Поле чудес на Красной площади
Это было почти тридцать лет назад. После публикации манифеста «Педагогика сотрудничества» на страницах «Учительской газеты», где автор этих строк работал тогда журналистом, в редакцию посыпались письма, в первых строках которых стояло: «И у нас...»
И у нас точно так же, и мы разделяем эти идеи, и наш коллектив готов работать в духе педагогики сотрудничества. В каждом конверте ждал сюрприз - люди, не зная, как выразить свою признательность и поддержку авторам новаторского манифеста, изъяснялись на языке рифм, научных трактатов, эссе, делились фотографиями любимых учителей, рассказами о собственном опыте сотрудничества с детьми. В октябре 1986 года на редакцию газеты, словно бы заново воссозданной тогда редактором Владимиром Матвеевым, пролилось море учительской любви. Мы, журналисты, оказались в центре чуда, необъятного педагогического поля чудес среди проезда Сапунова, в двух шагах от пронзающих небо рубинов Красной площади. Откликов набралось четыре мешка - я лицезрел их ежедневно в узком и душном, как пенал, редакционном отделе писем - четыре туго набитых мешка с открытками, конвертами, телеграммами «Мы с вами!», «Так держать!», прислоненных вплотную к стенке, чтобы можно было пройти в кабинет. Почта впервые не поддавалась счету - по утрам сотрудники отдела писем с ужасом ждали почтальона и решительно не понимали, что им теперь делать: плакать от горя или плясать от радости. На выручку пришел писатель Симон Соловейчик, чьим пером написан манифест. Он попросил меня принести один мешок в кабинет Матвеева, и мы с Симоном Львовичем в четыре руки, читая друг другу письма вслух, выбирали лучшие для публикации. Что было, впрочем, совершенно невозможно, потому что каждое следующее вытянутое наугад письмо оказывалось ярче предыдущего.
Отклики, помнится, шли и из официального штаба идеологов застоя, Академии педагогических наук СССР. Это была, может быть, единственная, первая и последняя, в мировой истории схватка миллионного учительства целой страны со своими академиками.
«Что нового в вашем сотрудничестве? В чем открытие?» - недоумевали представители номенклатурной педагогики, дублируя второй экземпляр своего недоумения для ЦК КПСС. О, это было еще одно чудо: газета (учитель, народ) победила в неравной борьбе! А главный редактор Владимир Матвеев тяжело заболел. Большой дом отправил его в многомесячную командировку на радиоактивную Брянщину вскоре после Чернобыльской аварии. «Лично для себя» он успел добиться лишь того, чтобы отравлявший чистые воды детства «целлюлозно-бумажный комбинат» АПН СССР был на демократических началах реорганизован в нынешнюю РАО - Академию образования.
И вот нет Матвеева, нет Соловейчика. И уже нынешние молодые, открывая вечера воспоминаний, просят не делать из Матвеева героя, потому что, дескать, тогда всех журналистов гурьбой отправляли поднимать местные СМИ на облученные земли. Да и вообще вы, что ли, Матвеева не знаете? Лез на рожон, меры не знал, джентльменского конфиденциального контракта, заключенного с ЦК КПСС, не соблюдал, за что и поплатился. Неэффективный, словом, был менеджер. И вся эта ваша педагогика сотрудничества блеф, типично советская муть, романтизм, пропаганда. В чем, собственно, состоит открытие учителей-новаторов?
Спокойно, читатель. К злобе, агрессии, насмешкам раздраженных критиков новаторская педагогика сотрудничества привыкла с первых дней существования, она их легко переживет, ведь у нее в запасе вечность. Другое дело, что каждое новое поколение, читая этот манифест, будет толковать его по-своему, в своем ключе, распознавая в радиоактивной ярости бунтующих гигантов педагогики все новые подсказки и подтексты, грани, смыслы и прозрения - для собственного творчества.
Вот, например, мое скромнейшее прочтение этой бессмертной рукописи. У человека немало потребностей - в еде, тепле, свежем воздухе, защите и т. д.; физические, культурные и пр. Открытие манифеста новаторов в том, что среди основополагающих духовных нужд и устремлений индивидуума они выделили эту - потребность в сотрудничестве. Она задана природной разностью людей - Бог создал их непохожими, чтобы всегда тяготели друг к другу. Чтобы вокруг другого - друга! - и вращался мир. Противоположности должны не только ненароком сталкиваться, но и осмысленно встречаться, разговаривать, дружить, сотрудничать, обмениваясь силами, углами зрения, талантами, прелестью доброй приязни к миру и друг к другу, находя самую главную радость и смысл бытия именно в этом, но...
Но (в этом и величие, и драма гениальной «Педагогики сотрудничества») - НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ!!! Не работает манифест, перепечатанный в Пекине, Будапеште, Праге и Сиэтле, снискавший мировую славу и признание, собравший под одну обложку золотую россыпь лучших приемов, методик и системных практик самых тучных в истории советской педагогической эпохи лет. А почему?
Это и следовало бы давно уразуметь несметным его толкователям, а также продолжателям, и прежде всего тем из них, кому дороги имена и дело авторов крупнейшего педагогического проекта ХХ века. Надо понять наконец, почему не работает. Через год документу третий десяток пробьет - пора бы уж собраться с мыслями.

