В этот день у меня всего было два часа занятий. Один урок литературы в моем любимом 9-м «А» классе, после которого я должна в нем же провести классный час. Это тоже меня радовало, поскольку  я обещала внучке, что после работы зайду за ней в детский садик и мы пойдем гулять. Из-за моей занятости в школе я мало времени проводила с ней, поэтому очень ценила любую возможность общения.
Вот в таком прекрасном расположении духа я вошла в учительскую. Проходя мимо доски объявлений, я краем глаза увидела на ней приказ, где фигурировала моя фамилия. Я остановилась и прочла приказ с формулировкой: «Объявить устный выговор классному руководителю 9-го «А» класса Суриковой Наталье  Алексеевне за недостаточность воспитания ее учащихся».   Ни разу за многие годы работы у меня не было подобных выговоров. Решила, не откладывая, выяснить,  в чем же моя вина и чего я «недовоспитала» в моих детях. Оказалось, мои  любимые детки устроили в столовой сражение с 9-м «Б» классом. А в качестве оружия выбрали хлеб, которым кидали в так называемого противника.   Сказать мне было нечего. «Я разберусь», - еле выдавила я из себя.  
От всего услышанного на душе стало горько, стыдно и обидно. Мне казалось,  я столько вложила в моих воспитанников. Ездила с ними на Мамаев курган в Волгоград, возила их в Санкт-Петербург, где мы с ними были на Пискаревском кладбище, в Музее блокадников. Вместе мы читали дневник Тани Савичевой, и я сама видела, как тогдашние мои шестиклассники стояли,  опустив головы, а на глазах у многих были слезы. И эти дети кидались хлебом?! Я вошла в класс, не став разбираться, провела урок.  В конце  попросила, чтобы никто никуда не уходил.    
У меня в ящике стола лежал диск с  документальным фильмом  «Моя блокада». Я хотела  в начале мая посвятить  классный час  этой теме. Теперь решила сделать это сейчас. Фильм  шел почти 40 минут. Уже с самого начала, когда пошли первые кадры разгромленного  города, на фоне которого изможденные дети, их ровесники и младше, везли на санках своих родных, умерших от голода, таскали непосильные ведра с водой из Невы, работали на заводе, в классе возникла полная тишина. Весь фильм сопровождали рассказы выживших детей-блокадников, которые и в это тяжелое время продолжали учиться.  Одна блокадница, которой тогда было всего 8 лет,  рассказывала, что во время вражеских налетов вместе с учительницей они спускались в бомбоубежище и продолжали там занятия. А в 1942 году правительство города распорядилось устроить для детей новогодние елки. По Дороге жизни через Ладогу прошло несколько машин, которые привезли подарки и игрушки с Большой земли. «Один мальчик, - вспоминала  участница этого праздника, - получив подарок, заплакал. В его гостинцах оказался мандарин, пробитый осколком от снаряда. Все говорили о страшном голоде и о том, что взрослые, чтобы спасти детей, отдавали им свою пайку хлеба, и дети выживали, а взрослые гибли».  «Мы, подростки, работали по 16 часов на заводе, - рассказывала другая героиня фильма. -  Норма хлеба  тем, кто работал, была вдвое больше, чем иждивенцам».
Фильм закончился. В классе стояла тишина. И только изредка слышалось, как некоторые девчонки шмыгали носом.
Я шла домой. Меня уже не радовал весенний день. Я шла и думала: «Поняли ли мои дети что-то из того, что сейчас увидели? Может быть,  надо было обо всем этом с ними поговорить?  Впрочем, нет, пусть сами до всего доходят своим умом», - решила я  и направилась в детский сад за внучкой.

​Татьяна БАДАНОВА, д. Хмельники, Родниковский район,  Ивановская область