- Вячеслав Алексеевич,  как родилась идея создания такой непростой книги?
- Так получилось, что за свою жизнь я побывал в доброй сотне стран и  как ученый, и как американист по образованию и диссертациям, и как человек, стажировавшийся и преподававший в США, и как  парламентарий, входящий в большое количество межпарламентских организаций, и  как исполнительный директор, а затем и председатель правления фонда «Русский мир», который занимается распространением русского языка и культуры по планете, и  как председатель Российского национального комитета по исследованию проблем БРИКС -объединения пяти крупнейших развивающихся экономик - Бразилии, России, Индии, Китая, Южной Африки, - и как  руководитель российской делегации в АТССБ - Азиатско-Тихоокеанском совете сотрудничества по безопасности, куда входят 27 государств АТР.  В каждой из этой сотни стран я разговаривал с многими людьми - от глав государств и министров до таксистов и официантов, читал местные газеты, если мог их понять,  издаваемые там книги, знакомился с музеями и культурными памятниками, старался вникнуть в склад ума, взгляд на мир, разобраться в истории этих государств и цивилизаций, к которым они принадлежат. В результате я смог сделать некоторые выводы:  мы привыкли смотреть на мир с одной точки зрения - с позиции Запада и Севера, образование, которое мы получали, было, да и остается, северо- и  западоцентричным. После истории Древнего мира, где Востоку и Западу посвящали относительно одинаковое внимание, история в школьных учебниках оказывалась преимущественно отечественной и европейской. Слава богу, что хоть так: во многих странах зарубежную историю вообще не преподают. В курсах отечественной истории Европа доминировала: мы то от нее защищались, то пробивали в нее окно, то ее побеждали, то с ней интегрировались, то дезинтегрировались. Философия была западной или марксистской (то есть тоже западной). Политология или менеджмент очень часто оказывались калькой с американских и английских учебников, авторитетные эксперты по любым вопросам живут на Западе. Вечный вопрос русской интеллигенции: а что скажет Европа? Главный идеологический водораздел - мы Запад или нет, входить в него или нет. Я сам побывал во всех странах Европы и Северной Америки, прежде чем начал плотно интересоваться другими частями света.
- Но ведь закономерно, что Запад играл и продолжает играть ключевую роль в истории человечества?
- Что и говорить, Запад очень важен. Это единственная цивилизация, которая наложила свой отпечаток - в основном через завоевания, но не только - на весь мир. Но есть и остальное человечество, о существовании которого мы мало задумываемся. Средства массовой информации - главные источники знаний в современном мире - не помогают, поскольку редко сообщают хоть что-то о событиях, странах и континентах, которые не вписаны в систему национальных стереотипов. Помним ли мы, что человек, земледелие, цивилизация, государства, города, письменность, мировые религии, основы науки - все это родилось не на Западе, а на Востоке? И если не считать два последних столетия,  основные центры мирового развития и экономики тоже располагались не на Западе.  Задумываемся ли хоть на миг о процессах в странах, где сегодня живет гораздо больше людей, чем в России, скажем, в Индонезии, Нигерии, Пакистане или Бангладеш? Слышим ли мы хоть что-то о войнах в Африке, уносящих сейчас жизни тысяч людей ежедневно? Да и свою собственную страну знаем куда как слабо. Николай Гоголь поражался: «Велико незнание России посреди России. Все живет в иностранных журналах и газетах, а не в земле своей».
- Понятно, что вы решили в какой-то мере ликвидировать незнание  россиян об окружающем их мире, но мир огромен и разнообразен, чему  же по большому счету посвящена ваша книга?
- Она о нашей планете Земля, населяющих ее народах, об их нациях, государствах и цивилизациях, об их происхождении, корнях, появлении на арене истории, о причинах возвышения одних народов, создавших великие державы современности, и (меньше) - неудач тех, других, которые стали достоянием археологии давно или уходят в небытие уже в наши дни, о моделях государственности и факторах силы держав, их политических систем, характере лидерства, моделях взаимодействия власти и  подданных, о природе власти и ее концепций в мире, о роли экономики, политики, военной силы, личности, воли, идей, традиций, культуры во вращении шестеренок глобального сообщества. Моя книга  о восприятии мироздания, верованиях, политической культуре людей различных континентов, о том, откуда взялись национальные характеры, как (и почему) люди в  различных частях мира воспринимают себя, свою страну, свою идентичность, в чем видят свою самобытность, которую берегут. «Нациям нужны идентичности, - пишет известный в Индии историк Ромила Тапар (много ли вы знаете индийских ученых?) в книге «Прошлое как настоящее». - Они создаются из восприятий того, как развивалось общество... Настаивать на надежной истории - это больше чем просто педагогическая задача, учитывая деликатное взаимоотношение прошлого и настоящего». Книга о происхождении тех основных интеллектуальных, философских, религиозных течений, которые и сегодня структурируют мышление и всего человечества, и отдельных его частей, следует заметить, что их очень немного и возникли они в основном очень давно,  о том, на каком свете мы живем сегодня, какие центры силы и глобальные тенденции несут человечество вперед, а  оно неизменно идет исключительно вперед, даже когда прогресс не очевиден или налицо регресс, потому что время не остановимо и его нельзя повернуть вспять.
