И родители тоже отнюдь не главные. Хотя принятый в 2012 году Закон об образовании утверждает их право влиять на процесс, но пока это не более чем декларация - прецедентов такого влияния что-то не припоминается. В декларативности статьи 44 Закона «Об образовании в РФ» легко убедиться в тех же случаях с увольнением директоров школ по «волшебной» статье. Даже если родители единодушно и сплоченно встают на защиту директора, пишут протестные письма во все инстанции - от главы администрации до президента, к их мнению никто не прислушивается.
Выходит, главный в школе - учредитель? Глава администрации или в случае с делегированием части полномочий структурным подразделениям отдел образования? С одной стороны, да. С другой - как может быть главной структура (в лице ее руководителя), если представители ее и в школе-то бывают нечасто? Тут явно что-то не так.
Чтобы читатели сами смогли ответить на непростой вопрос, расскажем историю, которая недавно произошла в школе одного из южных регионов. Поскольку похожие истории время от времени происходят (и могут происходить) в любой точке нашей страны, мы решили не указывать точного места действия и не называть фамилий основных действующих лиц. Рассмотрим произошедшее с точки зрения типической.
Кратко суть дела можно описать так. Одна из школ города в течение многих лет была на хорошем счету у начальства, пользовалась популярностью у родителей - учиться в ней считалось престижным. Поэтому и по численности школа была самой большой в городе. У педколлектива множество регалий и наград всероссийских конкурсов, у учащихся - море грамот и дипломов, подтверждающих высокий уровень преподавания. В самой школе был дружный, сложившийся коллектив, большинство учителей работало на благо детей, поддерживая высокую репутацию школы. Директор поощряла все новое и передовое, старалась поддержать любые интересные идеи и начинания своих подчиненных. Ее репутация тоже ни у кого в городе не вызывала сомнений, ибо директора обычно судят по результатам работы, а результаты школы были высоки, выше, чем в других образовательных учреждениях города.
Но все хорошо никогда не бывает. Был в коллективе один человек, который никак не хотел смириться с тем, что не его несколько лет назад назначили на должность директора. Хотя он, казалось бы, имел все основания занять директорское кресло. Ведь именно его бдительное око помогло вскрыть злоупотребления служебным положением предыдущего директора. Именно его жалобы в вышестоящие инстанции и последовавшая вслед за ними проверка помогли вывести на чистую воду мошенничество руководителя. И вот бдительного учителя (при всех его несомненных заслугах) не удостоили продвижения по карьерной лестнице. Обида усугубилась еще и тем, что вновь заступивший на должность директор начал последовательно, хотя и постепенно, снижать учебную нагрузку учителя. Это было тем более обидно и несправедливо, что до нового директора у учителя была самая большая нагрузка в школе и соответственно самая большая зарплата. Он получал даже больше самого директора-«мошенника».
Мириться с понижением материального уровня учитель не захотел, намека на «смену места работы» не понял. Никуда уходить он не собирался - у него были совсем другие планы. Он начал писать жалобы на притеснения и дискриминацию. Директора вызывали к начальству и требовали объяснений по фактам, изложенным в жалобах. Директор объяснял свои действия тем, что у учителя не всегда складываются отношения с детьми и родителями, указывал на сложность его характера, склонность к конфликтам. Подтверждения были налицо - помимо отдельных жалоб родителей имелось и коллективное требование родителей одного из классов сменить учителя.
Само собой, директор захотел уволить жалобщика. Кому приятно иметь среди подчиненных всем недовольного кляузника?
Уволить рядового учителя не так-то просто. Это можно сделать лишь после нескольких вынесенных подряд дисциплинарных взысканий. Поводы для взысканий были, и директор не стал проявлять снисходительности, но учитель все дисциплинарные взыскания опротестовывал в суде. Вместе с тем он решил сменить оборонительную тактику на наступательную - фактически объявил войну директору и тем самым всему коллективу. Начиная с 2013 года школа беспрестанно подвергалась проверкам различных контролирующих органов от санэпидемстанции до Рособрнадзора. Все проверки проходили благополучно, но отнимали силы и время многих педагогов, отвлекая их от выполнения прямых обязанностей.
В школе нет человека, который бы поддерживал учителя в его конфронтации с руководством. Даже изначально доброжелательно настроенные к недовольному руководством учителю коллеги - это в основном те, кто начинал работать в одно время с ним - просили непримиримого борца остановиться. Не ради директора - ради спокойствия коллектива. Но все тщетно. Все в школе и даже в управлении образования прекрасно видели, кто является источником нестабильности и напряжения, но сделать ничего не могли. Оказалось, что коллектив должен терпеть и покориться одному человеку, возомнившему себя Наполеоном, а не тварью дрожащей. Именно он и стал главным человеком.
Вы скажете, что это клиника. Не может адекватный человек так себя вести. Но диагноз невозможно поставить без психиатрического освидетельствования. Но направить работника на экспертизу руководитель не вправе. Это могут сделать лишь органы правосудия по заявлению родственников или по решению суда. Осмотр, который проходят педагоги, чисто формальный.