Новаторская педагогика: ремейк
Вместо этого, однако, творится нечто несусветное. В ряде изданий с незначительной разницей во времени перепечатывается так называемый манифест «Гуманистическая педагогика: XXI век». Его подписали ни много ни мало два академика Российской академии образования, один советник министра образования и науки РФ, два бывших заместителя министра образования РФ (второй из них все тот же академик РАО), один член Общественного совета Министерства образования РФ, два столичных профессора, ну и так далее.
Кем, к слову сказать, были педагоги-новаторы за день до выхода в свет отчета об их знаменитой встрече в Переделкине? Никем. Героями отдельных очерков С. Соловейчика, которых могли вытурить из школы в два приема. У них за душой не было ни книг, ни должностей, ни званий, ни наград, ни собственных школ, ни, в общем-то, особых видов на продвижение в жизни. При всем том, однако, это были личности, которых благодаря концертной студии «Останкино» вскоре зауважала вся страна.
Другой вопрос: кем, какими предстают перед нами люди, подписавшие новую версию документа, когда-то перевернувшего педагогический мир.
Кто-то трудился ведущим специалистом по образованию Московского представительства Всемирного банка, реструктурировал сельские, а затем и городские школы.
Кто-то активно работал над обновлением кадрового потенциала профильной академии и министерства. Честно завел в Интернете свое СМИ, где регулярно появляются интервью с людьми, которым он искренне симпатизирует. Люди рассказывают о наболевшем, о трудностях выбивания денег из казны.

Снова в поход - Синяя птица зовет!
В писаной белым стихом преамбуле «Этюды оптимизма» (почти по доктору Мечникову), снабженной эпиграфом из Мориса Метерлинка («Мы длинной вереницей идем за Синей птицей») и предваряющей публикацию манифеста-2015 в «Учительской газете», наш добрый герой оплошно путает... К.Маркса с Эрихом Фроммом. Вы не ослышались, увы. Именно идеологу коммунизма принадлежит максима, которую оптимист со стажем и любитель синих птиц приводит в следующей, мягко говоря, не совсем точной транскрипции: «Лучше быть многим, чем обладать многим». В действительности выдающийся немецко-американский философ в своей знаменитой книге «Иметь или быть» излагает все-таки несколько другую мысль. «По Марксу, - пишет Фромм, - роскошь - такой же порок, как и нищета; цель человека быть многим, а не обладать многим».
Ну да не об этом речь. Забавно другое: ничтоже сумняшеся причисляя автора совсем другого манифеста (близкого приятеля Ф.Энгельса) к «великим гуманистам», наш несколько заплутавший теоретик вполне серьезно утверждает, что не кто иной, как А.С.Пушкин на пару с Карлом Марксом изобрели (цитата) «одно из самых трудных ремесел на Земле - Ремесло Гуманистики» (авторская орфография соблюдена в неприкосновенности. - А.З.).
И далее от имени товарищей по манифесту приглашает читателей «Учительской газеты», отложив ненадолго пухлые папки с тестами, мониторингами, справками и прочими недостойными Человека Высоких Начал бюрократическими пустяками, отменив рутинную подработку по вечерам с очередным непроходимым Митрофаном, вместе отправиться (прошу прощения, снова цитата) «на поиски ответов на вопросы «зачем?» и «ради чего?», мы осмеливаемся Быть Учителями, отстаивающими право Каждого на Самостояние, Разномыслие и Достоинство в эпоху вечных перемен».
Новый виток охоты на пернатых можно объяснить и с этой стороны: денег на ремейк сомнительных экспериментов больше не дают. С другой стороны, все теснее подступают шеренги марксистов новой генерации, очень конкретных, с хорошо накачанными политическими бицепсами и реальными финансовыми рычагами под рукой. Выросшими за годы, пока кто-то бурно имитировал и медитировал. Вот почему (еще одна причина) снова поет труба.
«Почти через 30 лет после выхода «Педагогики сотрудничества» мы, авторы манифеста, собрались в Сети, чтобы вместе подумать (...)» - так начинается их сказ о гуманизме XXI столетия. То есть сотрудничали над документом виртуально. Но тогда зачем им вообще школа? Пусть там, где собрались, и остаются.