Я пишу о том,  как правительства, элиты, люди в различных странах видят развитие своих обществ, каковы особенности их экономических и социальных моделей, как на государственную политику влияют культурные стереотипы, как одни цивилизации и государства воспринимают  остальных, выстраивают с ними свои отношения, каково соотношение сил в сегодняшнем мире, каков удельных вес государств по основным компонентам могущества, какое место они себе отводят, как видят пути обеспечения собственных национальных интересов и национальной безопасности. Я рассказываю и о том, как единственная сверхдержава - Соединенные Штаты - расставляет фигуры на мировой шахматной доске,  об отношении к этому в других частях Земли. О том, что китайское руководство думает о Латинской Америке, бразильское - об Африке, южноафриканское - о России, российское - о мире ислама, страны мусульманского мира - о Европе, европейское - о Китае, китайское - о США, американское - об Индии, индийское - о Японии, японское -   о Латинской Америке.
Эта книга - попытка, уверяю вас, довольно поверхностного описания того, что представляет собой современный мир хотя бы в самых крупных его блоках - великих держав современности, центров цивилизационного притяжения. И ответа на вопрос, почему планета стала такой, какой мы ее знаем (или не знаем), это, безусловно,  попытка заглянуть в мир будущего.
- А что будет в будущем? Запад сохранит свою доминирующую роль?
- Современный мир возник не вчера. Человеческая цивилизация насчитывает несколько тысячелетий, множество великих империй и государств канули в Лету, немногие продолжились в современности. Но все эти цивилизации и государства - исчезнувшие и живущие - внесли свой вклад (большой или малый, очевидный или малозаметный) в создание того мира, в котором мы живем. Господство западной цивилизации началось пару веков назад - миг в истории - и, казалось, достигло апогея к концу ХХ века, когда широко праздновали «победу» в холодной войне и «конец истории» в связи с торжеством западных  ценностей.  Триумфализм, очевидно, проходит. Мир демонстрирует множество моделей развития, все больше учитывающих национальную, региональную, историческую, религиозную и иную специфику каждой страны. Центр тяжести мирового развития все больше перемещается с Запада на Восток, с Севера на Юг, из зоны развитых экономик в ареал развивающихся. Еще 30 лет назад на страны Запада приходилось 80% мировой экономики, сейчас заметно меньше половины. В 2014 году впервые с 1872 года Соединенные Штаты перестали быть крупнейшей экономикой планеты, вернув пальму первенства Китаю. В 2014 году ВВП западной Большой семерки - США, Япония, Германия, Великобритания, Франция, Италия, Канада - оказался меньше, чем у семерки крупнейших развивающихся экономик - Китая, Индии, России, Бразилии, Мексики, Индонезии, Турции. Все меньше сторонников у «вашингтонского консенсуса» с его идеей нерегулируемых (или регулируемых исключительно из Вашингтона) рынков.  Эпоха однополярности оказалась довольно скоротечной, история возобновилась,  мир устремился к большему разнообразию. Стремление к созданию сильных государств, как выяснилось, не сильно противоречит интересам демократического развития. Просто все меньше людей считают демократией или образцом для подражания то, что существует в США. Повсеместно в мире мы видим возрождение интереса к своим корням, к вере, естеству. Традиционализм, гордость за  наследие предков, национальную культуру, нравственные устои проявляются повсеместно, за исключением Европы, где храмы пустеют, растущее количество людей в мире демонстрируют религиозные чувства. Это видно по скачкообразному росту прихожан православных храмов в постсоветской России, толпам в буддистских пагодах  Китая или Японии, реисламизации мусульманского мира (что порой приобретает и радикальные формы). А Африка, Индия, Латинская Америка или Соединенные Штаты всегда были почти поголовно верующими.  Контуры нового миропорядка, как мне представляется, уже просматриваются, прежде всего в такой организации, как БРИКС, который начал существовать как виртуальная реальность, как перечень не связанных друг с другом быстро растущих экономик, но быстро обрел плоть и кровь как реальность политическая. Мягкое восхождение БРИКС не связано с насилием или гегемонистскими устремлениями. У каждой из пяти стран-цивилизаций свое уникальное место на земном шаре, культурные матрицы, взгляды на развитие и обеспечение безопасности. Но они считают само это разнообразие безусловным благом. Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка, в которых проживают 43% населения планеты, не склонны вмешиваться во внутренние дела друг друга, принимают партнеров такими, какими они сложились на протяжении столетий. Они сотрудничают поверх старых разделительных линий Восток - Запад или Север - Юг. Пятерка гораздо ближе к тому, чтобы демонстрировать образец «концерта цивилизаций», чем предсказанный Хантингтоном конфликт цивилизаций.   
- А  кто, на ваш взгляд, станет  дирижером, лидером в этом  концерте  цивилизаций?
- Лидерство в мире будущего окажется у тех, кто будет обладать не только преобладающей экономической и военной силой (что может совпадать, а может и нет). Перевес обеспечат качество лидерства, мораль, мотивация населения, государственные стратегии, политическая воля, способность предложить человечеству новую мечту. И самое главное - впереди будут те, на чьей стороне правда и справедливость.

