствием и молодые, и старшие слушали одни и те же пластинки, танцевали одни и те же танцы. А сейчас то, что нравится тринадцатилетнему, шестнадцатилетний слушать и петь не будет. Он уже живет в ином ритме, в другом ускорении. В шестнадцать, как правило, хочется создать свой собственный ансамбль, тем более что наличие аппаратуры это позволяет. И это в принципе хорошо, если не носит уродливый характер замкнутости, позы, самомнения.
Еще «prо»... У подавляющего большинства конкурсантов к моменту слепых прослушиваний уже есть определенный опыт пения соло. И, собравшись вместе, они существенно и положительно влияли на исполнительскую культуру друг друга. В процессе подготовительной работы участникам конкурса оказывали существенную помощь специалисты-педагоги, работающие с детскими голосами, врачи-фониатры. Третий сезон конкурса «Голос. Дети» стал известен тем, что бездумным «просто песенкам» здесь не поклоняются. Но все же ритм - бог фестивалей рок-музыки. На конкурсе эстрадной песни, во множестве прозвучавшей в зале, превыше всего, как показывает опыт, ценятся мелодия и слово. Успех приходит, когда произведение вызывает сопереживание в зале, потому что сегодня в песне звучат драма, исповедь, крик души. А слово не просто дополнительный параметр, фонетический аккомпанемент мелодии, слово - равноправный соучастник мелодии. Это доказывает и конкурс «Голос. Дети».
От школьных педагогов-музыкантов во многом зависят вкусы учащихся. Но всегда ли мы понимаем, что именно зависит? Может, главное - не столько наставить на путь истинный, сколько помочь ребячьей душе раскрыть себя? И одним из инструментов, помогающих это сделать, служит звучащая музыка.
И еще. Какой должна быть музыка для детей? Мне, написавшему для Большой советской энциклопедии статью «Детская музыка», тоже далеко не все еще ясно. Вот мы говорим - Моцарт, Чайковский, Бриттен. Это что, музыка для детей? По-видимому, нет. Но они ее, между прочим, при соответствующей подготовке прекрасно поют и чувствуют!
Вместе с тем рядом с произведениями классиков в репертуаре продвинутого современного школьного хора обязательно должны быть произведения в ритме рок-н-ролла, ритме сегодняшнем, современном. И подобным репертуаром ребята овладевают без особого труда.
А теперь опять немножко о «contra».
Об Эдит Пиаф говорили: «Она бы могла вас заставить плакать, спев телефонный справочник - вдохнула бы в него душу». Это и есть, наверное, главное на эстраде: вдохнуть жизнь в бесконечные слова о любви, нежности, душевных ранах и обидах, об утратах и верности. Эти темы стабильно удерживают первенство: любовная лирика в наши дни чаще поется под аккомпанемент синтезатора, нежели читается в книге. На конкурсе были примеры того, как ничего не одушевляя, с помощью не раз опробованной суммы приемов исполнители добивались долгожданных аплодисментов. К счастью, таких певцов на конкурсе было совсем немного.
Здесь экзамен держат не только исполнители, но и песни. Их состоятельность поверяется изменчивостью, способностью к трансформации темпа, интонации, настроения, заложенных в оригинале. Из плохой песни трудно «выжать» интересную интерпретацию, так же как из плохого сценария - гениальный фильм. Однако порой аранжировка вступает в противоборство с оригиналом и при этом часто побеждает.
Трехлетняя судьба конкурса «Голос. Дети» показала, что детская эстрада может многое. Ведь то, что звучит с эстрады, мгновенно становится достоянием самых разных слушателей. Книга, спектакль или фильм проделывают куда более тернистый путь к мыслям и сердцам людей, чем шлягер, скетч или реприза.
Надо ли в таком случае доказывать кому-либо из деятелей эстрады, сколь велики их возможности, сколь сильна их ответственность, сколь велика их заслуга (или вина) в том, какие мы песни поем, какие шутки шутим, какие вкусы имеем? Видимо, надо. Вот почему захотелось взяться за перо. Готов вместе с читателями любимой «Учительской газеты» продолжить разговор о победах и проблемах этого трудного легкого жанра.

​Юлий АЛИЕВ, главный научный сотрудник Института стратегии развития образования Российской академии образования, доктор педагогических наук, профессор