А там многого просто нет, не зафиксировано. Живой русский язык чудо как богат и своеобразен и собранными академистами словами не ограничен. Во время работы аппетиты автора разгорались, и мы стали изучать абсолютно любой словесно-речевой источник: внимательно слушать любую бытовую речь, случайные разговоры и беседы, вчитываться в книжные источники, научные, богословские и художественные, особенно много перевернули газетного материала, естественно, по полной использовали словари. Так мы собрали около 10 тысяч слов и словосочетаний, характеризующих человека, отбросив лишь явно устаревшие, крайне бранные и единичные диалектные. В первом Толковом словаре личностных свойств есть слова самого разного речевого стиля - разговорные, книжные, научные и канцеляризмы, идиомы и фразеологизмы, даже сленг. О первом издании словаря (2010) «Учительская», спасибо редакции за внимание, писала.

Второй заход в работе со словарем опять же состоялся с подачи газеты, публиковавшей в течение двух лет материалы в рубрике «Словари XXI века». Тогда была подготовлена книга о работе на уроке со словом и словарями (2015). Тут и возникла мысль о создании новой версии этого словаря, основанной на корневом гнездовании слов и словосочетаний, характеризующих человека. За эти годы число словарных статей увеличилось более чем на тысячу, сейчас их, считай, 11 тысяч. Словесный реализм безграничен, и потому на этот раз мы работу назвали «Открытый словарь личностных свойств», что означает незавершенный и принципиально незавершаемый.
Гнездование слов и словосочетаний в новом словаре дало возможность увидеть многие, сокрытые за алфавитным перечнем свойств особенности личностных свойств. При едином корне собирается, как бы под одной крышей или на одном фундаменте, масса совсем разных характеристик, подчас противоположных. Невольно возникает любопытное сравнение словостроения с постройкой дома, даже многоэтажного, где есть все - фундамент, пристрои, дворы, надстройка, дострой, архитектурные украшательства и т. д. Есть «дома» одноэтажные, но есть и многоэтажные, со светелками и без них, и даже неожиданные, ну как в постмодерне, соединяющие несоединимое. Все это делается с помощью составных слов и словосочетаний, а главное - приставок, префиксов, суффиксов, окончаний, чередования гласных и согласных. Вот где раздолье русистам.
Сам человек - образование многослойное. Как минимум он живет в единстве своих телесных, душевных и духовных начал, находящихся в постоянном развитии и взаимодействии. И каждое из этих начал является основой порождения своих характеристик, которые в реальном поведении проявляются интегрально, и там уже невозможно подчас разделить, какова природа того или иного качества поведения. Народная психофизиология дает немало примеров определения человеческих свойств в единстве внутренне природного и внешнего, приобретенного (башковитый, светлоликий, беззубый, зубастый). Характер как совокупность свойств (качеств, черт) нередко определяют как устойчивую индивидуальную форму человеческого бытия, соединяющую физическую и душевно-духовную природу человека. Словарь все это представляет в избытке. Исследователи всего мира до сих пор продолжают искать прямую связь природного и приобретенного в характере человека, надо признать, небезуспешно. Так зарождались учения - астрология, хиромантия, френология, физиогномика, графология, физиологическая типология.
Вспомним слова мудреца: «Человек, познай самого себя - и ты познаешь весь мир», подтверждение которым тоже дает словарь. Оказывается, что человеческие характеристики охватывают очень широкое поле его присутствия в этом мире, проявляясь в отношениях к Богу, Вселенной, к себе, труду, людям далеким и близким, к природе, искусству, своему быту, политике, экономике, здоровью и многому еще, что не изучено и пока неведомо. Такое ощущение, что человеческие свойства порождались и формировались на основе соотнесения самого человека с тем, как он видит и понимает этот внешний мир, он как бы его калькирует в себе через познание и понимание. А может быть, внешний мир запечатлевается человеком как фотопленкой? Возьмите такие характеристики, как кремень и железный, мастер и организатор, стрекоза и муравей, робот и сетевик, инопланетянин и земшарный и др. В прямом или переносном виде они все дают человеческую характеристику. Словарь убеждает нас - весь мир так или иначе в человеке представлен, да и сам человек охватывает весь мир (всё есть во всём).
