Сама идея ВПР, конечно же, не нова и отнюдь не революционна. В советские времена каждый из нас писал всевозможные министерские, областные и краевые, районные контрольные, разработанные вне стен школы. Вопрос в другом. Вот федеральный центр составляет задания, отдает их регионам и говорит: проводите! Это та же схема, по которой проходит итоговая аттестация для 9-х классов. Но ведь недаром столько разговоров нынче ведется о прозрачности и объективности ОГЭ, и одна из первостепенных задач - сделать его не менее честным, чем ЕГЭ. То же и с ВПР: можно ли будет доверять ее результатам, насколько они будут достоверны? Скажу так: как только по итогам этой проверки начнут приниматься какие-то меры относительно детей, учителей, директоров школ, глав городских и районных управлений и министров образования субъектов Федерации - причем как карательные, так и поощрительные, - уверяю вас, уже через год мы получим повсеместные блистательные результаты, столь же блистательно сфальсифицированные. Потому как никто не хочет быть наказанным и, напротив, все мечтают, чтобы их лишний раз похвалили.
Поэтому важно понять, для чего вообще вводится ВПР. Чиновники на этот вопрос отвечают: «...это стандартизированная контрольная работа, чтобы школы и конкретный учитель могли оценить, на каком уровне находится класс». Действительно, такую проверку стоит устраивать исключительно для того, чтобы, как говорится, сверить часы и дать сигнал по системе, мол, смотрите, что мы в федеральном центре считаем важным, каких знаний и компетенций ждем от будущих пятиклассников. Но если школа имеет право разрабатывать свои программы, а по закону это так, если это школа для одаренных или, напротив, для сложного контингента, то у нее свои задачи, свое представление о том, что следует знать ее ученикам, а потому она имеет полное право на этот сигнал не реагировать.

NB! Виктор Александрович БОЛОТОВ, научный руководитель Центра мониторинга качества образования НИУ ВШЭ, президент Евразийской ассоциации оценки качества образования, профессор, академик РАО.