Мнения по поводу

Наталья ТРЕТЬЯК, первый заместитель министра образования и науки Российской Федерации:

- Мы не можем представить человека образованного, но не знающего, не любящего и не уважающего историю своей страны, не знающего и не уважающего историю, культуру и традиции других народов, других государств. В этом плане книга «Код цивилизации. Что ждет Россию в мире будущего» очень важна и для нас. Она, уверена, станет своеобразным пособием не только для учителей истории и обществознания, но и для учителей литературы, всех остальных предметов, ведь воспитывать патриотизм, формировать гражданскую и национальную идентичность, формировать гордость за свою страну можно и на уроках математики, рассказывая о Лобачевском, на уроках химии, рассказывая о Менделееве.


Любовь ДУХАНИНА, председатель Комиссии Общественной палаты по развитию образования и науки: 

- Общественная палата Российской Федерации, Общероссийский народный фронт очень часто проводят различные исследования о том, что думает наша молодежь о том, как развиваются процессы в Российской Федерации, на каких принципах должна строиться система взаимоотношений граждан и общества,  молодые люди чаще всего называют два принципа - правда и справедливость.  У современных мальчишек и девчонок есть серьезный вопрос, как будет выглядеть Россия в будущем, в какой России предстоит им жить, поэтому сегодня  один из вызовов в системе воспитательной работы, в системе образования - попытка ответить на вопрос,  каков будет миропорядок и кто будет лидерами этого миропорядка. В книге «Код цивилизации. Что ждет Россию в мире будущего?»  думающий школьник, думающий студент сможет в попытках поиска самого себя, в попытке самоидентификации найти некоторые ответы на возникающие вопросы. На мой взгляд, эта книга абсолютно современная и отвечает на вопросы, которые сегодня есть  у нашей молодежи.
У книги три ипостаси. Первая - это все-таки серьезный научный труд. Вторая -  ее можно использовать как учебник для студентов, что обучаются по программам и магистратуры, и бакалавриата. Третья  ипостась - это просто очень интересная и познавательная книга для всех тех, кто интересуется историей нашей страны и прогнозом ее будущего.
Я хочу, чтобы книга как можно быстрее была доступна для всех наших ребят, чтобы мы обсуждали ее не только в научных аудиториях, но и в  молодежных клубах, на молодежных конференциях, среди молодых ученых, чтобы  ответы на вопросы, которые попытался  дать в своей книге Вячеслав Никонов, преломлялись в жизни каждого нашего человека.


Ефим ПИВОВАР, ректор Российского государственного гуманитарного университета:

