Ведущие встречи - сотрудница центра Марина Маслова и руководитель пресс-бюро Службы внешней разведки РФ Сергей Иванов - в кратком вступительном слове задали тему встречи молодежи с легендарной советской разведчицей Гоар Вартанян. Говоря о Гоар, было бы несправедливо не вспомнить и о ее супруге и начальнике, как он сам любил добавлять - «по совместительству», Геворке Вартаняне. Он умер три года назад, но пока билось сердце, всегда отмечал помощь своей супруги, часто говорил: «Вербовка Гоар - это моя самая удачная вербовка». Сама Гоар никогда не говорит только о себе - они всегда были нераздельны с мужем: общие радости, общее горе. Так они и шли по жизни рука об руку - Гоар и Геворк, или Анита и Анри (оперативные псевдонимы). При погружении в атмосферу вопросов и ответов перед глазами слушателей невольно возникает своего рода картинка из прошлого...
Импозантный мужчина и восточная красавица молча смотрят друг на друга. Очередной сеанс радиосвязи позади, рука сжимает листок бумаги с колонками цифр. Полученная радиограмма была беспощадно короткой, а они не любят коротких сообщений - это либо сигнал о провале, либо дома умер кто-то из близких. Чехарда догадок, обгоняющих одна другую, заканчивается только вместе с расшифровкой: Родина награждает мужчину званием Героя Советского Союза, а женщина получает орден Боевого Красного Знамени. За работу. Они вновь смотрят друг на друга, на этот раз ошеломленно и радостно, вновь молчат, опасаясь прослушки, затем мужчина берет супругу под руку и ведет ее в ресторан, чтобы устроить себе неожиданный праздник. За плечами у них несколько десятилетий активной нелегальной работы в чужих странах, среди враждебного окружения, когда на родном языке нельзя разговаривать даже дома. Такая работа...
Ныне мы знаем, что это были Геворк и Гоар Вартанян - супружеская чета легендарных советских разведчиков, чья работа началась в Иране в далекие довоенные годы, когда им исполнилось лишь семнадцать и пятнадцать лет. Самое известное из заданий, выполненных в те годы ими совместно с друзьями, такими же подростками, - выявление нацистских агентов в Тегеране, предназначенных, в частности, для ликвидации или похищения Большой тройки (Сталина, Черчилля и Рузвельта) во время проведения исторической встречи «Тегеран-43». К моменту приезда лидеров стран антигитлеровской коалиции ребята выявили порядка 400 шпионов и диверсантов, которые были успешно обезврежены советской и английской службами безопасности. Из сорока трех календарных лет работы Геворка и Гоар в службе нелегальной разведки СССР рассекречены, да и то не полностью, лишь первые десять лет, выпавшие на Иран во время войны и в послевоенные годы. Отчеты об остальной работе семьи Вартанян все еще хранятся в спецхранах за семью запорами, и никто не может сегодня предсказать, когда с этих документов будет снят гриф «Совершенно секретно. Особой важности». Осведомленные скептики уверены - никогда! Слишком болезненными могут быть результаты работы разведчиков.
Вопросы из зала сыплются один за другим. Студентов колледжей и других собравшихся лиц интересует практически все: «Полагались ли вам отпуска?», «Если да, то где вы предпочитали проводить отпуск?», «Бывали ли вы на грани провала?», «Как вас наградили за спасение Большой тройки?», «Занимались ли вы спортом? Если да, то каким?», «В скольких странах вы побывали за все годы работы?», «Правда ли, что вы выучили немецкий язык за 8 месяцев?», «Владеете ли вы компьютерными технологиями?»
Гоар легко и изящно, с юмором отвечает на шквал вопросов: «Да, немецкий выучили за 8 месяцев, но было трудно, а методика одна - зубрежка по 12 часов в день без выходных. За работу по обеспечению безопасности Большой тройки мы получили благодарность из Москвы. Занималась ли я спортом? М-м-мда, велосипедным спортом (улыбка), в отпуск стремились в Москву и Ереван, на грани провала пару раз бывали, но справились (улыбка), за время работы побывали... во многих странах, точнее не припомню (улыбка). Компьютером (с грустью) не владею...» Время от времени ведущий встречи Сергей Иванов помогает репликами: «Всеми компьютерными технологиями не владеете, но скайпом пользуетесь уверенно».
