Какие проблемы тем не менее мы видим сегодня в московском образовании? Москва стала одним из регионов-лидеров по зарплате учителей, в этом плане Москва хорошо выполняет майские указы Путина. Но ведь есть вторая сторона - повышение профессионального уровня московских учителей. Заработная плата не может просто подниматься без относительных учительских отдач, и традиционно вознаграждение учителя оно регламентирует. Но мне кажется, мы должны быть серьезно озабочены тем, насколько московские учителя вовлечены в систему постоянного обновления своей квалификации, насколько московские учителя развиваются в знании своего предмета и чувствуют себя ретрансляторами чужого знания, по крайней мере участниками методического процесса развития преподавания своего предмета, своей науки. В этом отношении очень большую роль играет та возможность, которую московские школы получили с их укрупнением. Только большая школа, только школа с линейками классов позволяет и администрации, и коллективу иметь выгоду от нескольких учителей-предметников, позволяет учителям-предметникам иметь свое микросообщество не где-то за пределами отдельной школы (там оно гипотетически, наверное, есть, а в пределах собственной школы нет). Это очень важно, это создает совершенно новую атмосферу. Я уверен, что многие коллеги за те немногие годы, в которые это было введено, уже начали чувствовать изменения.
Высшая школа экономики очень активно работает с московскими школами. У нас есть несколько секторов, несколько кругов общения со школами: лицеи, лицейские классы - и их число будет увеличиваться, есть школы - партнеры Высшей школы экономики, есть школы, которые вовлечены в университетский кластер, где мы уже не по своему профилю помогаем развиться коллективам школ, делать проекты в сфере своей профессиональной компетенции, где мы просто медиаторы, помощники. Мы видим, как те возможности, которые получают учителя, они с большой охотой реализуют, как на основе этих новых возросших возможностей профессионального общения, профессионального роста школы начинают избавляться от тех, с кем раньше мирились, от людей, которые работают с детьми «дозированно», от людей, которые застыли на уровне «трансляторов» и не настроены развиваться, как того требуют условия повышения качества образования. Не надо скрывать, что в каждом районе Москвы у нас еще десятки таких учителей, и мне кажется, что нам надо сегодня говорить не только об организационных переменах, не только о повышении заработной платы, ведь положения указов будут исполнять, а о том, чем профессиональное сообщество учителей может ответить на те возможности, которые предоставляет город.
Вторая проблема, на которую я хотел обратить внимание, - это сфера дополнительного образования детей. Президент в своих статьях, указах поставил в этом отношении очень большие по объему задачи, то есть 75% школьников, как он сказал, по всей стране должны быть вовлечены в систему дополнительного образования, в разные кружки, не менее 50% из них должны учиться за бюджетный счет. Мы сегодня достаточно приблизились в Москве к этим показателям, насколько я понимаю, у нас, по нашим измерениям, порядка 54% школьников сейчас вовлечены в систему формально фиксированного дополнительного образования, реально эти цифры, наверное, больше, но совершенно очевидно, что у нас есть серьезная проблема в этом отношении. Я знаю эти проблемы как председатель управляющего совета одной из школ. Пока что мы не решили проблему, как привлекать людей, как создавать в школе кружки, которые были бы внешними по отношению к школе. Это реальная проблема таких людей - как привлечь их, нанять, как платить им заработную плату, как их экономически заинтересовать. Во многих случаях школы вынуждены отказываться от хороших предложений по созданию тех или иных секций, тех или иных кружков, потому что они не имеют экономической альтернативной возможности это делать.
Мне кажется, у нас недостаточно развиты такие возможности, как сетевые формы формирования кружков, когда 5, 6, 7 уже крупных школ объединяются и предоставляют жителям нескольких микрорайонов всю линейку возможных секций, возможных кружков, с тем чтобы ребенку не надо было ездить, например, за судомоделированием или за шахматным кружком куда-то в течение часа. Если мы реально хотим создать доступную систему дополнительного образования, нам нужно объединять школы в такого рода сетевые сообщества, предоставляющие услуги дополнительного образования.
Наконец, третья проблема - это обеспечение детскими садами и ясельными группами. Здесь Москва сделала, наверное, практически большую услугу региона, и буквально за последние год-два начала решаться проблема, о которой я, как депутат, даже слышал от многих избирателей: детсадами обеспечили, а ясельных групп нет. Сейчас произошел сдвиг в отношении обеспечения возможности попасть в ясельные группы, но нам надо следить, в каких районах этот показатель все еще ниже того, который обеспечивает это для каждой семьи, нуждающейся в тех или иных услугах для детей ясельного возраста, и где они реально туда не попадают. При этом, наверное, не надо бояться того, что мы в некоторых случаях предоставляем услуги на несколько часов в день, семьи такого рода услуги востребуют. Но я думаю, что мы должны были провести опросы, оценить, сколько заявок сейчас остаются неудовлетворенными, по детям каких возрастов, нет ли проблемы очень далеко расположенных яслей, потому что, конечно, если далеко возить совсем маленького ребенка, то гарантированно он заболеет через некоторое время.
Последняя тема, которую мы должны сформулировать как проблемную, - состояние профессионального образования в Москве. Москва - город, в котором учится, наверное, 1/6 или 1/7 российских студентов. Сегодня эта огромная армия студентов, выпускаясь, практически из Москвы не уезжает. А что это значит? У нас где-то 20-30% мест в московских вузах (безотносительно к тому, платные или бюджетные это места) те, что выпускают людей по технологиям, отсутствующим в Москве и Московской области. Человек получает или должен получить профессию, которой в Москве реально нет, но или живет в Москве, или хочет остаться в ней. Ну и как он будет относиться к своему обучению? Совершенно очевидно, что ничего хорошего в этом отношении не получится. У меня было несколько интервью со студентами и выпускниками по такого рода специализации. Это люди, которые честно признаются, что никакой практики у них не было, оборудование по своим специальностям они ни разу не видели, но тем не менее их благополучно выпустили из вуза и они заняли нишу многочисленных офисных работников, которые практически не имеют квалификации и вынуждены начинать все с нуля. Конечно, не дело - снижать уровень обеспеченности высшим образованием, если люди хотят получить высшее образование (а это еще и проблема социального статуса), они должны его получить. Но задача, которую мы видим для Москвы, - обеспечение каждого человека, который получил высшее образование в городе, таким высшим образованием, которое давало бы ему возможность работы по специальности. Подчеркиваю, возможно, многое бывает, ты можешь получить образование химика и стать журналистом, но ситуация, когда у нас значительная доля и бюджетных денег, и денег семьи тратится на то, чтобы заниматься имитацией образования, по крайней мере в Москве, должна быть изжита.
Я представил те направления, которые мы считаем сейчас важными, ключевыми, и мне кажется, что это направление совместной работы. Главное, предложить учительскому сообществу, сообществу директоров Москвы организовать серию дискуссионных площадок, где можно будет обсудить изменения в московском образовании. Те требования, которые должны решать в условиях стандартного московского образования, о котором мы часто говорим, но которого до сих пор нет, нужно перевести на уровень нормативных требований России.
(Из выступления на селекторе Департамента образования)