Нельзя сказать, что учителя испытали установленную директором меру радости. Но признали факт встречи с родителями как неизбежную часть работы в школе. Здесь их директор убедил.
Главным утешением для учителей была возможность вплотную заняться воспитанием родителей двоечников и прогульщиков. «Вот уж мы им все скажем», - думали учителя. И перспектива сидеть на работе до 9 вечера не казалась им уж такой мрачной.
И вот родители пришли. Их было немного, и они жались не только к стенам школьных коридоров, но и друг к другу. Это было безопасно, поскольку родители двоечников и хулиганов как один не пришли.
До вечера досидели не все. Физрук подумал, как обычно, что к нему вопросов быть не может. Только благодарность со слезами на глазах (что неправда: допоздна разъяренная мамаша Стебенкова искала физрука, чтобы спросить, почему он назвал ее девочку толстой). Зато до победного отсидела учительница музыки. Родители удивились, что и такой предмет есть в этой парадоксальной школе. Но в табели о рангах детских предпочтений музыка занимала самую нижнюю строчку, училке улыбались, но обходили стороной.
Родительский день шел своим чередом. Очереди к русистам и математикам заканчивались. Стебенкова, отчаявшись найти физрука, беседовала с музычкой.
Директор продолжал радоваться. Учителя с трудом привыкали говорить про успехи, потому что о неудачах рассказать было особо некому.
И это была главная радостная удача дня, плавно перешедшего в поздний вечер...