- Книга Никонова посвящена студентам,  так указано в тексте, и это очень дорогого стоит. Я, как человек, который связан с историческим образованием, всегда считал и считаю, что образование -  очень важный футурологический проект, процесс, обращенный в будущее, поэтому, естественно,  с одной стороны, образование частично консервативно, так как общество хочет передать будущим поколениям то, что проверено,  прошло проверку временем, с другой стороны,  общество не хочет, как любое трясущееся над чадом старшее поколение, что-то испортить в представлениях молодежи о будущем. Конечно, все это инновационно, однако без инновационной части никакое образование не будет воспринято. Но тут есть ограничения: с одной стороны, старшее поколение не всегда попадает в точку, с другой стороны, подрастающее поколение не всегда воспринимает то, что ему хотят передать старшие. Когда  Вячеслав Никонов  говорит, что русский мир стал формироваться в начале XX века, я думаю, что это  не совсем все-таки так, потому что у нас были периоды начиная чуть ли ни с XVIII века, когда людей, оказавшихся вне пределов Российской империи, все-таки частично  рассматривали в Российской империи как часть русского мира. Мы не можем при этом выбросить  из этого поля, например,  Герцена. С одной стороны, российская цивилизация имеет свое прошлое, этапы формирования и будущее. Опыт нашей русскости показывает, что многие вызовы в прошлом были преодолены, и  этот опыт крайней важен. Но, бесспорно,  того же самого требуют и новые вызовы. При всех сложностях, которые показаны в книге, все-таки  есть возможность эти вызовы преодолеть, как цивилизация преодолевала вызовы в прошлом. Объективные стороны нашего существования, которые всегда  были в истории России, никуда не деть,  полностью переделать  географию никому не удавалось и не удастся.
Как ни парадоксально, русское зарубежье на протяжении уже, по-моему, 25 лет настолько активно изучают разные специалисты в нашей стране,  прежде всего историки,  филологи,  экономисты, политологи,  культурологи.  Но у нас до сих пор, по-моему, есть только  одна диссертация, посвященная российскому зарубежью до 1917 года,  больше таких работ, по крайней мере специальных, я  не знаю. Это первое, что требует дальнейшего изучения. Второе, что требует дальнейшего изучения, - это  сопоставление динамики. Сейчас настолько динамично изменяется место разных цивилизаций в контексте развития человечества, что просто мы не успеваем за этими процессами, а это крайне интересно. Контекст книги демонстрирует осторожный, но все-таки оптимизм. Нам показывают, что вызовы, которые были, трудно, очень тяжело, драматично, но преодолевали. Этот опыт должен нас воодушевлять и сегодня, и в будущем.


Олег АЙРАПЕТОВ, факультет государственного управления Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова: 

- Пожалуй, одно из самых сильных качеств любого исследователя - способность в правильной постановке вопроса, которая сама по себе предполагает возможность, всего лишь возможность, найти правильный ответ. ХХ век с очевидностью продемонстрировал, что все долгожданные события приходят неожиданно, и  эта неожиданность не зависит от знания, умения, способности верхов читать пространные или короткие доклады. Вильгельм II, Николай II, Бальфур, Пуанкаре были читающими людьми, так же как Рузвельт, Черчилль и Сталин. Ситуация от этого кардинально не изменилась. Что произошло? Совершенно очевидно, что за последние полтораста лет  движение экономики на Восток, начавшееся с Англии и Франции, завершилось в Китае. Соответственно  возникает вопрос: что будет дальше? Если всего лишь полтораста лет мир и его судьбы решались концертом великих держав из четырех или пяти стран, то все это закончилось сто лет назад движением к политическому дуализму,  сейчас мы живем в эпоху парадокса, когда политический моноцентризм трещит по всем швам.  Кто может сказать, что такие долгожданные события, как военная акция Российской Федерации в Сирии или кризис беженцев, пришли ожидаемо? Конечно, историки и политологи, после того как они начались, сказали, что все было очевидно и неизбежно, но еще за несколько дней до того никто не мог этого сказать. У России и русского мира нет права на ошибки, нет права на неожиданности глобального характера. Мао Цзэдун говорил, что «в эпоху великих перемен только природа остается неизменной, но и она меняется под влиянием деятельности человека».  Под влиянием деятельности человека сейчас меняется природа всего нашего земного шара. Какой будет перспектива русского мира в этих глобальных изменениях? Мне кажется, что знания - единственный способ, единственный шанс на его выживание.


Алексей ГРОМЫКО, директор Института Европы Российской академии наук:

