Своему деду я обязан очень многим, в детстве это был для меня, наверное, самый главный и любимый человек.
Я помню его веселую улыбку, озорные глаза и задорный смех, который со стороны звучал как «к-к-к-к-к». У него всегда было для меня время, чтобы пойти за грибами или на рыбалку, почитать книгу или рассказать про войну с фашистами, а также масса всяких интересных для мальчишки вещей: ружье, патроны, бикфордов шнур, боевой нож разведчика,  удочки, сетка-подъемник, инструменты сапожника. Оставаясь ребенком, я думал, так и должно быть,  будет всегда, но,  увы... Пожалуй, сейчас  пришло время, пусть с запозданием,  сказать ему и в его лице всему великому поколению победителей фашистской Германии СПАСИБО!!! За их подвиг! За то, что  они были в нашей жизни.
В свои 18 лет Василий Михайлович Абаляев ввиду своего не по годам крепкого сложения и безупречного пролетарского происхождения был принят на службу в охрану сберегательной кассы и получил первое табельное оружие - наган.  Так сложились обстоятельства, что этим наганом пришлось воспользоваться по назначению -  на сберкассу был вооруженный налет, и, несмотря на то что налетчиков было трое, Василий не испугался, дал отпор бандитам, двое убежали, а один из нападавших был убит. Храбрость молодого охранника была сразу замечена, Стране Советов такие были очень нужны. Про этот поступок я узнал не от деда. Я помню, как ребенком спрашивал его не один раз: «Деда, а сколько немцев ты застрелил?», на что неизменно получал один и тот же ответ: «Не знаю, внучек, мы все стреляли, кто от чьей пули упал, никто же знает». Про свою работу в милиции дед рассказывал охотнее, помню, как описывал свое первое расследование  ограбления склепа царского генерала в Белом Городке, когда по всем признакам  был украден перстень с рубином и позолоченный кортик.  Из органов милиции за успехи в службе Василий Михайлович  был переведен на службу в органы НКВД, прошел ускоренные курсы младшего офицерского состава, получил новую белую форму и звание младшего лейтенанта НКВД. Неудивительно, что молодой офицер нашел у себя на родине, в Кимрах, любовь всей своей жизни - Аграфену Клюеву, женился на ней и отбыл на новое место службы к западной границе, в Минск. В то время погранвойска и служба НКВД были единым целым, поскольку охрана границы считалась таким же важным и ответственным делом, как борьба с преступностью, коррупцией и иностранными шпионами или вредителями. 22 июня 1941 года  война застала деда на учениях в Бресте, а его молодую супругу в Минске. После первого артудара по Бресту дед строго выполнил установленный регламент: взял тревожный чемодан, документы, оружие и прибыл на точку сбора своей военной части, там их ждал транспорт, в который все, кто прибыл, погрузились и выехали из города. Как потом скажут, войска НКВД - пограничники лучше всего оказались готовы к войне, и это не случайно, ведь тогда там служили лучшие. Как  рассказывал дед, везде в прифронтовой зоне  действовали диверсанты, связь не работала, переодетые в бойцов Красной Армии фашисты выезжали на места проживания командиров частей, вызывали их на улицу по фамилии и званию под предлогом передачи конверта из штаба и расстреливали на глазах у семей. Деду повезло, он не попал в плен или окружение, не был ранен, его части была поставлена задача  организовать диверсии для затруднения продвижения фашистов, не вступая в прямые боестолкновения, взрывать мосты, переправы, железнодорожные пути. За одну из таких диверсий дед получил свою первую боевую награду.  Супруга деда,  Галя (моя бабушка стеснялась, когда ее называли по паспорту Аграфеной), была в Минске, когда в городе начали рваться немецкие бомбы.  Как и сотни тысяч других жителей Минска,  она бросилась пешком по дороге к Москве, подальше от войны. В эти несколько дней,  пока она добиралась до первого крупного города, моя бабушка в 20 лет поседела так, что ее дома не сразу узнали. Обо всем  этом Василий Михайлович узнал намного позже, когда приехал в увольнение после второго ранения под Сталинградом зимой 1942-го, а уже в феврале 1943-го,  когда он и его товарищи окружали и брали в плен под Сталинградом фельдмаршала Паулюса, в Кимрском роддоме родился сын - мой отец Борис Абаляев, выбравший впоследствии тоже военную карьеру. Дед сам не рассказывал, за что получил свои награды -  орден Красной Звезды, орден Боевого Красного Знамени, «За боевые заслуги». Разве что на самих медалях надписи есть: «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Кенигсберга».