- Вы к кому? - интересуется охранник.
- К своему детству, - отвечаю, не будучи уверенным, что этой рекомендации будет достаточно для пропуска.
- Проходите...
 В коридоре двери нового образца ведут в классные комнаты, на стенах развешаны рисунки школьников, за витринами радуют глаз почетные грамоты и кубки.
Перемены разительны. Нет печей, которыми отапливались этажи, нет тех обшарпанных стен, привести которые в порядок просто не хватало средств. Шел первый послевоенный учебный год, были живы в памяти очереди за хлебом, ночи без освещения, магазины без товаров первой необходимости.
...Звонок на перемену всколыхнул застоявшуюся на уроках тишину. Почти одновременно распахнулись все двери классов, школа наполнилась гомоном.
- Вы к директору?
- Нет, я сам по себе...
- В чем-то надо помочь?
- Спасибо, я в школе свободно ориентируюсь...
В наше время гостей умела останавливать уборщица тетя Поля:
- У нас не место для гуляния...
Блюститель порядка иной раз и педагогам делала замечания по поводу грязи, нанесенной с улицы, голой шеи в ненастную погоду, синяков под глазами из-за недоедания и недосыпания.
В тот послевоенный учебный год не было решеток на окнах первого этажа, длинных очередей в школьный буфет. Маленькая булочка и стакан чая выдавались всем ученикам младших классов. Не каждой семье случалось видеть на столе такое лакомство: хлеб выкупался по продуктовым карточкам.
Директором школы работал Павел Иванович, бывший фронтовик, незадолго перед тем снявший офицерские погоны. Всегда подтянутый, спокойный, рассудительный, любые вопросы умел решать без повышения «командирского» голоса. Все его боевые и трудовые награды - вот они, на стенде, посвященном Павлу Ивановичу Котельникову. Педагог по образованию, он преподавал историю.  Две его дочери учились в нашей школе. Надя - в одном со мной первом классе. С ней легко было дружить, доверять «первоклассные» тайны, шалить вместе с другими и отвечать за них наравне с провинившимися.
После уроков, а учились начальные классы в первую смену, ходили в госпиталь, устраивали концерты перед ранеными бойцами и командирами, делились с ними конвертами и карандашами, деньги на которые зарабатывали сами. Как зарабатывали? А обыкновенно! Собирали макулатуру и металлолом, сдавали в аптеку листья крапивы, одуванчика и подорожника.
 Не слышал во время учебы, чтобы кто-то из ребят попадал «на карандаш» милиции. Не все отцы вернулись с фронтов, но городские власти не оставляли без внимания детей, обиженных судьбой. Без назойливости занимали бесплатно спортом, вовлекали в бесплатные кружки по интересам.
Насколько помню, в школе не было уроков Мужества. И бывшие фронтовики, как и ветераны тыла, не выступали перед учениками. Да и зачем, если дети сызмальства знали, что такое война и сколько стоит мир во всем мире.
Нынче кое-кто забывает, чего нам стоила победа над фашистами, а нам нечего было забывать, все видели своими глазами. И мы запомнили на всю жизнь, как наша учительница Валентина Ивановна начинала уроки нового дня:
- Сегодня Наташа Сергеева на занятия не придет. Семья получила вчера похоронку. Умер отец Наташи в госпитале после тяжелого ранения.
- Вчера пришло запоздалое извещение о гибели брата Веры Кудрявцевой, ее я отпустила с уроков...
- Смотрите, какие они есть гитлеровские захватчики, - говорила нам Валентина Ивановна, когда конвойные проводили по улицам нашего заштатного города немцев из лагеря для военнопленных на строительно-восстановительные работы. Сначала лысьвенцы смотрели на пленных немцев как на прокаженных:
- Чести много, чтобы обращать внимание на поганцев, - говорила Валентина Ивановна, - так будет с каждым, кто посягнет на нашу свободу и независимость, попомните мое слово, дети.
Сама она, потеряв на войне любимого, осталась верна его памяти. Очень трудную дорогу жизни прошла моя первая учительница Валентина Ивановна Васильева. Вырастила сына, взятого на воспитание из детского дома. Ушла из жизни, не будучи одинокой, две внучки с благодарностью вспоминают бабушку-учительницу, отдавшую ниве просвещения чуть меньше пятидесяти лет.
- История умалчивает о работе учителей того времени по воспитанию патриотизма, - рассказывают мне сейчас в музее юные следопыты. - На торжественные собрания приходили учителя и родители с наградами за ратные и трудовые подвиги. Так что говорить о мужестве и героизме народа не было необходимости.
- У нас немало свидетельств, - продолжали экскурсию по музею юные следопыты, - когда высокие награды получали мальчишки и девчонки в возрасте от двенадцати лет.
Почти о каждом человеке, прославившем свое имя замечательными делами, есть строки, украшающие биографию учебного заведения. И сегодня родная школа по праву в числе лучших.
Хожу, останавливаясь подолгу возле экспонатов и стендов. Портрет бывшего одноклассника Вовы Зворыгина, он не вернулся с полей сражения в Афганистане. Вот Витя Шишков с группой одноклассников - награжден орденом Ленина за спасение людей во время чернобыльской трагедии. Вот Светлана Черноброва на строительстве БАМа...
Десятки, сотни выпускников  школы проявили себя с лучшей стороны. Кто их учил мужеству? Кто спасал от плохого? Вовсе не охранники и решетки на окнах. Сама жизнь учила мальчишек и девчонок быть честными, совестливыми, нужными обществу людьми.
И то, что увидел на одном из стендов свой портрет с биографической справкой, не случайность, а закономерность. Меня научила труду, ответственности, порядочности родная школа в то далекое послевоенное время.

​Юрий УТКОВ, член Союза российских писателей, Екатеринбург