Директор тем не менее предпринимал попытки что-то сделать в данном направлении. Им была составлена подробная характеристика, которая потом послужила поводом к еще одной судебной тяжбе, ибо учитель посчитал ее «фактом распространения сведений, порочащих его честь и достоинство». В суде его иск был частично удовлетворен, поскольку любая служебная характеристика признается судом «фактом распространения сведений». В общем, это был неверный ход директора, поскольку лишь усугубил ситуацию. Борец еще больше ожесточился.
Можно ли в этой ситуации осуждать директора? Ведь он пытался как-то решить конфликт, помочь коллективу. Что делать, если рычагов у него очень мало и трудовое законодательство целиком на стороне учителя? Учредитель тоже никак не вмешивался в ситуацию, поскольку признавал себя неправомочным решать такие вопросы, хотя профсоюз, учителя и родители не раз обращались к власти помочь им защитить школу и директора от нападок одного учителя. В своих обращениях они называли вещи своими именами, квалифицируя действия коллеги как «террор».
Но ничего не помогало. В конце концов количество жалоб превысило все мыслимые нормы - необходимо было что-то предпринять, поскольку теперь уже тень падала на самого учредителя. Если из одной точки идет столько жалоб, это свидетельствует о том, что учредитель плохо справляется со своими обязанностями. И вот власть нашла самое легкое и простое решение - уволить директора, раз с жалобщиком ничего не получается сделать.
И вот директору успешной (но в то же время проблемной) школы предложено написать заявление по собственному желанию - гуманное предложение, согласитесь? Поскольку он отказался уйти тихо и мирно, было решено применить статью 278 п. 2.
Формальной причиной послужила проверка, проведенная по очередной жалобе учителя. Факты, в ней изложенные, якобы «нашли свое подтверждение».
А история заключалась в неправильно оформленных страницах в классных журналах одного из предметов. Один из педагогов, уволившийся по состоянию здоровья в начале декабря, уходя, не заполнил журнал. Когда это обнаружилось, он был вызван в школу. Его попросили сделать в журнале недостающие записи. Он понял просьбу по-своему и на основании своего поурочно-календарного плана заполнил страницу в журнале до конца полугодия. Это увидели не сразу. Записи были признаны недействительными, по мнению комиссии управления образования, слишком поздно. Именно это «служебное преступление» послужило причиной «утраты доверия директору» и привело к решению о досрочном расторжении с ним трудового договора.
Учителя, коллеги, профсоюзные активисты и родители - все откровенно удивлялись несоразмерности наказания. В соответствии со статьей 192 Трудового кодекса РФ за ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, причем при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Так как за директора вступились единодушно и родители, и коллектив, и профсоюз, власть, применившая статью «без объяснения причин», была вынуждена объясниться с коллективом и общественностью. «Кто пострадал в результате так называемого подлога? Дети? Родители? Коллектив? Учебный процесс? Бюджет города?» - об этом спрашивали возмущенные родители. Всем было очевидно, что пострадавших в этой ситуации не было. Незаконных денег за якобы отведенные часы не получил никто: ни уволившийся учитель, ни администрация, ни тем более сам директор. Почему же невнимательность (халатность) администрации школы возводится в степень и преподносится как страшное служебное преступление? Почему учредитель не ограничился дисциплинарным взысканием и штрафом?
Учителя и родители не просто намекали, но прямо говорили учредителю о том, что увольнение директора - самый удобный способ погасить давний конфликт между школой и учителем. Уволить жалобщика трудно, справиться с директором гораздо проще. Но - об этом все говорили тоже открыто - со сменой руководства учитель утихнет лишь на время. Он и дальше будет бороться за свои права, потому что борьба стала смыслом его жизни. Есть лишь один способ его обезвредить - сделать его директором. Абсурд? Но это единственное решение, которое его устроит...
Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно. Я искренне сочувствую всем героям этой неприятной истории. В первую очередь учителям. Но и директора мне жаль, хотя я вижу, что им допущены тактические ошибки. И учредителю я тоже сочувствую. Чиновник подчиняется не этике, не совести, не своему сердцу. Его главный начальник - приказ, циркуляр, даже если он абсурдный.
Остается только сожалеть, что система управления, действующая в сфере образования, не позволяет иначе - справедливо, разумно и грамотно - разруливать такие ситуации. И страдают от этого больше всего дети. Будут ли уроки качественными, а общение с педагогами сердечным и радостным, если учителя постоянно на взводе, если они в страхе ждут очередную проверку и постоянно внутренне готовятся к удару? Какое-то время люди могут противостоять негативу, но долговременную войну никакая нервная система не выдержит.
Вот и получается, что в школе главный тот, кто возомнил себя самым достойным.

Все в школе и даже в управлении образования прекрасно видели, кто является источником нестабильности и напряжения, но сделать ничего не могли. Оказалось, что коллектив должен терпеть и покориться одному человеку, возомнившему себя Наполеоном, а не тварью дрожащей.

Остается только сожалеть, что система управления, действующая в сфере образования, не позволяет иначе - справедливо, разумно и грамотно - разруливать такие ситуации. И страдают от этого больше всего дети.

В конце концов количество жалоб превысило все мыслимые нормы - необходимо было что-то предпринять, поскольку теперь уже тень падала на самого учредителя. Если из одной точки идет столько жалоб, это свидетельствует о том, что учредитель плохо справляется со своими обязанностями. И вот власть нашла самое легкое и простое решение - уволить директора, раз с жалобщиком ничего не получается сделать.