Думаете, это сплачивало нас? Нисколько. Хотя образ этого врага сыграл свою роль, отвлекая советских людей от экономических проблем. Все считали: ладно, потерпим и полупустые прилавки, и карточки в регионах, и коммунальное жилье, лишь бы не было войны, лишь устрашить нашим оружием международный империализм, чтобы он не напал на нас. Образ врага лишает народ оптимизма, вселяет страх, неуверенность в собственном будущем, будущем страны.

Что же в самом деле сможет нас объединить? Общество у нас такое разное, такое разношерстное, с такими полярными взглядами и мироощущениями, что, кажется, собрав даже самые светлые, самые гениальные умы ученых, политологов, писателей и дав им задание разработать, создать эту самую объединительную идею, желаемого итога так и не дождешься. Кстати, мой дядя, кандидат философских наук, несколько подумав, сказал: «У всех должно быть примерно одно и то же стремление: заботиться о процветании собственном, процветании других, всего общества в целом. Все будут заняты делом, воплощением этой своей цели. Тогда людям некогда будет завидовать друг другу, сводить какие-то счеты, выяснять, кто виноват». И еще он добавил: «Работать надо с утра до вечера, а не разглагольствовать, как Манилов, о загадочной русской душе. Труд не только облагораживает, труд объединяет».

Спросила я и свою бывшую учительницу. Сегодня она работает в школьной библиотеке, устраивает с детьми обсуждения на самые разные темы. Была у них дискуссия о том, нужна ли России общенациональная идея? Ребята так же, как и взрослые, высказывали самые разные мнения. Но большинство старшеклассников уверены в том, что людей как в своей стране, так и все человечество должны объединять общечеловеческие ценности, все должны стараться жить, исповедуя десять библейских заповедей, на них же воспитывать детей как в школе, так и в семье.

На мой взгляд, довольно мудро ответила на вопрос соседка по подъезду, пианистка по профессии, бабушка восьмерых внуков, двое из которых приемные: «Как в семье, так и в стране объединять нас должна любовь друг к другу, забота друг о друге».

Тогда я задала Оксане Петровне, так ее зовут, еще один вопрос, не связанный с проблемой моего исследования: «А вы в наше трудное время довольны свой жизнью?». «Довольна, - сказала она, - а что касается определения «трудное время», то все современники разных эпох считают именно свое время самым трудным, независимо от того, когда они живут - в военное или мирное время, в пору подъема или кризиса. Всегда большинство людей чем-то недовольны. Надо уметь с улыбкой встречать каждый новый день. И тогда все будет ладиться».

А я думаю почти так же, как мой дядя: надо всем объединиться в стремлении жить лучше, достойнее, чтобы о нашей стране говорили так: «В России живут люди, думающие и о себе, и о стране».

Анастасия РЯБИНИНА, студентка

Возьмем в свои руки

На мой взгляд, очень хорошую идею предложил президент Владимир Путин, высказав мысль о создании общественной палаты. Только жаль, что инициатива об этом была спущена сверху, и никто из нашего, пусть еще несовершенного гражданского общества - различного рода правозащитных организаций, движений, оппозиционных партий и просто отдельных политических деятелей, таких как Б. Немцов, И. Хакамада, - не заявил ни о чем подобном.

Пусть предложение прозвучало сверху, тем не менее сами граждане должны взять дело формирования этой общественной палаты в свои руки, не давая возможности чиновникам, а также депутатам подобрать в нее удобных для них людей, и тогда эта организация будет формальной.

При демократии все должно быть прозрачным: деятельность властей всех ветвей и всех уровней. Общественная палата, на мой взгляд, и станет одним из институтов, который и будет способствовать установлению истинных демократических взаимоотношений простого человека и правительства, простого человека и законодательного органа. Все должно осуществляться на основе закона, и только закона.

Очень важно, какие люди войдут в состав этой палаты. Они должны быть не только честными, порядочными, неподкупными гражданами, но и компетентными в правовом отношении, защищающими демократические принципы не на словах, а на деле.

