К сожалению, про это письмо узнала не только вся страна, но и весь мир. А ведь эта серия была плодом огромных усилий большого числа замечательных людей. Среди обвиненных книг учебники и научные издания по логике и экономике, по психологии и социологии. Среди их авторов и действующие, и ушедшие от нас выдающиеся российские ученые из Академии наук, Московского университета, других вузов страны.
Как профессиональному педагогу мне хочется верить, что это письмо не сознательный удар по нашему образованию, а ошибка, связанная с недостаточным знанием предмета. Во-первых, оно свидетельствует о слабом знании Конституции Российской Федерации, в 13-й статье которой записано: «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Во-вторых, возможно, в окружении автора письма даже не предположили, что такое письмо является прямым оскорблением десятков замечательных деятелей науки и культуры, чьи работы опубликованы в этой серии. Оно является и оскорблением памяти великого нашего ученого - одного из создателей ракетно-космической отрасли Б.В.Раушенбаха, который был председателем правления фонда «Культурная инициатива», издававшего эту серию.
Мы, молодые специалисты, учились по этим книгам современной психологии, культурологии, философии. Конечно, это письмо, как и письма ретивых подчиненных господина Травникова, воспринимается нами и сотнями тысяч читателей этих книг как откровенное неуважение.
Увы, история нашей страны полна позорных страниц запрета, изъятия и уничтожения книг. Мы еще помним тех, кто выдворял из нашей страны Солженицына и Бродского, кто не давал поколениям советских людей читать Бердяева и Евангелие. Но эта же история показывает и то, что «рукописи не горят», что книги, написанные «в стол», приходят к читателю. Поэтому многие мои коллеги (в том числе и авторы книг этой серии, являющиеся профессорами ведущих университетов страны) отнеслись к этой истории как к нелепой и даже смешной попытке обратить историю вспять. Действительно, как специалист по образовательным ресурсам могу с уверенностью сказать, что новое поколение найдет возможность прочитать эти книги, под какой бы нож их ни посылали. Более того, указания такого рода лишь провоцируют интерес к этим книгам.
Однако мне эта ситуация смешной не кажется, поскольку вижу риск того, что этому письму подчинятся руководители образовательных и культурных организаций, что найдутся безответственные и невежественные чиновники, которые захотят выслужиться и запретить книги Сахарова или Лихачева, а то и Бунина с Булгаковым. К сожалению, такие случаи происходят в некоторых регионах все чаще.
Конечно, такие неприятные истории не остановят читателей, но они позорят нашу страну. Они дают повод недоброжелателям России говорить не только о возвращении цензуры, но и о неуважении нашем к собственной культуре.
Думаю, что всем нам, кто работает в образовании, нужно не мириться с подобными указаниями, надо делать их достоянием гласности. С нами Бахтин, Ильин, Флоренский... с нами великие книги и живая мысль, поэтому у нас нет выбора - придется защищать нашу науку и культуру, не давать ее в обиду невежеству и мракобесию.   

Исак ФРУМИН, профессор, заслуженный учитель РФ