Ложь, фарисейство, безнаказанность
...Глубокой осенью 1986 года ваш покорный слуга, Владимир Матвеев и Симон Соловейчик втроем возвращались на электричке из Клина в Москву с большой региональной конференции учителей в поддержку только что опубликованного в нашей матвеевской газете манифеста «Педагогика сотрудничества». Счастливые глаза людей, простые, незаготовленные речи, порывистые непритворные рукоплескания остались где-то в заоконной мгле ноябрьских сумерек. Внутри пустынного безлюдного вагона было как-то тускло, грустно - ни тебе газет, ни радио. При таком раскладе обсуждали все на свете, в частности, кто что прочитал в периодике. Дошел черед и до Симона Львовича. На днях, говорит, в «Литературке» вычитал, буквально выудил из текста три главных слова, которые объясняют все, положительно все, что происходит в нашей стране. Мы навострили слух. «Эти три слова знаете какие? Ни убавить ни прибавить». Снова значительная пауза. «Пожалуйста: ложь, фарисейство, безнаказанность!» Сима победно поглядел на нас. Помню, Матвеев аж прицокнул языком от точности услышанного, повторив губами беспощадно снайперский диагноз...
...Годы идут, друзья уходят, поколения волнами сменяют друг друга на песке времен, но следует признать, что те три заветных слова остаются для России в силе: они по-прежнему все объясняют.

Работа над легендарным манифестом шла в режиме «орлятского огонька»


Виктор ШАТАЛОВ, народный учитель СССР, профессор Донецкого института социального образования:

- Прекрасно помню те октябрьские дни 1986 года. Это было в подмосковном Переделкине, на даче писателя Анатолия Рыбакова, где жил тогда Симон Львович Соловейчик... Я помню даже, кто, где и как сидел - Амонашвили, Лысенкова, Борис и Лена Никитины, Караковский, Волков, Щетинин. Наша могучая кучка.
Работа над документом продолжалась два полных рабочих дня. Строилась она по принципу мозгового штурма, суть которого состояла прежде всего в полном отсутствии критики выступавших. «Здесь собрались единомышленники!» - неустанно повторял главный редактор Владимир Матвеев, и все споры тотчас гасли.
Нехоженая дорога. Сбить с тропинки очень просто и очень опасно. Поэтому тактичный Симон Львович то и дело остужал наш пыл: «Не критикуйте - дополняйте!»
Говорили по кругу: слово предоставляли в той очередности, в которой мы сидели - на диване, в креслах, за столом. Особо отмечу мощный вклад в работу над отчетами новаторов Владимира Федоровича Матвеева. Не считаясь ни с временем, ни с другими затратами, снова и снова собирал нас вместе. Деликатно, тонко, но настойчиво проводил внутри нашей группы идею сотрудничества. Он беззаветно верил в успех нашего дела и вдыхал эту веру в нас.

Педагогические сказки про МММ

«Во многих сказках про бесталанного Иванушку-дурачка счастье приходит к нему неисповедимыми путями не как награда за серьезный труд, а либо за «просто так», либо за небольшую услугу вроде отпуска на волю пойманной щуки. Вершиной желания добиться успеха и стать счастливым, не особенно при этом напрягаясь, могут служить русские сказки про Емелю. «По щучьему велению, по моему хотению» сами колются дрова, сами идут ведра с водой, сама влюбляется в героя сказки красавица Василиса Премудрая», - рассказывает известный психолог, доктор педагогических наук, профессор Валентин Петрушин.
Безоглядной верой русского ума в чудесное, изумительное, небывалое (вроде Синей птицы, МММ или чудо-ЕГЭ), заменившей многим людям веру в себя, в законы экономики и нравственности, филигранно пользуются представители самых разных политических течений и расцветок. Тонкие знатоки потаенных струн души и чаяний народных. И, увы, небескорыстно.