Лучше было бы, если бы членов палаты предлагали или выдвигали простые люди. Через газеты, телевидение. Было бы какое-то обсуждение кандидатур. С ними общественная палата будет напоминать ситуацию из басни Крылова «Лебедь, рак да щука». Я хотела бы, чтобы в нее входили такие уважаемые многими люди, как Юрий Афанасьев, Олег Басилашвили, Борис Надеждин, Александр Солженицын, Василий Аксенов, Галина Вишневская.

Надо, чтобы народ верил тем, кто будет работать в общественной палате, кто будет защищать его интересы.

Я призываю молодежь, и прежде всего студентов, активно участвовать в обсуждении статуса палаты и состава ее участников.

Ирина СМЫСЛОВА, студентка

Торгуют гражданством

Скажу сразу, что я никакого отношения к националистам не имею, более того, я их презираю, независимо от того, представителей какой национальности они защищают. Кстати, одна из моих лучших подруг по школе, с которой мы продолжаем дружить, - полуармянка, полуазербайджанка. Знаю, что у нас много проживает выходцев с Кавказа, приехавших в Россию в последние годы. Среди них и легальные, и нелегальные мигранты. И все бы ничего. Приезжают - значит много для них здесь притягательного. Я признаю за человеком право жить в той части нашей планеты, где ему кажется наиболее комфортно. Однако, приезжая в другую страну, мы должны уважать ее законы, ее традиции, а не навязывать свои. Именно так старались вести себя мой отец и его коллеги, которые были несколько месяцев в командировке в Иране.

Среди мигрантов, приехавших в Россию, немало этнических русских, так вот, что самое удивительное, им в десятки раз труднее получить вид на жительство и гражданство, чем любому другому выходцу из бывших советских республик. Чиновники всех уровней отдают предпочтение тем, у кого есть деньги. А у русских, бежавших от притеснений из Средней Азии или с Кавказа, чаще всего, кроме личных вещей, ничего нет. Мне пришлось быть свидетелем мытарств одной такой семьи: муж, жена, старшая дочь с ребенком и младшая - школьница. Три года они жили у родственников, перебивались случайными заработками, потому что не имели вида на жительство. Пришло время менять паспорта, а им отказывают и не обещают никаких перспектив. Заместитель заведующей паспортного стола одного из подмосковных городов сказала: «Поезжайте туда, откуда приехали, Подмосковье не резиновое, всех сюда не поселишь». И вот семья, так и не найдя приюта на родной земле, вынуждена была уехать в Польшу к другим родственникам, которые десять лет назад прибыли туда тоже в качестве мигрантов. Там русская семья из Казахстана с простой российской фамилией - Петровы - сумела устроиться, а в России нет. К сожалению, поляки оказались более лояльными по отношению к иностранцам, чем мы к своим соплеменникам.

Хочу рассказать об истории еще одной русской женщины, приехавшей из Казахстана к своему сыну в Москву. В прошлом учительница, Мария Игнатьевна уехала много лет назад к дочери-целиннице в эту среднеазиатскую республику. Когда дочь умерла, она в 2002 году вернулась в столицу. И тут начались ее мытарства. Марии Игнатьевне за 80, но она два года не получает никакой пенсии, никакой врачебной помощи, потому что жена сына и ее родные внуки-студенты против того, чтобы Марию Игнатьевну прописали в их квартире. В результате старая женщина находится на положении бомжа. А чиновники, впрочем, формально они правы, отказывают ей и в виде на жительство, и в пенсии, потому что родственники не согласны ее прописать. Конечно, здесь можно говорить и о безнравственности родственников, особенно внуков, которых Мария Игнатьевна помогала растить, но я хочу все-таки повести речь о бездушии наших властей.

Наверное, можно было найти какой-то вариант для бывшей учительницы, кстати, в свое время отмеченной за отличную работу наградами союзного правительства, чтобы она могла спокойно прожить оставшуюся жизнь. Скажем, прописать в доме для престарелых (туда помещают только москвичей, разумеется, имеющих прописку), а она продолжала бы жить у дальних родственников, которые оказались добрее ближних.