Бич разведки - предатели. Многие наши разведчики оказались жертвой предательства, а их работа стала известной публике благодаря провалу. Супругов Вартанян сия скорбная чаша миновала, хотя провал мог произойти из-за любой мелочи, порой анекдотичной. Однажды Геворк Вартанян ехал по автостраде в одной из зарубежных стран, и его остановил патруль службы безопасности - шла операция по поиску левацких террористов. В ходе обыска автомобиля один из полицейских положил свой автомат в багажник, поднял коврик, переложил пакет и машинально закрыл крышку, забыв забрать свое оружие. Геворк не видел подробностей осмотра багажника, так как в этот момент он отвечал на вопросы другого полицейского офицера, и спокойно поехал дальше. Через десять километров его остановил очередной патруль службы безопасности. Открыли багажник, и полицейские победно приготовились арестовать выявленного «террориста». Сказать, что сам Вартанян был глубоко озадачен наличием автомата, - ничего не сказать. К счастью, в этот момент к посту подлетел полицейский автомобиль с хозяином автомата, который обнаружил пропажу своего рабочего инструмента только после отъезда машины Геворка.
Гоар вспоминает, что, покинув Иран, они никогда не говорили дома по-русски или по-армянски - вдруг в квартире контрразведкой страны пребывания установлены «жучки»? Но однажды Гоар незаметно для себя начала напевать понравившуюся мелодию из советского фильма, увиденного в отпуске: «Пора-пора-порадуемся на своем веку...» И сразу осеклась, увидев строгий взгляд мужа.
Тем более не говорили они по-русски при чужих людях, но, будучи в очередной зарубежной стране, Гоар зашла в салон красоты, сделала завивку и сидела рядом с женщинами, сушившими волосы под шумными фенами того времени, как две капли воды похожими на абажуры. Для мужчин такие мероприятия тянутся бесконечно, и в какой-то момент Геворк появился в дверях зала. «Жора, я здесь! Буду готова через минуту!» - крикнула ему Гоар по-русски, с ужасом поняла свою ошибку и искоса посмотрела на реакцию соседок. Никто из них, за гудением фенов, да еще и с головами, спрятанными под «абажурами», не разобрал, что там кто-то крикнул, а Геворк Андреевич, услышав русскую речь, понял все раньше Гоар и мгновенно буквально «растворился в воздухе». Так они и жили десятилетиями, взвешивая каждое слово, продумывая каждый шаг.
В течение встречи Гоар неоднократно подчеркивала, что очень важно быть патриотом своей Родины - она одна, и другой у нас не будет. Никогда не будет. Вся работа супругов Вартанян была построена на идейной преданности. Наверное, поэтому и предательство их миновало: там, где люди работают за идею, там нет места подкупу, стяжательству, жадности, и соответственно предателям там неуютно. В интернациональную группу подростков, созданную Геворком Вартаняном, получившим оперативный псевдоним Амир, входили ребята разных национальностей: армяне, ассирийцы, лезгин. Некоторые из них были детьми эмигрантов, высланных из СССР или вынужденных покинуть родную страну, избегая репрессий. Но никто из них не требовал оплаты своей нелегкой, опасной работы. Для каждого из них Советский Союз был самой главной страной на свете, что бы ни происходило с их семьями в прошлом. Кстати, именно поэтому Гоар, сообщив, что фактически за спасение жизней Большой тройки они получили лишь благодарность, отметила, что благодарность эта была для них дороже орденов, очень многого стоила та благодарность из Москвы, присланная им, мальчишкам и девчонке с двумя косичками, которые считали, что не делают ничего особенного, а всего лишь выполняют поручения...
Советский резидент в Тегеране, известный разведчик генерал Агаянц, в шутку назвал группу Геворка и его друзей легкой кавалерией. Целыми днями семеро подростков кружили на велосипедах по улицам огромного города, успевая повсюду и не привлекая чьего-либо внимания. В одном интервью Вартанян сказал, что скорее всего гитлеровские агенты замечали за собой слежку молодых ребят, но им и в голову не могло прийти, что те работают на советскую разведку. Фашисты полагали, что так нахально и непрофессионально за ними могут следить только агенты шахской охранки «таминат», а с местными спецслужбами немцы не церемонились.