При гнездовании слов и словосочетаний, дающих личностную характеристику, выявляются иногда ну прямо чудеса. Самым крупным «открытием» оказалось самое большое «гнездо», состоящее более чем из 120 слов, объединенных корнем люб. Да, это любимый, любословный, трудолюбивый, любвеобильный, но и наградолюбивый, чинолюбивый, златолюбивый и пр. и пр. На втором месте по численности стоит «гнездо» с корнем ум - 108 слов и словосочетаний, на третьем - от корня уч - 54. Но ведь это только по корням. Рядом по смыслу с умным стоят «гнезда» от мыслящий - 59, головастый - 56, ведающий - 36, мудрый - 32, образованный - 20 и др. На какие мысли наводит эта картина? Возможно, что это и есть самая большая ценность в нашей культуре, наши ценности? Учение как корень стоит как бы в промежутке. И тоже неспроста. Учение - это уже труд, усилия, развитие, воспитание, без чего ни любви, ни ума не нажить, да и приложить их будет некуда. Любопытный, прямо скажем, треугольник... Но парадокс состоит в том, что Человек Любящий и Человек Умный как идеал все-таки не воплощен в жизнь. И об этом тоже говорит словарь. Более того, мы отдаляемся от идеала.
Возьмем хотя бы факт идеологизации сознания. Более двадцати лет с помощью СМИ и разных постановлений наше общество осуществляло деидеологизацию и департизацию сознания граждан, и особенно молодого поколения. А пришли к прямо обратному, к росту числа и разнообразия мировоззренческих идеологизированных и, я бы сказала, партизированных характеристик. Достаточно в лицах представить коммуниста или антикоммуниста, глобалиста или антиглобалиста, чтобы понять, что это обозначает вовсе не членство в партиях и движениях, а личностный набор действий и поступков. Личностные характеристики видятся как проекции внутренних состояний, определяющих нравственные, интеллектуальные, волевые и другие качества.
Так вот сегодня появились помимо христиан или мусульман еще христианизированные, исламизированные и исламисты, кроме привычных марксистов появились сталинисты, антисталинисты, анасталинисты, неосталинисты и даже ельцинисты и путинисты, актуализировались прежние приверженцы «цветных» идеологий - красные, красно-коричневые, появились новые - зеленые, белоленточники и др. Группа этих характеристик занимает численно все большее место в словаре личностных свойств. На наших глазах, можно сказать, вчера родились нашисты, крымнашисты, майдановцы и антимайдановцы и др. Очень заметное явление политизации сознания и поведения новых поколений проявляется в сильнейшей дифференциации этих характеристик. Ярчайшим примером служат такие качества, как патриотизм, оппозиционность, либеральность.
Подсчет показал, что соотношение одобряемых и неодобряемых качеств человека в русском языке не в пользу первых. Это явление, судя по материалам СМИ, художественной литературе, иностранным фильмам и рекламе, обнаруживает себя и в англоязычной среде. И это несмотря на всю политкорректность и толерантность отношений и речи последнего времени, усиленное использование эвфемизмов, заменяющих грубые и вульгарные человеческие характеристики. Дисфемизм как явление прямо обратное растет, о чем говорит масса характеристик, построенных на основе сопоставления поведения «человека нормы» с поведением «человека больного» и употребляемых не в прямом, а в переносном смысле (дебильный, параноик, лунатик), а также непрекращающийся рост сленговых слов, как правило, с негативной экспрессией (дебилоид, нацик, пофигист), использование названий животных, как правило, тоже с негативным смыслом. Неужели прав Гегель, утверждая, что человек есть ночь, а не день?
Особо следует сказать о сленге. На весь словарь таких слов-характеристик чуть более 150 единиц. Почти 2/3 сленговой группы имеют признаки неологизмов, то есть созданы либо принципиально заново, либо при «перелицовке» уже имеющихся книжных или общепринятых разговорных слов-характеристик. Сленг - это самочинное создание вульгаризмов, но по законам языка (дерьмократ, либераст, лживчик). Часть сленговых характеристик возникла вообще без изменений грамматических форм, а лишь путем переосмысления и новой «приписной» экспрессии (авторитет, кадр, крутой). Погружение в сленговый пласт характеристик человека дает ощущение эмоционального всплеска людей, выражающих свое неодобрение, даже негодование сложившимся для них социально-политическим или экономическим положением в обществе. Сленг - это глубоко политико-экономическое, а не просто бытовое явление в языке. Это выход негативной энергии по отношению к ситуации. Не это ли выражают бритоголовый, воробуржуец, митингист?
Это лишь малая часть анализа, но и она показывает языковой разлом в восприятии человеком самого себя. С одной стороны, тяга к любви и потенциальное любвеобилие, с другой - самоуничижение через самооценку и самоназывание. С одной стороны, по справедливому замечанию одного из авторов, наши личностные качества есть «история болезни человеческого рода». С другой - «язык есть путь создания эстетических и нравственных идеалов» (Потебня). Учителю, да и науке, есть над чем подумать. Наши личностные свойства и есть выразители нашего менталитета.

P.S. Полную версию текста читайте на нашем сайте ug.ru/appreciator/94

​Валентина БЕЗРУКОВА, д. п. н., профессор, Санкт-Петербург - Ульяновск