Итак, этническим русским оказалось труднее вернуться на историческую, а кому-то и самую настоящую родину, как в случае с Марией Игнатьевной, труднее, в десятки раз труднее, нежели представителям других национальностей, и, в частности, жителям Кавказа, Средний Азии, Китая. Конечно, наивно думать, что последних чиновники «любят» больше и поэтому отдают им предпочтение. Они действительно отдают им предпочтение, потому что у тех есть деньги, и значительные. И противозаконную услугу чиновников они щедро оплачивают. Вот и получается, что целые кварталы в Москве, городах Московской области заселяются выходцами из Средней Азии и Кавказа. Скажем, в таком маленьком подмосковном городке, как Красноармейск, на 25 тысяч коренных жителей приходится пятнадцать тысяч приехавших из бывших южных республик Союза. И здесь создались очень напряженные межнациональные взаимоотношения, и уже были кровавые стычки. Думается, что те работники паспортного стола, жилищных контор этого города, ОВИРа, которые так «радели» за то, чтобы прописать иммигрантов, помочь опять же не бескорыстно, обрести российское гражданство, уже сейчас и сами почувствовали давление «пришельцев». Я имею в виду их стремление потеснить отовсюду коренное население. И этот конфликт может только усиливаться. Определенная часть мигрантов, как кукушата, выталкивают местных жителей из «родного гнезда» и помещаются сами.

Недавно я прочитала в интернете историю с семьей Пищаевых, которую расследовала «Комсомольская правда». Я читала эти материалы и плакала. Семья из пяти человек, где трое взрослых сыновей, два года мыкается, чтобы получить российское гражданство. Чиновники буквально издевались над ними. Все их злоключения продолжались бы бесконечно, если бы не вмешательство этой газеты. После ее выступления чиновники усовестились, смилостивились и разрешили Пищаевым стать гражданами России. Однако такая неожиданная возможность едва не сорвалась, потому что этой семье нужно было заплатить за оформление документов 25 тысяч рублей, у них и тысячи рублей не найдется. И опять им помогла «Комсомольская правда», выделив необходимую сумму. Эта одна из подобных многочисленных историй закончилась благополучно. А ведь таких семей из бывших союзных республик тысячи, они переезжают из одной области в другую в надежде, что где-то найдут приют.

Меня удивляют наши депутаты, которые обсуждали, а потом принимали Закон о гражданстве, почему там не было какого-то послабления для этнических русских, для тех, кто когда-то жил в Российской Федерации и по каким-то причинам оказался в одной из республик Союза. Когда я думаю об этом, мне вспоминается Финляндия, которая принимает всех финнов, сколько бы поколений назад их предки ни покинули эту страну. Я знаю семью Пюненен, у которой финского осталась лишь фамилия, но она в полном составе из 10 человек уехала в это скандинавское государство и была принята с распростертыми объятиями. Не пора ли и нам переменить свое отношение к тем, кто возвращается на свою историческую Родину?

Елизавета МАЛЬЦЕВА, студентка, Москва

Собачьи и людские страдания

В тот год февраль выдался особенно суровым, и, спасаясь от холода, огромная рыжая дворняга поселилась в одном из подъездов пятиэтажного дома в Теплом Стане. Жильцы ее приняли и стали заботиться о ней. Кто-то назвал собаку Лушкой, и кличка прижилась. Скоро Лушка почувствовала себя полноправной хозяйкой подъезда: в ее владения входило все пространство - от входной двери до лестничной площадки последнего этажа, хотя она обитала в основном внизу, под лестницей. Она знала всех жильцов подъезда, их близких родственников и друзей, которые почти ежедневно бывали в квартирах этого подъезда, а больше никого не пускала.