Неудивительно, перед войной в крупных городах Ирана насчитывалось до 20 тысяч немцев. Это были разного рода инструкторы, коммерсанты, советники и... просто шпионы. Они наводняли министерства и ведомства, армию и полицию, проникали повсюду, усиливая зависимость Ирана от Третьего рейха. Еще до нападения гитлеровской Германии на Советский Союз агенты адмирала Канариса, возглавлявшего немецкую военную разведку, ускоренно готовили Реза-шаха, Иран, правительство шаха, армию шаха к вступлению в войну на стороне фашистов. Иранская армия должна была захватить нефтяные промыслы Баку, лишив таким образом СССР поставок топлива для армии и экономики.
Невероятно, но «легкая кавалерия» сообщила даже точную дату нападения фашистского рейха - 22 июня. Сомневающимся Гоар объяснила: немецкие специалисты сплошь и рядом снимали квартиры и виллы в Тегеране у богатых людей, в том числе и среди армянской диаспоры. Секрет, ставший известным многим, невозможно удержать в тайне. Сначала немцы, а затем и армяне начали обсуждать между собой дату нападения. Естественно, подростки слышали от разных людей одну и ту же дату - 22 июня.
На фоне тревожных известий о стремительном наступлении немцев по всему фронту, о продвижении фашистских полчищ к Москве Гоар вспоминает и напряженные местные события. Началось все с неприятностей - Геворк попал в тюрьму. Незадолго до его ареста в городе Кум были вырезаны несколько семей, симпатизировавших СССР. Занимались этим отморозки одной из иранских организаций, поддерживавших немецких фашистов. Советская разведка приняла решение наказать убийц, ликвидировав руководителя этой организации, причем сделать это следовало прилюдно, демонстративно, чтобы охладить пыл других террористов. Два сотрудника НКГБ, имевших хорошую диверсионную подготовку, зарезали палача в кофейне ножами на глазах у многих посетителей и... скрылись. Тайная полиция встала на дыбы, разыскивая их, и случайно вышла на Вартаняна. Он был арестован, помещен в тюрьму и подвергнут регулярным допросам с избиением. Следователи требовали признать свою причастность и сообщить имена разведчиков, казнивших бандита. Геворку надо было протянуть время, чтобы позволить товарищам покинуть пределы Ирана.
Он сделал вид, что готов сотрудничать с агентами «таминат» и несколько раз выезжал в город, показывая какие-то места, где он якобы кого-то с кем-то видел... Так продолжалось два месяца, пока Гоар, принесшая заключенному Геворку передачу под видом его невесты, украдкой не сообщила ему, что ликвидаторам более ничего не угрожает. Тогда, как по команде, полицейским произволом возмутилась армянская диаспора Тегерана, и в первую очередь отец страдальца Андрей Вартанян, который был богатым человеком, уважаемым предпринимателем, владеющим самым лучшим в Иране кондитерским производством. Как так? Полицейские держат в тюрьме сына уважаемого человека, а он невиновен! Где справедливость?
Сидеть бы Геворку в шахской тюрьме и далее, несмотря на заступничество общественности, но в конце августа произошло событие, радостное для всех друзей СССР: советские войска пересекли границу и вошли в Иран, оккупировав северную половину страны на основании советско-иранского договора 1921 года для предотвращения с территории Ирана любых действий, враждебных СССР. Одновременно с юга страну оккупировали британские войска, а позже к ним присоединились и американцы. Шах Реза был свергнут и впоследствии заменен на своего сына Мохаммеда-Реза Пехлеви, который знал, кому он обязан властью, кто может лишить его этой власти, и не проявлял открыто дружеских чувств к Гитлеру. Вслед за немецкими агентами сотрудники «таминат» присмирели и предпочли выпустить молодого узника, чье участие в казни террориста так и не было доказано.
Геворк вышел из набитой узниками камеры на залитую солнцем улицу и с удовольствием обнял свою «невесту» Гоар - легенду же надо поддерживать? Он быстро влюбился в кареглазую стройную красавицу, сестру своего друга и соратника по «легкой кавалерии» Оганеса. Однако ей было всего 15 лет, и приличия требовали демонстрировать определенное равнодушие - просто товарищ, пусть и с косичками. Да и война идет, какая может быть любовь во время войны? Исключительно скрытная, романтическая... Никаких проявлений, признаний... Разве что когда удалось раскрыть тайну немецкого агента Фармацевта, заключавшуюся в наличии двойника-близнеца, можно было сообщить о радости от выполненного задания Гоар и на эмоциональном подъеме сказать ей: «Я так рад... дай я тебя поцелую...» И быстро чмокнуть по-товарищески свою обожаемую на радостях от удачно проведенной операции: Гоар - девушка серьезная и фамильярности не допустит.
