Осенний этюд

Вселенский живописец брызнул
краской,
Что соками земли напоена...
Алеющей зарей вдруг вспыхнула она,
Лазурью озера сверкнула, словно
в сказке.
Осколком солнца свод небес чертя,
Он бросил вдруг его в глаза прохожим -
И засмеялся - резвое дитя:
Глаза блеснули осенью погожей.
Причудливой фантазии полет
Слил озеро и воздух воедино:
Вот облака в воде вздыхают дивно,
И в небе яхта белая плывет.
Печаль и смех соединятся в чуде,
Улыбка светлая и увяданья стон...
Мазок ярчайший и спокойный тон
Соседствовать в картине этой будут.
Смятенных чувств безумный карнавал -
Божественной красы упрямое
веленье...
Чудесной осени прекрасное виденье
Вселенский живописец набросал.


Детские глаза

Как я люблю вас, детские глаза!
В вас столько доброты, и дерзости,
и ласки,
В вас столько озорства, лукавства,
сказки...
Как я люблю вас, детские глаза!
Как я люблю ваш ясный, яркий свет!
Такой глубокий, чистый и правдивый,
Такой немного грустный, дивный
и счастливый...
Как я люблю ваш ясный, яркий свет!
Пусть мирный свет не покидает вас!
Пусть солнце в вас всегда, смеясь,
играет,
Блестит, лучится, радостно сияет...
Пусть мирный свет не покидает вас!


Четыре сестры
Господь явил нам четырех сестер:
Над всеми нами Истина сияет...
Любовь и Красота не умирают,
Когда с Добром вступают в разговор.
Чья жизнь сияет Истинным Добром?
Любовной Красотой чья расцветилась
доля?
И на кого сошла Господня воля
Быть светочем на поприще земном?
Храни же в сердце четырех сестер,
Но для людей быть идеалом не пытайся.
Дружить со всеми сестрами старайся,
В душе зажги божественный костер.


Игра в камешки

В слова люблю, как в камешки, играть,
Подбрасывать их вверх, перебирать,
Соединяя с мыслью вдохновенной,
Я не даю им быстро умирать.


Ум и смерть

Глупец спросил однажды мудреца:
«Зачем Вам ум в преддверии конца?»
Тот отвечал: «Чтоб в смерти быть
разумным
И отличаться этим от глупца».


Убийца

Как говоришь и мыслишь - оглянись,
В делах, словах и думах подтянись...
Убийца тот, кто словом убивает,
Но трижды - тот, кто убивает мысль.


Гвоздь

Глубоко мысль во мне, как гвоздь,
сидит,
Когда хаос в сознании царит:
«Ко всем приходят глупые мыслишки,
Их только умный вслух не говорит».

Владимир ФЕДИН,
учитель русского языка и литературы школы №1125

Когда-нибудь всех тех,
с кем мы простились...

Когда-нибудь мы встретим в той стране
Всех тех, кто в осени,
как листья растворились,
Когда-нибудь всех тех,
с кем мы простились,
Пусть кто-то соберет в букете на окне,
Чтоб их сердца, как прежде,
с нами бились
Букетом желтых листьев, пусть во сне.
Я так хочу, чтоб мне они приснились...
Охапкой желтых листьев...
Пусть во сне...


Плачет снежная королева...

Плачет снежная королева
в королевстве кривых зеркал,
Беззащитная, слабая, нежная,
покидая свой тронный зал.
Просто женщина, просто плачет:
почему так не повезло?
Потому что ты королева,
а вокруг суета и зло.
Плачет снежная королева
от предательства и обид,
Плачет снежная королева,
растеряв свой надменный вид.
Чьи-то злоба и равнодушие
из засады так больно бьют,
Предают почему-то лучшие,
и не лучшие предают.
Плачет снежная королева,
ей так шел серебристый смех.
Плачет снежная королева,
обижаясь на все и всех.
И не льдинки, а жгучие слезы
на щеках оставляют след,
Просто женщина горько плачет,
зябко кутаясь в теплый плед.
Просто женщина, просто больно,
просто хочется все забыть,
Наконец-то вздохнуть спокойно
и опять королевой быть.
Горечь слез на губах остынет,
в душу снова придет покой,
И печаль, как волна, отхлынет
от тебя, но уже другой.


Как жить, не прощая?

Случайное слово, сорвавшись нелепо,
Бьет снова и снова жестоко, свирепо.
Как дым сигареты в купе некурящем
Всех сводит с ума ароматом
смердящим...
И долго звучит оголенное эхо,
Лишая надежды, любви и успеха,
Сквозь слезы смеюсь, щеку вновь
подставляя,
Случайное слово... Как жить,
не прощая?


Февраль

Февраль не сдержан: то вспылит
метелью,
То разрыдается капелью на всю ночь,
Расплещется по небу акварелью,
То вдруг нахмурится и краски
гонит прочь.
Февраль изменчив и страстям
подвержен.
Его томит в душе предчувствие весны:
То плачет, то смеется, то рассержен,
То лгут глаза, то искренне честны.

Виктор КУЗЬМИН,
учитель физической культуры школы №1133

***
Кто от судьбы не требовал поблажек
Ни тысячи, ни сотни, ни одной,
Кто был отпущен в муках на покой -
Ты помнишь их, озябший Сивцев
Вражек?
Прикрывший ночь рассветной пеленой.

Ты, особняк ампирного декора,
На опустевшей четной стороне
Расскажешь мне о мире и войне,
Припоминая графа и комкора,
Не извлекая прошлого извне.

Твои дома доходные, жилые,
Что скрыли от пылающей души,
О чем молчат подъезды, этажи,
Квартиры, антресоли той России,
В которой все мы только миражи.

***

Мело, мело по всей земле...

Борис Пастернак

Сугробов стройная гряда
Легла намедни.
Застыла в Яузе вода
И день последний.

Москве нет дела до молвы -
Морозы внятней.
Ветра кочуют, как волхвы
Над голубятней.

Соединились все миры
Смиренно, хрупко,
И ждет от голубя дары
В тиши голубка.

Под елью крохотный Христос,
Прижавшись к маме,
Объятья первые вознес
Над куполами.

Симоново

Мой город колоколен
В преддверии весны
Просолен, неспокоен,
В нем улицы грязны.

Обмяк покров вчерашний
На древней слободе,
В бойницах древней башни,
На скованной воде.

А в храме у светильни
С покрытьем аналой.
Покойно, тихо, пыльно...
И мощи пред стеной.

Молитвами Осляби
Здесь каждый обогрет,
Здесь оседают хляби,
И грозен Пересвет.

И под резным покровом
Две схимы, Русь одна,
Как в поле Куликовом
Затворникам верна.

***
Не помня леденящего ущерба,
И как враждует сивая пурга,
Взирая на кармазые снега,
Цветет у Новодевичьего верба.

С молитвами торговые старухи
На рынках, у метро, на площадях
Соцветьем белым изгоняют страх,
И от гордыни вымирают духи.

Я видел, стоя от людей в сторонке,
У храма, возле самого крыльца,
Как оживил могучего слепца
Заезжий плотник, сидя на осленке.

Александр ОРЛОВ,
учитель истории школы №1861