Однажды Лушка набросилась на врача, вызванного к больному. Пришлось кому-то из этой квартиры спускаться к входной двери, чтобы «просить» Лушку позволить доктору пройти к больному. После нескольких подобных случаев часть жильцов решила Лушку прогнать, чтобы она не мешала их нормальной жизни. Пока шли споры между сторонниками и противниками ее присутствия, в подъезде произошла еще одна история. Лушка остановила двух мошенников. Она, видимо, своим собачьим инстинктом почувствовала, что от них исходит угроза для охраняемых ею людей и, схватив одну из «посетительниц» за рукав, вырвала клок. Те быстро ретировались, но довольно быстро, судя по дальнейшим действиям, оправились и пошли в соседний подъезд. Там, выдав себя за представительниц какой-то благотворительной организации, ограбили двух сестер-пенсионеров. С тех пор Лушка так и живет в этом подъезде. Ее кормят, дети играют с ней. А некоторые неудобства, когда Лушка порой не пускает кого-то из гостей, жильцы терпят. Просто сами они в таком случае спускаются вниз и встречают своих знакомых.

Лушке повезло. У нее под лестницей мягкий, удобный матрасик, миска с вкусной едой. Но в Москве, по разным подсчетам, бродит около 100 тысяч таких собак. Эта армия голодных, озлобленных псов доставляет москвичам не только беспокойство: лает по ночам, пугает детей, но и прямо угрожает их жизни. Несколько лет назад свора собак разорвала пятилетнюю девочку на территории больницы имени Семашко. В прошлую зиму стая собак загрызла женщину, несколько тысяч москвичей пострадали от их укусов.

Город столкнулся с огромной проблемой, которую необходимо срочно решать. В советские времена с ней справлялись довольно легко. Как только количество бездомных собак становилось угрожающим, их отлавливали и физически уничтожали. Два года назад был принят закон, запрещающий уничтожать собак, кошек и другую бродячую живность (тем более что это нередко делалось на глазах у людей, в том числе и детей). Это правильно, что наконец защитили права животных, но одновременно надо было подумать и о защите прав людей, чтобы они не боялись ходить по безлюдным вечерним улицам, выпускать детей во двор, в котором всегда найдется два-три бродячих пса.

Что касается безопасности людей, то здесь все упирается в денежные средства. В Москве было принято решение прививать и стерилизовать бродячих собак, но ввиду ограниченности финансов в прошлом году, например, было стерилизовано только 6,5 тысячи животных, и дело не только в том, что эта цифра ничтожно мала. Но и в том, что усилия по существу были сведены на нет, потому что на их место появилось столько же новых, которых выбросили на улицу хозяева. И самое удивительное, что не всегда таким путем избавляются от бывших любимцев по причине бедности. Я знаю людей, которые после дачного сезона бросали своих кошек и уезжали в город. Иные выгоняют кошек и собак, потому что их дети выросли и больше не нуждаются в живых игрушках. Сколько же надоевших животных оказались за воротами родного дома по этим причинам? Десятки, сотни, тысячи. Кроме кошек и собак, в число бродячих животных попадают черепахи, кролики, ужи, попугаи и даже крокодилы. Думается, что нужно с самого раннего возраста у людей воспитывать ответственность за тех, кого мы приручаем. Прежде чем привести в дом какое-то животное, необходимо взвесить все свои возможности и не поддаваться сиюминутному порыву: возьму, а там видно будет.

В последние годы в Москве появились приюты для бездомных собак. Там их лечат и через несколько дней выпускают на волю. Но через ласковые, заботливые руки людей, работающих в них, проходит только 10 процентов от стотысячного бродячего собачьего населения столицы. Что делать с остальными, коих не становится меньше? Никто не знает. Городские власти ссылаются на свою финансовую беспомощность.

Ситуацию, как говорят некоторые представители городского начальства, может спасти Олимпиада-2012, если она состоится в Москве. Тогда возникнет острая необходимость избавить город от бродячих собак. Именно так поступили при подготовке Олимпиады в Афинах этого года. Там было уничтожено 15 тысяч собак. Такой антигуманный способ, к которому прибегли греческие коммунальщики, не должен служить для нас примером. Но проблему необходимо решать, потому что предстоящая холодная зима ожесточит собак, которые летом казались несколько добрее и безобиднее.

Анна ЛАВРОВА, ученица 11-го класса