Советский народный комиссар иностранных дел Чичерин так обрисовал смысл своей жизни: «У меня была революция и Моцарт». Геворк и Гоар Вартанян могли бы сказать: у меня была любовь и разведка. На могиле умершего три года назад Геворка высечена фраза: «И если можно было бы начать все сначала, я выбрал бы именно этот трудный путь». В полной мере эти же слова относятся к верной соратнице разведчика и его горячо любимой супруге Гоар. История их любви насчитывает 7 десятилетий, хотя срок супружества составил «всего» 66 лет. Гоар и Геворк были однолюбами - она выходила замуж, а он женился «всего» три раза... и каждый раз друг на друге. В первый раз они повенчались в 1946 году в Тегеране. Затем по настоянию родственников невесты (все хотят побывать на свадьбе, да и лишняя свадьба брака не испортит) они расписались в 1951 году в Армении. Далее в действие вступает режим секретности - они играли свадьбу еще один... или два... раза. Гоар смеется: «Потому и прожили жизнь вместе и без ссор, что бракосочетаний было много!»
Молодой Геворк проходил обучение ремеслу разведчика сначала у своего отца, а позже у советского резидента в Иране Ивана Агаянца. Резидент был человек строгий, но время для занятий с молодым человеком находил. Венцом обучения Вартаняна искусству разведки стала его учеба в нелегальной школе британской разведки в Тегеране, в которую он поступил по заданию Агаянца в 1942 году и в которой проучился целых полгода. При этих словах внимание зала утроилось: те же, кто перешептывался о чем-либо, замолчали и превратились в слух.
В этой школе англичане готовили шпионов для заброски в тыл своим союзникам по антигитлеровской коалиции, то есть в Советский Союз. Самая обычная практика Британской империи - разделяй и властвуй! Сегодня - союзники, а завтра - противники. Преподаватели из туманного Альбиона по достоинству оценили шустрого паренька, моментально схватывавшего все премудрости прямо на лету. Многовековой опыт шпионской деятельности так и не позволил им раскусить умного юношу с усиками, который запоминал других курсантов школы, несмотря на всю британскую конспирацию. После окончания школы Геворк сдал британскую агентуру советской контрразведке. Советские спецслужбы арестовали всех заброшенных агентов и представили неопровержимые доказательства несоюзнического поведения англичан. Как ни жаль было англичанам, школу пришлось закрыть, а преподавательский состав вернуть в Британию.
«А мне очень пригодились знания по оперативной работе, полученные от союзников в Тегеране, ведь я больше нигде и никогда не учился в разведшколах, - признавался Геворк Андреевич и иронично добавлял: - Спасибо им огромное за науку». Глава нелегальной разведки КГБ СССР в период 1979-1991 годов генерал-майор Юрий Дроздов так охарактеризовал Вартаняна: «Равный Зорге, Абелю, Филби... А возможно, и первый среди них».
За 70 лет советской власти лишь три разведчика (Рихард Зорге - военная разведка, Николай Кузнецов и Геворк Вартанян - внешняя разведка) были удостоены звания Героя Советского Союза, и только один из трех получил это звание при жизни - Геворк Вартанян. Он также был единственным офицером среди героев-разведчиков (ни Зорге, ни Кузнецов не были офицерами спецслужб). Интересно отметить, что оба Героя Советского Союза в рядах внешней разведки (и Кузнецов, и Вартанян), не будучи знакомы друг с другом, участвовали в одной и той же операции - противодействии гитлеровскому плану уничтожения Большой тройки в Тегеране под названием «Длинный прыжок». Кузнецов сообщил о наличии такого плана, а Вартанян успешно участвовал в срыве этой операции.