- Запад и Малая Европа - часть Европы, которая находится к западу от наших границ, очень важны для судеб России, русского мира, но надо понимать, что они не исключительны в истории. Если взять три века,  то это очень мало по сравнению с историей некоторых цивилизаций, которые простираются на несколько тысячелетий. Русский мир всегда жил в мире взлета и падений великих держав, цивилизаций, их возвышения и угасания. В этом смысле русской цивилизации очень повезло, что уже больше тысячи лет она не перешла в стадию угасания, наоборот, русский мир несколько раз в своей истории, как птица Феникс, возрождался из пепла. Несмотря на то что было несколько крушений русского мира или почти крушений, мы видим, что у русской цивилизации, безусловно, есть будущее. Судьбы русского мира в XXI веке зависят от его способности адаптироваться, вносить свой собственный вклад в формирование нового мира XXI века, это мир полицентричный. 
Мы живем в очень счастливое для себя время, потому что это время коренных перемен. Это не время, когда все спокойно и изучаешь лишь кризисы прошлого или будущего,  это время, когда происходит слом старой системы международных отношений и создание новой, именно этим вызвано то, что мы живем в период перманентных кризисов и дестабилизации.  Международные отношения, то есть та среда, в которой существует, живет русский мир, испытали на себе уже много разных моделей: модель устройства мира по Гоббсу - война всех против всех; по Локку и Миллю - модель естественного состояния человека и социального контракта; модель европоцентричного концерта держав; модель послевоенной биполярности; модель моноцентричности, или так называемой милосердной империи, о которой мечтали в Соединенных Штатах в 90-е годы; модель монополярности или возрожденного Запада, который сейчас пытается переломить ход истории и вновь перезакрепить за собой ведущие позиции в мире; наконец, модель многополярности или полицентричности, в создание, в формирование которой наша страна вносит такой большой вклад. Мне кажется, что как бы пафосно это ни прозвучало,  мы должны сделать все, чтобы в этой новой полицентричности русский мир и его сердце - Россия - заняли достойное место.


Николай ЗЛОБИН, президент Centeron Global Interests в Вашингтоне,  выпускник исторического факультета МГУ:
 
- Я уже  26-й год  проживаю в Соединенных Штатах и убедился, что  политики, которые решают наши судьбы, толстых книг не читают, у них на это, к сожалению, нет времени и желания. Когда мы пишем книги,  то сталкиваемся с тем, что нас просят написать одну страничку о том, что же главное в этих книгах, так как любой политик  высокого класса способен прочитать два-три абзаца, больше у него нет ни времени, ни внимания, ему не нужна главная мысль. Это проблема  российского, американского и вообще мирового глобального политического класса, который достаточно примитивно подходит к пониманию того, что происходит в мире, поэтому те проблемы, которые у нас есть, во многом связаны с глобальной необразованностью современного политического класса. Книга Никонова возвращает в российскую историческую науку очень серьезную системность взгляда на то, что происходит в мире, и то, что раньше, в дореволюционной России, называли таким хорошим академическим словом «историзм». Чем сильна Америка? Тем, что  американцам вообще все равно, что о них думают,  критикуют их или  не критикуют, нравятся они или  не нравятся, отсюда идет американское пренебрежение модой, они ходят как хотят, им наплевать на то, что о них думают окружающие, они уверены, что делают все не напоказ, не для Европы, не для России, не для Китая, не для Латинской Америки, а для себя, они строят свою страну для себя, они объясняют свою историю для себя. В  России это чувство было, на мой взгляд, довольно давно утеряно, книга Никонова  возвращает это чувство самодостаточности страны, и это очень-очень важное  ее качество. Книга не оправдывает Россию, не нападает ни на кого, не защищается, это не пассивно-агрессивная позиция, а позиция уверенной в себе страны, уверенного в себе историка, который пишет, излагает свою позицию,  ее можно уважать, воспринимать, с ней можно спорить, но она явно не попытка лечь под очередную модную теорию или политическое доказательство чего-то, что сегодня требует от исторической науки руководство страны.
Кто знает историю, помнит, что в марте 1946 года в городе Фултоне штата Миссури английский премьер-министр Уинстон Черчилль выступил с речью, которая вошла в историю как речь о железном занавесе. Значительную часть речи Черчилль посвятил другому, он призвал создать и  создал  союз англоязычных народов. Но  он, конечно, думал, что союзом будет руководить Англия, но этот союз быстренько перешел под руку Соединенных Штатов. Этот союз англоязычных народов сыграл колоссальную роль в истории второй половины ХХ века. Ни Соединенные Штаты, ни Европа не были бы сильны, если бы не идея объединения англоязычных народов под сенью каких-то общих ценностей. Черчилль был действительно стратегически мыслящим человеком. Задача русского мира примерно такая же, но она гораздо сложнее. Все волны эмигрантов  уезжали из разных Россий и по разным причинам, эти люди очень часто не любят друг друга и не любят Россию, из которой они уезжали. Одни любят одну Россию, другие любят другую Россию, Россия очень часто не отвечает их романтическим представлениям. Историческое примирение  очень сложный, долгий, тяжелый процесс,  фундаментальная государственная задача, которая стоит перед Россией,  - собрать русский мир. Это не задача просто собрать русскоязычных, а задача сделать союз русскоязычных, русскоговорящих, русскомыслящих, русскокультурных народов. Если мы это сделаем, то, поверьте, англоцентричное, европоцентричное представление о будущем в мире на самом деле  начнет меняться.