Вместе со своими товарищами он выследил караван, в составе которого следовали шесть агентов немецкого диверсанта Скорцени, оснащенных радиостанциями. Задачей нацистов было подготовить все необходимое для высадки десанта спецбатальона «Брандербург-800». Кроме того, немецкие диверсанты готовили три площадки для посадки, дозаправки и взлета самолетов, груженных сотнями килограммов взрывчатки, а также сорокакилограммовой миной, которую надо было замаскировать в зале приемов британского посольства. Предполагалось, что 30 ноября, в день рождения Черчилля, лидеры антигитлеровской коалиции приедут поздравить британского премьера в британское посольство и соберутся в зале приемов. Первыми их должны были атаковать шесть киллеров из ваффен-СС, специально подготовленных для стрельбы с двух рук по движущимся мишеням, которым заранее распределили цели. Киллеров планировали внедрить через фирму, обслуживающую приемы в британском посольстве. Одновременно головорезы Скорцени должны были провести отвлекающую операцию по вторжению на территорию посольства по древним водоводам со стороны армянского кладбища. Если бы этот план не сработал, то агенты немцев из охраны посольства Великобритании (индийские солдаты-сикхи) должны были привести в действие мощную бомбу, заложенную заранее в зале приемов, и уничтожить там все живое. Наконец, если бы все эти планы провалились, то с трех площадок вылетели бы самолеты с взрывчаткой на борту, пилотируемые летчиками-камикадзе.
Серьезный план был сорван благодаря наблюдательности группы Геворка. Ребята заметили у шести иранских погонщиков верблюдов в караване немецкие военные ботинки. Оставалось лишь проследить за диверсантами, не привлекая к себе внимания, что и было сделано. Данные Вартаняна российские сотрудники НКГБ и Смерш использовали на 100 процентов - шпионов взяли. Поскольку нельзя было дать немцам ни единого шанса на осуществление операции, было принято элегантное решение: попытаться перевербовать пойманных радистов, сделать вид, что им доверяют в радиоигре с Берлином, и позволить каждому из них отправить своим берлинским хозяевам радиограмму с пометкой о работе под контролем вражеской контрразведки. Как совершенно верно предположили советские разведчики, Скорцени понял, что передовой отряд провалился полностью, а следовательно, из его людей вот-вот выбьют все известные им подробности операции «Длинный прыжок», русские и англичане мобилизуют целую армию, чтобы уничтожить всех нападающих. В такой игре можно было легко погибнуть, но Скорцени не был готов погибнуть даже ради уничтожения Большой тройки. Операция была отменена.
В 2007 году в дом, где расположено пресс-бюро СВР в Москве, вошла английская журналистка и телепродюсер документального сериала «Лев и Медведь», посвященного четырем столетиям российско-британских отношений, Селия Мэри Дункан-Сандис. В особнячке ее уже ждали - навстречу вышел немолодой подтянутый мужчина аристократичной внешности в безупречном дорогом костюме и на английском языке с американским акцентом просто сказал: «Добро пожаловать! Я Геворк Вартанян». Селия растроганно ответила: «Спасибо вам за то, что вы спасли от диверсантов Сталина, Рузвельта и особенно Черчилля - моего деда!» В дни проведения Тегеранской конференции внучке Черчилля Селии едва исполнилось полгодика, а в нашем веке она стала признанным биографом Уинстона Черчилля.
Гоар не только помогала своему супругу в проведении операций, но и самостоятельно проводила некоторые из них. Так, однажды ей удалось выследить убежище двух советских летчиков, угнавших самолет на территорию Ирана, у которых были какие-то материалы, предназначенные для передачи немецкой разведке. Беглецам не удалось встретиться с абверовцами, так как советские разведчики прибыли к ним первыми. Недаром работа Гоар была отмечена высшим боевым орденом Советского Союза, по статуту которого награжденный должен был совершить «выдающийся подвиг в боевой обстановке с реальной опасностью для своей жизни».
Совесть надо иметь - встреча длится уже более часа, и Гоар устает. Директор колледжа №26 Константин Афонин дарит ей диптих-шкатулку с гербом Службы внешней разведки РФ, изготовленную студентами на лазерном станке с компьютерным управлением, - своего рода подтверждение слов Геворка Андреевича, процитированных на встрече Гоар: «Грядущие поколения россиян будут умнее, образованнее, лучше нас. Надо только, чтобы они и Родину любили больше нашего...» Эстафету подарков перехватывает выпускник Образовательного комплекса сферы услуг (бывшего колледжа №44) Артур Макагян. Он отпросился с работы, чтобы прийти на встречу, послушать Гоар и подарить ей от имени студентов и преподавателей колледжа эксклюзивный именной торт, испеченный студентами-кондитерами под руководством мастер-шефа Алексея Сурова специально для Гоар Вартанян. Передавая торт, Артур обращает внимание разведчицы на посвящение, нанесенное ребятами на поверхность торта: «Аните с любовью!»

Евгений ДАСЮК, методист Образовательного комплекса сферы услуг